Меченый. Том 2. На переломе истории (СИ)

— А если я скажу вам, что была достигнута предварительная договорённость с южноафриканцами о совместных действиях на этом рынке?
— Даже так? — Во взгляде Юрия Юрьевича мелькнуло что-то такое… Болезненное можно даже сказать. Не удивительно, с другой стороны, встречал я упоминания, что Карнаух пытался склонить руководство СССР к более тесным контактам с Преторией еще тогда в середине 1970-х, одно руководители «Брежневского призыва» как обычно поставили идеологию впереди банальной выгоды. И здравого смысла, со здравым смыслом в Союзе после Сталина было вообще не густо. — Что изменилось?
  
— Генеральный секретарь. Теперь во главу угла будет ставиться эффективность, вы, Юрий Юрьевич, показывали себя эффективным работником, поэтому мы и разговариваем сегодня здесь. Как вы смотрите на то, чтобы отправиться в Южную Африку и финализировать данный переговорный процесс на месте?
— Если партия скажет, поеду конечно, — в голосе Карнауха не слышалось ни капли воодушевления. — Однако боюсь достичь тех результатов все равно не удастся.
— Ну это мы еще посмотрим, — я немного раздраженно дернул плечом, все же в Карнаухе я хотел бы видеть соратника и бойца, а не безвольного исполнителя и размазню. Как-то не так я его себе представлял, читая в будущем о деятельности советского золотого маклера. — Есть идея привлечь к золотому союзу и другие страны. Как минимум Индонезию, Китай… Может других золотопроизводителей поменьше.
— Боюсь, что создать золотой ОПЕК не получится, Михаил Сергеевич. Слишком большую часть добычи контролирует США со своими союзниками. Нет, влиять на рынок — конечно да, но только ограниченно.
— А если я скажу, что по мнению наших аналитиков стоимость золота в ближайшие годы будет только расти. Причем значительно, вплоть до тысячи долларов за унцию, и никакие действия противника этот объективный тренд сбить не смогут, — я приподнял бровь и вопросительно посмотрел на Карнауха, тот на подобное предсказание только усмехнулся, потом задумался на полминуты и согласно кивнул.
— Тогда у нас действительно есть пространство для маневра.
Предсказание мое — какие там аналитики, с аналитикой у нас были серьезные проблемы, — основывалось на реальном графике стоимости золота из известной мне истории, на который я «наложил» вариант с «неразвалом» СССР. В реальности желтый металл понемногу рос до 1988 года, а потом — и тут я это связывал именно с крахом восточного блока, и естественным усилением доллара на этом фоне — пошел на спад и находился на дне аж до кризиса 2008 года. Вернее, расти золото начало раньше, но связь с кризисными тенденциями имелась совершенно очевидная. Если СССР тут устоит, а американская валюта не сможет стать столь безальтернативно доминирующей на планете, то и золотишко, глядишь, не просядет, наоборот продолжит движение вверх. Предположение, мягко говоря, не стопроцентное, но, с другой стороны, основывавшееся на достаточно логичном обосновании.
— Более того, я бы не стал приглашать вас сюда, Юрий Юрьевич, — я с улыбкой обвел рукой лавочку и кусты вокруг, — если бы все ваше задание заканчивалось на официальной миссии. Моя идея несколько шире, я хочу предложить вам работать на меня, партию и страну в качестве такого себе партнера.
Проблема заключалась в том, что то самое «золото партии» — активы на сумму около сорока миллиардов долларов — из рук вон плохо администрировались. Ну не умели коммунисты играть по капиталистическим правилам, продать нефть, купить акции и сложить их «в носок» — это фактически максимум, на что они оказались способны. За прошедшие полгода я провел аудит — в меру собственных весьма ограниченных, нужно признать, способностей — этой полуподпольной внешнеэкономической деятельности партии и пришел в ужас. Суммарная доходность от операций с валютными активами за последние двадцать лет находилась примерно на околонулевом уровне. Ну то есть просто тупейшим образом положить в банк под проценты эти деньги было бы куда прибыльнее. Более того имелись подозрения что провальными операциями с акциями западных компаний прикрывалось банальное воровство, кое-кто там очевидно потихоньку запускал свои липкие ручонки в карман КПСС, так что не удивительно, что в итоге от партийной кассы на переломе лет ничего не осталось. Ее тупо растащили, когда стало понятно, что отвечать за подобное воровство уже никому не придется.
— Партнера?
— Да мне нужен человек… Как бы это сказать… Управляющий финансами на западе. Я, наверное, не открою вам секрет, что у страны и партии имеется имущество в капиталистических странах, в том числе и финансового, так сказать, характера. И вот этому имуществу нужна хорошая рука. Проблема в том, что ситуация, когда вас будут дергать постоянно из Москвы всякими инструкциями и рекомендациями очевидно не принесет пользы.
— Ну да, — с горечью в голосе хмыкнул Карнаух, уж он то опыт борьбы с начальством имел огромный, — тут не поспоришь.
— И поэтому работать вы будете лично со мной. Никаких прокладок. Обратной стороной тут будет личная заинтересованность и личная ответственность. Я предлагаю вам партнерство, за свои услуги вы будете получать процент от сделок и конечно ограничивать вас в плане передвижения или предпринимательской инициативы я не буду. Главное результат.
— А ответственность?
— Вероятно, для лучшей работы с капиталистами вам потребуется получить гражданство другой страны. Или стран. Поэтому говорить о какой-то ответственности в правовом поле Советского Союза конечно не приходится. Ну а поскольку ставки в этой игре будут максимально высоки… Сами понимаете. К вам прикрепят пару человек из ГРУ для помощи, связи… И контроля конечно, но в вашу повседневную работу они вмешиваться не будут.
— И какая у меня будет задача? — В голосе Карнауха что-то прорезалось, но я не понял, что именно.
— Зарабатывать. Вы будете свободным художником, бизнесменом, не ограниченным рамками государственной службы. И вероятно, одним из первых советских миллионеров. Легальных, никакой бендеровщины. Придется правда платить налоги в казну СССР, но, думаю, вы это как-то переживете.
Поскольку моя стратегия дальнейшего развития страны предполагала большую открытость миру, очевидно в скором времени должны были появиться люди, зарабатывавшие серьёзные суммы за границей. Ну ладно, пусть вот таких полулегальных бизнесменов как Карнаух будет немного, но вот, например советских спортсменов я собирался «продавать» на запад практически без ограничений.
Кому будет плохо, если условный Заваров и Беланов уедет в Европу, заработает там валюты, откроет для рядовых жителей Англии, Италии или Германии немного другую сторону Союза? Никому. Глядишь, и футбол наш получит дополнительный толчок в развитии, а то есть ощущение, что это болото застоялось. Изрядно, причем.
И конечно деньги. Мы заработаем на трансфере, а потом… В моей реальности советы попытались провернуть тупейшую комбинацию, при которой зарплату в клубах получали как бы не футболисты, а СССР, ну а самим футболистам доставалась фактически дырка от бублика. Естественно, это тут же начало приводить к махинациям, и только развал страны отменил следующую очевидную ступень развития конфликта. Спортсмены бы в скором времени просто начали бы отказываться от гражданства СССР и рвать все контакты с родиной. Патриотизм патриотизмом, но свой карман тоже обижать никто не любит, и самым правильным тут будет не заставлять человека делать выбор между личным и общественным. Не нужно этого.
Честно говоря, насчет футбола я не особо интересовался, как оно там было, а вот, например шахматисты, которые просто по специфике своей игры много ездили и играли в разных турнирах по всему миру, регулярно «прятали» валютные заработки от советского шахматного руководства. Просто, потому что иначе их тут же пытались отжать «на помощь голодающим детям Германии». Короче говоря, нет смысла создавать теневой оборот валюты там, где это лишнее. Заплати налог и спи спокойно. Размер налога мы правда пока еще не определили, но, наверное, он будет в пределах 15–20%.