Меченый. Том 2. На переломе истории (СИ)

Мысли женщины, однако, были в этот момент далеки. Она вновь и вновь прокручивала цепочку событий, приведшую ее в советскую столицу. Говоря по правде… Как таковой цепочки событий-то и не было вовсе. Ангела никогда не была особо погружена в политику, являясь членом немецкого комсомола проявила себя активисткой, но вступать в СЕПГ не торопилась, да и вообще не планировала развиваться по «партийной линии».
  
Работала в Академии наук, вот только перед поездкой — собственно в связи с отлетом в Москву пришлось даже немного сдвинуть планы, благо все отнеслись к этому с пониманием — защитила диссертацию, налаживала личную жизнь. И тут ей приходит приглашение из СССР прилететь в Россию, чтобы пройти какие-то там курсы. Сначала немка восприняла это не в серьез, но потом решила — «какого черта». Почему бы и не попутешествовать за казённый-то счет. Пусть даже это будет путешествие в зимнюю Москву, которая как известно, немцам не традиционно не очень «заходит».
— Какая у нас программа? Что это вообще за курсы?
— Не торопитесь, фрау Меркель, — «уже фрау, а не товарищ», мысленно отметила немка. — Сегодня у вас большая экскурсия по Москве, никаких других мероприятий не планируется, мы ждем когда прилетят все остальные участники нашего форума.
— Остальные? — В приглашении цель поездки была прописана весьма расплывчато, поэтому выяснять подробности приходилось буквально на ходу.
— Да, мы ждем представителей от других стран СЭВ. От каждой страны будет по несколько человек, к сожалению, синхронизировать приезд всех не получилось, поэтому придется чуть-чуть подождать. Но я обещаю, заскучать мы вам не позволим.
— Как скажете, — только и пожала плечами Меркель.
Следующие несколько дней и правда выдались суматошные. Культурная программа — весьма, нужно признать, насыщенная — была призвана не только и не столько развлечь гостей из братских социалистических республик, сколько мягко погрузить их в новую реальность, созданную инициативой советского руководства. Каждый день к уже прибывшим делегатам присоединялись новые участники, и постепенно Меркель стала замечать, что приехали сюда не просто случайные представители молодёжных организаций. Среди её новых знакомых оказались люди с весьма солидными амбициями и уже чётко обозначенной политической позицией.
— Роберт Фицо, Чехословакия, — с улыбкой протянул немке ладонь совсем молодой еще симпатичный русоволосый парень. Поскольку все здесь собрались из разных стран, за лингва-франка как-то само собой — ну просто было бы странно, случись иначе — был принят русский. Далеко не все знали его тут в совершенстве, однако за не имением альтернативы рост уровня владения языком наблюдался не по дням, а по часам.
Каждый раз во время приёмов пищи гостей сажали по разному, очевидно, чтобы быстрее перезнакомить их между собой.
— Очень приятно, Ангела Меркель, Восточная Германия, — по какому признаку их всех собрали, немка так и не поняла. Более того осторожные попытки прозондировать почву в этом направлении ясности не внесли ни на каплю. Разный возраст, разное образование, разный «партийный» и общественный опыт. — Давно занимаешься… Общественной деятельностью.
Общий контингент собравшихся примерно укладывался в коридор 25–35 лет. Словак же явно был моложе, даже строгий костюм не мог скрыть молодость своего носителя.
— Вообще практически не занимаюсь, — помедлив несколько секунд то ли подбирая слова, то ли раздумывая над ответом, сказал Фицо. — В институте учусь, пришлось даже сессию закрывать досрочно ради поездки.
Вскоре немецкая делегация расширилась, и Ангела с интересом обнаружила, что её земляки настроены по-разному. Здесь были и те, кто уже видел себя в руководящих рядах СЕПГ, и те, кто явно разделял скептицизм к существующему курсу партии. Было очевидно, что у организаторов есть собственный замысел относительно того, как направить эти настроения в нужное русло. Не зря же их всех собрали в одном месте.
В один из холодных декабрьских дней группу, наконец, посадили в самолёт и отправили на юг — в Крым, где климат оказался куда более благоприятным. После Москвы с её холодом и серостью даже сдержанная немка ощутила, насколько приятнее дышать морским воздухом среди пальм и кипарисов. Зимнее море в Крыму оказалось на проверку приятнее чем летнее море родного Балтийского побережья, уж точно пальм в районе Ростока ты не увидишь никак. Ну разве что в теплице ботанического сада, а это по любому не те ощущения.
Здесь, в пансионате недалеко от Ялты, и началась основная часть работы. Дни были расписаны по часам. Семинары, лекции, дискуссии — всё было направлено на демонстрацию очевидных экономических выгод, которые страны СЭВ получают от сотрудничества с Советским Союзом. Сначала Ангела воспринимала это с известной долей скептицизма — однако цифры и аргументы были представлены настолько убедительно, что она не могла не признать: во многих пунктах лекторы были абсолютно правы. Ну во всяком случае на доступном ей самой уровне понимания.
— Позвольте не согласиться, — после очередного доклада посвященного перспективам экономики США в аудитории завязалась активная дискуссия. Главной спорщицей тут оказалась болгарка Георгиева, считавшая себя большим специалистом именно по западной модели экономики. — Кризис в США очевидно пройден, надеяться на ухудшение их макроэкономических показателей в ближнесрочной перспективе как минимум наивно.
— Преодолели кризис? — Хмыкнул в густые усы лектор. — Основные макроэкономические показатели США за прошедший год совсем не впечатляют. Рост ВВП всего 3% при инфляции в 4,2% — это фактически рецессия, если выйти за рамки устоявшихся терминов и включить логику. ФРС снижает ставку для стимулирования экономики, но от этого инфляция начинает ползти вверх. Безработица приближается к 8%, госдолг растет по 5% в год. Для примера в СССР — и уже сейчас это положение считается у нас кризисным и требующим реформ, частью которых является и более тесная интеграция со странами СЭВ — рост валового национального продукта в прошедшем году составил 4%, при этом инфляция практически отсутствует, госдолг составляет смешные 20 миллиардов долларов, про безработицу говорить не буду, и так понятно.
— И тем не менее темпы роста экономики СССР сокращаются год от года, а динамика США, если брать долгосрочную перспективу куда более стабильная, — продолжала настаивать на своем болгарка.
— Посмотрим, — с улыбкой пожал плечами лектор. — Инфляция в США после первых лет «Рейганомики» вновь развернулась наверх. Дальше снижать учетную ставку ФРС не сможет, снижение курса доллара по отношению к основным мировым валютам — плохой знак для американцев. Это признак слабости, а не силы. Ну и про войну на Ближнем Востоке забывать не нужно, она обойдется американцам дорого. Во всех отношениях.
Меркель тогда поразилась несвойственной соцлагерю открытости дискуссии. Их не пытались убедить, используя цитаты классиков, наоборот упор делался на цифры и их практическое воплощение в реальности.
Отдельной строкой программы стояла специальная встреча с делегатами из ГДР. Тема была обозначена как «Актуальные угрозы суверенитету Восточной Германии». Молодых немецких гостей усадили за длинный стол, и лектор — пожилой человек с безукоризненным немецким — начал раскрывать перед ними детали тайного — существовал он на самом деле или нет, неизвестно, но выглядело во всяком случае все описываемое как минимум похоже на правду — плана западногерманского руководства. Согласно этому плану, объединение Германии предполагало фактическую аннексию экономики ГДР с последующей приватизацией её ведущих промышленных предприятий западными корпорациями.
  
— А есть доказательства этих планов? — резко спросил кто-то из задних рядов.
— Безусловно, — твёрдо ответил лектор. Потом улыбнулся и добавил. — Все сведения проверены, у нас есть источники в правительстве ФРГ, и их планы вполне очевидны для тех, кто умеет читать между строк. Хотя, конечно, познакомить вас лично с сочувствующими мировому коммунизму без сомнения храбрыми и достойными личностями в верхах Западной Германии я вас не смогу. Лет тридцать еще вероятно, пока секретность не снимут, а с некоторыми, скорее всего — и вовсе никогда.