Меченый. Том 2. На переломе истории (СИ)
Меченый. Том 2. На переломе истории
Глава 1−1
Небоскребы-небоскребы
28 сентября 1985 года; Нью-Йорк, США
ПРАВДА: Последствия ядерного терроризма
В порту Рас-Танура и его окрестностях (Саудовская Аравия) продолжаются масштабные работы по ликвидации последствий недавнего ядерного взрыва. На территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению, сформированы специальные зоны дезактивации и развернута техника для очистки почвы и воды. По сообщениям местных властей, меры безопасности ужесточены, ведётся эвакуация населения из наиболее пострадавших районов.
Весьма действенное содействие оказывают советские военные специалисты, прибывшие в Рас-Тануру по линии международной технической помощи. Они помогают наладить дозиметрический контроль и организовать правильное обращение с радиоактивными отходами. Вместе с представителями местных служб советские части неустанно осуществляют дезактивационные операции, демонстрируя на практике высокий уровень подготовки и братское стремление к защите мира от ядерной угрозы.
Ил-62 мерно гудел двигателями, летучая машина плыла над северной Атлантикой, однако полюбоваться видами раскинувшегося на тысячи километров во все стороны океана мне было не судьба. Сентябрь в этих северных краях — это уже полноценный осенний месяц, со всеми традиционными штормами и постоянной непогодой, поэтому ничего кроме бесконечной свинцово-серой пелены облаков разглядеть из иллюминатора я не мог при всем желании.
События после взрыва в Саудовской Аравии развивались стремительно, даже удивительно, как быстро оказывается умеют шевелиться все эти размазанные тонким слоем по планете бюрократы из разных стран. Политбюро собрали уже на следующий день с самого утра во вторник, к этому моменту уж более-менее прояснилась ситуация со взрывом.
Как и докладывали с самого начала военные, бахнуло в порту Рас-Танура, что на берегу Персидского залива. Ракета, судя по всему, та самая Р-17, прилетела откуда-то с севера, с территории Ирака, боеголовка, опять же по заключению ядерщиков, которые проанализировали какие-то там изотопы и прочие продукты взрыва, мощностью порядка 15кт причем собранная по самой примитивной «пушечной» схеме, которая требует большого количества высокообогащенного урана и при этом дает очень скромный «выхлоп». Конечно, саудиты с вот этим «скромный» вероятно не согласились бы, однако реально в атомном взрыве успело поучаствовать только около 1% массы заряда, остальное просто разлетелось по округе изрядно загадив местность на километры вокруг.
Плюс Саудитам еще и не повезло, что в момент взрыва дул устойчивый северный ветер, и облако радиоактивного дерьма полетело в сторону расположенного в 35 километрах дальше по побережью города Даммам. А это, как ни крути, полмиллиона душ и пятый по численности населения город страны.
Причем саудиты, как водится, промедлили — тут их осуждать сложно, не каждый день у тебя на территории врывается ядерная бомба — и объявили эвакуацию населения в вытянувшимся с северо-запада на юго-восток вдоль побережья Персидского залива «овале» длиной сорок километров не сразу, а только вечером второго дня. А до этого жителей призывали просто запереться и сидеть дома, не открывая окон и не выходя на улицу. Сомнительное решение с какой стороны ни посмотри.
Основной версией удара была месть Саддама за перекрытие нефтепровода, который Ирак строил на юг для экспорта нефти через порты соседа. Закрытие нефтепровода было одним из условий сделки между нами и Саудитами об ограничении экспорта нефти, и все сходились на том, что иракскому лидеру такой пердимонокль понравиться не мог. Возникал вопрос только в том, откуда у Саддама мог найтись собственно делящийся радиоактивный материал, сердце ядерного заряда. Не у ливийцев же они его купили в самом деле как Док Браун из вышедшего всего парой месяцев до этого фильма «Назад в будущее». А учитывая, что вот только-только СССР поднимал вопрос об возможном создании ядерной бомбы Пакистаном, многие тут же начали коситься в сторону Исламабада.
Сам Ирак вроде как наработать нужное количество 235-ого не мог. Все попытки Саддама запустить собственную ядерную программу аккуратно пресекались Израилем, который разумно считал в данном случае, что ухудшение отношений с Францией — именно лягушатники два раза пытались продать иракцам оборудование для запуска реакции — это конечно неприятно, но получить себе Бомбу на голову — куда неприятнее.
Вторым «претендентом» могла стать ЮАР, впрочем, зачем это африканцам было решительно непонятно, поэтому данную версию рассматривали скорее по остаточному принципу. Израиль откинули по причине того, что им бомбить Саудитов нет никакого смысла. Ну и конечно официальные ядерные державы в качестве источника урана никто не сбрасывал со счетов. Тут естественно первым на подозрении был именно Союз просто по критерию «кому выгодно», а в том, что взрыв оказался нам выгоден, сомнений не имелось ни на капельку.
Через порт Рас-Танура проходило примерно от миллиона до полутора миллионов баррелей нефти в сутки. Это много, вся мировая добыча нефти на 1985 год составляла примерно 55–60 миллионов баррелей в день, из них 70–80% продавалась по длинным контрактам и были «защищены» от резких скачков цен. На спотовом рынке продавалось порядка десяти-пятнадцати миллионов баррелей физической нефти и примерно в десять раз больший объем фьючерсов на нее.
Единомоментное и долговременное выпадение такого значительного объема — и еще страшнее была неизвестность, а ну как бомбить начнут и другие важные для нефтеторговли объекты — буквально за считанные дни взорвало спотовый рынок, вызвав натуральную панику трейдеров. Уже к вечеру 10 сентября спотовая цена на нефть стартовав с 27 долларов за баррель пробила потолок в 50, с запасом побив предыдущий рекорд в 39 долларов зафиксированный 1 апреля 1980 года, и было понятно, что останавливаться она не собирается. На второй день был достигнут пик в 60 долларов после чего цена немного стабилизировалась и, развернувшись, поползла вниз. Этому способствовало экстренное заявление ОПЕК о том, что страны, входящие в организацию, смогут оперативно заместить выпавший объем, а также подписание Рейганом указа об открытии нефтяного резерва. На середину 1985 года там было сосредоточено порядка 400 миллионов баррелей нефти, и это был достаточно существенный объем, чтобы повлиять на рынок, стабилизируя цену.
В общем, было понятно, что в долгосрочной перспективе, если ничего больше не произойдет, цена на нефть откатится если не к прежним значениям, то к отметке 35–40 долларов за баррель, также как в реальной истории она откатилась после Кувейтской авантюры Саддама. Тогда это заняло почти год, тут, вероятно, потребует еще меньше времени, и ключевая оговорка в попытках предсказать будущее звучала именно «если ничего не произойдет».
И конечно такое событие, как взрыв ядерной бомбы, очевидным образом не могло остаться без политических последствий, тем более что и Ирано-Иракская война, на фоне которой все произошло, не думала останавливаться. В первую очередь естественно высказались саудиты, назначив за голову Хусейна награду в миллиард долларов, после чего начали, прямо не отходя от кассы, сколачивать коалицию для вторжения в Ирак. И не важно, что иракцы сами попытались оправдаться, мол это не мы и никакого отношения к ядерному оружию мы не имеем. Слишком уж у Саддама и его партии Баас репутация к середине 1980-х была подмочена, очевидно взрыв будет расследоваться со всем тщанием, но главного козла отпущения общество назначило буквально в тот же день, передавить этот информационный тренд было бы как минимум не просто.