Высокое напряжение (СИ)
— На сегодня у меня к тебе дел по работе нет. Можешь отправляться, собирать чемодан. Завтра вылет в пять часов. Я сейчас должен уехать, — морщится на этих словах. Наверняка на встречу с Январской, чтоб ей не ладно было. При воспоминании об этой даме тут же вспыхивает мысль в голове. Слышала ли она достаточно для того, чтобы наконец-то понять, что Лев — мой. Но спрашивать об этом не решаюсь. Не хочу давать Богатову повод смеяться надо мной.
— Меня не будет до вчера. А завтра с утра в область нужно смотаться с Киром, — сквозь гомон собственных мыслей в голове доносится его голос.
— Давай, я сегодня у себя в квартире останусь, — озвучиваю идею. — Нужно цветы полить, да кое-что из вещей захватить, а встретимся тогда уже в аэропорту?
Лев хмурится.
— Мне не нравится идея, что ты будешь ночевать не со мной… — произносит он недовольно.
— Но ты ведь сам сказал, вернешься сегодня поздно… Что мне делать в пустой кровати? А так я спокойно соберусь, уберу в квартире и отдам ключи соседке, чтобы она могла поливать мои фикусы.
Ох, давненько мне не приходилось уговаривать мужчину. Но, к собственной радости, навыки остались. Выслушав мои доводы, Богатов все-таки соглашается со мной.
— Хорошо, детка. Только веди себя прилично, — усмехнувшись, притягивает к себе и накрывает мои губы поцелуем.
Приведя себя в порядок, я возвращаюсь на свое рабочее место. Лев через час собирается уходить из офиса, а пока доделывает чертеж по последнему заказу.
Я настолько взбудоражена от всего происходящего, что не могу усидеть на месте. Во что бы то ни стало хочется поделиться своей радостью с подругой. Закрыв кабинет, отправляюсь к Данке.
— Шеф на месте? — спрашиваю, зайдя в приемную Кирилла. Дана вся в работе. Не отрывая глаз от монитора, что-то печатает в нем. Устраиваюсь в кресле, жду, когда подруга доделает документ. Осматриваюсь по сторонам. Ловлю себя на странной мысли. Это ведь раньше была моя приемная, мой кабинет. Практически десять лет я сидела за столом, за которым сейчас трудится Кирилл. Уйти оттуда для меня было огромной потерей. Я ненавидела Богатова за то, что он лишил меня любимого дела. По идее, сейчас, сидя здесь, я должна чувствовать тоску. Но я абсолютно ничего не ощущаю. Мне все равно. Плевать. Кажется, что так давно все это было, и я будто другой человек. Моя приемная у кабинета Льва — лучшее и единственное место, где я хотела бы работать. А этот сложный мужчина стал для меня самым главным и важным человеком. Впервые в жизни мне не нужно и не хочется бороться за «место под солнцем», добиваться чего-то, сражаться. Впервые в жизни получаю удовольствие, пропуская вперед мужчину, доверяясь ему. Своему мужичине. Просто быть рядом с ним, направлять его и поддерживать, вот что я хочу.
Данка наконец-то отрывает взгляд от монитора.
— Кирилл с утра в разъездах, я одна на хозяйстве. Ты чего такая взлохмаченная? С Январской, что ли, подралась? — смеется своей шутке, а мне остается только закатить глаза. Знала бы Данка, что я полчаса назад вытворяла на столе Богатова, не смеялась бы так… Но я ни за что не расскажу ей. Устроившись в кресле, бросаю на нее гордый взгляд.
— Правда, что ли? — едва не поперхнулась от удивления, посчитав мою реакцию согласием с ее предположением. — Наваляла ей?
— Мелко мыслишь, подруга. Разве я похожа на ту, кто будет бросаться с кулаками на соперницу? — ухмыльнулась, накручивая локон на палец. — Нет, Даночка, я действую более хитрым способом…
— Давай, колись уже, заинтриговала… — нетерпеливо поерзав на месте, подалась ближе ко мне.
Выдержав театральную пазу в несколько секунд, все же решаю не мучить подругу.
— Мы улетаем завтра на Бали… На три дня! — не имея сил сдерживаться, подскакиваю на месте, радостно хлопая в ладоши. Подруга, откинувшись на спинку стула, смотрит на меня ошарашенно.
— Бали?
— Да, Кута, пятизвёздочный отель… я уже в сети посмотрела фото, там просто рай, — тараторю, задыхаясь от восторга.
Данка хмурится.
— Черт, как ты это сделала? Как развела на такой подарок?!
Смеюсь ее реакции.
— Нельзя научиться, милая. Это умение дается от природы, закладывается с материнским молоком, — задрав подбородок, произношу с чувством собственного достоинства, а потом начинаю смеяться…
— Татка, я так рада за тебя! — восклицает Дана и, встав из-за стола, обнимает меня.
Некоторое время мы с подругой обсуждаем мой гардероб, решаем, что стоит взять с собой в дорогу. А потом договариваемся вечером прошвырнуться по торговому центру в поисках парочки новых платьев и купальника.
Данка трещит, не замолкая. Она с таким ажиотажем обсуждает тему Бали, что на какой-то момент создается впечатление, будто это она собирается лететь, а не я. Потом мы пьем чай и пробуем шоколадные конфеты, которые ей доставил сегодня курьер. Подарок от Рената.
— Он такой напряженный и уставший. Ему тоже не помешает отдых… — произношу, вдруг вспомнив о том, каким измотанным сегодня выглядел Лев.
— Кстати, об этом, — вдруг хмурится подруга, отодвигая пустую чашку. — Сегодня одно письмо пришло, весьма странное. Я показала его утром Кириллу. Как я поняла, его доставили в наш отдел по ошибке, оно адресовалось твоему Богатову. Так вот, Кирилл попросил меня отдать лично Льву в руки.
— И? Ты передала?
— Передала, но сделал ксерокопию, — Данка выглядит такой напряженной, что мне тут же не по себе становится. От недавней радости не остается и следа. — Я так поняла, Богатов очень не хочет, чтобы ты узнала о существовании этого документа.
— Я? Ну же, скорей показывай, — теперь мне и вовсе не по себе.
— Сейчас, дай найду, я куда-то его спрятала, — подруга роетсяв бумагах, в то время как я сгораю в ожидании.
— Вот — протягивает его лист бумаги. Удерживая его в трясущихся руках, пробегаю взглядом.
Это повестка. Льва вызывают на допрос к следователю отдела по борьбе с экономическими преступлениями.
Буквы перед глазами скачут. Мне приходится несколько раз пройтись по тексту письма, чтобы понять, о чем там речь.
— Его обвиняют? Допрос… он, что, обвиняемый? — поднимаю на подругу испуганный взгляд. Данка сама напряжена.
— Я ничего не знаю, подруга. Кирилл особо не распространяется на эту тему, просил не говорить тебе… Но я посчитала своим долгом сказать. Может, там, на отдыхе, ты сможешь разговорить Льва?
— Нет-нет, все верно. Ты правильно сделала. Я все равно видела, что — то не в порядке… — спешу успокоить Данку. Несколько минут мы молчим. Каждый в своих мыслях.
— Все-таки наш с тобой план сбылся, — произносит вдруг подруга.
— Ты про срыв проекта с торговым центром?
Данка кивает. Неужели и правда все из-за этого? Меня вдруг накрывает чувство вины. В голове тысяча «если» и «почему». Нет, мне не хочется в это верить.
— У нас было немного другое. Собственники просто отказались продавать Богатову жилье. Ты слишком ярко расписала его как мошенника. Мы сорвали ему проект… Он достаточно денег потерял, но тюрьма…
— А ты так мечтала отомстить ему… Вот мечта сбылась, — протягивает Данка, словно издевается надо мной.
— Не говори глупостей! Ты знаешь, как все обстоит на самом деле!
В ответ Дана лишь пожимает плечами.
— Может быть, на него из-за нашей группы и кучи обращений обратила внимание прокуратура и затеяли проверку…
Я не слышу ее. Вся в волнительных мыслях.
— Черт, Дана… неужели это мы виноваты? А? — поднимаю на нее молящий взгляд. Смотрю на подругу так, словно от ее слов зависит исход.
— Не знаю, подруга… Но, с другой стороны, он у тебя взрослый мужчина, если сказал — все под контролем, значит, так и есть. Ну, не мог же Богатов сделать что-то плохое, за что его могли бы привлечь…
— Нет, не мог… — спешу с ответом. Тут даже секунды не нужно на раздумья. — Он не такой, Дана. Я думала о нем плохо поначалу, просто потому, что не знала его, какой он человек. Но сейчас я уверена, Лев никогда не пойдет против закона. Он мужчина с четкой жизненной позицией, он благородный. Для него честь и достоинство на первом месте. Не так воспитан, понимаешь?