Высокое напряжение (СИ)

— Боюсь, что нет, Татьяна Александровна, — хмурится он, роясь в бумагах. — Документы все в полном порядке и прицепится-то не к чему, — произносит хмуро, поправляя на переносице очки. — Нет, конечно, если вы хотите, мы можем попробовать, но я не вижу смысла. Только волокиту получите и нервы потратите. Богатов — хозяин фирмы, и мы это никак не исправим.
Олег поднимает на меня глаза, грустно улыбаясь. И я понимаю, что чуда не случилось. Как бы мне ни хотелось верить в обратное, но я знаю Столповского. Несмотря на молоденький возраст, парень в своем деле гений. И если он говорит, что дело не стоит наших усилий, значит, так тому и быть.
— Сволочь, — рычу сквозь зубы. — Это я про Смольского, — поймав на себе удивленный взгляд Олега, поясняю. — Как он мог просрать компанию? Идиота кусок!
— Это лучше у него спросить, — нервная улыбка кривит кубы парня.
— Ладно, спасибо Олег, — возвращаю ему документы. — Можешь идти. Не забудь, что сегодня в двенадцать назначено совещание.
Как только юрист покидает кабинет, я устало вздыхаю. Сложив на столе руки, измученно опускаю на них голову. Во мне борются два желания. Мне хочется расплакаться или удариться головой о стену. Или и то и другое вместе. Внутри меня столько злости и обиды, столько отчаяния! Я не знаю, что делать. Не знаю, что ждет нас дальше. А для меня это самое страшное — не иметь возможности контролировать ситуацию.
Вдруг раздается стук в дверь. Поднявшись, поправляю волосы. Спустя пару мгновений в кабинет входит Дана.
— Ты как? Жива? — спрашивает подруга, удерживая в руках поднос.
— На десять процентов, — хмурюсь, бросая грустный взгляд на монитор. Без пятнадцати одиннадцать утра. Скоро совещание. А я совершенно не готова.
— Уже хорошо, — улыбается подруга, поставив на стол посуду. Пододвинув ко мне чашку с горячим кофе, устраивается в кресле.
— Ты видела Смольского? — спрашиваю ее, сделав глоток напитка.
— Нет. В его кабинете Богатов уже обживается вовсю.
— Чтоб на него потолок свалился. И хорошо бы, чтобы там и Смольский оказался. Решилось бы две проблемы разом.
— Не будь такой, Тата. Может, все не так плохо? Ты этого мужчину еще в лицо не видела, а уже ненавидишь, — ну вот. Дана снова это делает. Оправдывает. Она безумно это любит. Я всегда ей говорю, что она слишком добра и открыта для окружающих, отчего постоянно получает удары судьбы. Но она неисправима. Мы с ней полные противоположности в этом плане. И каждая считает, что другая мыслит совершенно неправильно.
— Мне на него не надо и смотреть. Старый хитрый скряга, — скривившись, просматриваю почту. Два уведомления из банков. Страшно открывать.
— Тут с тобой не соглашусь, — не унимается она. — Я с ним столкнулась в приемной, когда с секретарем Смольского разговаривала, — эти слова заставляют меня замереть. Поднимаю на подругу удивленные глаза, внимательно слушая ее рассказ.
— Так вот, Тата, — отставив в сторону чашку, она делает восторженное выражение лица. — Он бог. Невероятно красив! — а вот после этих слов мне вдруг становится неинтересно. Все ясно. Подруга очарована внешним обликом и теперь будет рьяно защищать негодяя.
— У меня аж глаза защипало от такой красоты, честно тебе говорю, — продолжает вещать. — Два метра ростом, девяносто килограмм чистых мускулов. А губы какие у него… — томно вздыхает, а я закатываю глаза. — Он так посмотрел на меня… Боже, я прямо там готова была сорвать с себя все и отдаться этому мужику…
— Дана. Мне кажется, на тебе сказывается отсутствие личной жизни, — хохотнув, откидываюсь на спинку стула. Спасибо подруге, настроение она мне подняла.
— Не говори глупостей, — хмурится девушка. — Отсутствие мужика тут не при чем. Он секс ходячий, Тата. И я думаю, этот мужчина знает, как укрощать таких диких кошечек, как ты, — протягивает последние слова.
— Ты говоришь, как порно-режиссер, — смеюсь, отворачиваясь. — В любом случае, каким бы красавчиком он ни был, внешние данные, к сожалению, с нутром человека не имеют ничего общего.
— Тата, я тебя об одном прошу, — подается ко мне подруга. Ее голос звучит строго, значит, сейчас будет нотация. — Не руби с плеча. Ты всегда очень резко отсекаешь людей.
 
— Не так уж и резко, — не удерживаюсь от протеста. Дана не права. Я отсекаю только тех, кто мне не подходит.
— Да, конечно, — усмехается подруга. — Из последнего, к примеру. Твой бывший, бизнесмен. Ты бросила его после месяца отношений. А он как верный пес таскался за тобой еще пару месяцев.
— Да потому что мне надоело быть любовницей, понимаешь? Да, секс был шикарным, но как только он заканчивался, тот сразу же начинал названивать своей женушке и спрашивать ее, что она приготовит ему на ужин. Прости, кончено, Дана, но я и так его два месяца терпела. Потом поняла, что даже самый крутой секс не сможет закрыть мои глаза на эти моменты.
— Хорошо. А тот ухажер на белом БМВ? Чем он не угодил тебе? Свободный, влюбленный, на все ради тебя готов был!
— Ты забыла? У него ужасный вкус. Надевал рубашки с вязаной жилеткой, а еще громко чавкал. Бр-р-р, — как вспомню, так вздрогну.
— О чем я и говорю. Ты и на работу людей так же принимаешь. Никогда не поймешь твоей логики. Бывает, отличное резюме, а ты нос воротишь от человека. Видите ли, подозрительный он. А у другого опыта ни дня. Но ты берешь.
— Но я ведь не прогадала еще ни разу, Дана! А все потому, что реалистично на вещи смотрю! И не дрожу от взгляда красавчика, — намекаю на ее слова о Богатове.
Подруга поднимается с кресла. С громким стуком ставит чашки обратно на поднос. Обиделась.
— Ты, конечно, взрослая девочка, и сама все знаешь, — произносит она строгим тоном. — Но я прошу тебя ради фирмы. Будь с ним вежливой.
— Само собой, — улыбаюсь ей, пытаясь хоть на капельку снизить напряжение. Понимаю, что сама сейчас на взводе. — Деловую этику никто не отменял. Не переживай. Приготовь мне папку с договорами за последний квартал. Может пригодиться на совещании.
Кивнув, подруга покидает кабинет.
За пять минут до назначенного времени привожу свой внешний вид и мысли в порядок. Поднявшись из-за стола, выхожу в приемную.
Дана вручает мне папку.
— Тата, будь умницей, — дает в путь наставления.
— По-другому никак, — пожимаю плечами, выходя в коридор. А в голове одна мысль: устрою ему кузькину мать. Только пусть попробует сделать плохо фирме или кому-нибудь из сотрудников. Сожру, и не подавлюсь.
В коридоре нет никого. Все уже в конференц-зале. Остановившись перед входом в помещение, выдыхаю. Толкнув дверь, прохожу внутрь.
Полный зал людей. Все как один повернули головы и смотрят на меня. Прохожусь взглядом по присутствующим. А когда дохожу до центра стола, застываю на месте. Какого дьявола?! Такое могло случиться только со мной.
— А вот и наш директор по строительству. Татьяна Александровна, что же вы опаздываете? — произносит Смольский, восседающий рядом с Богатовым. А я не могу отвести взгляда от черных глаз мужчины. Курьер. Боже, ну конечно! Богатов и тот нахал на дороге — один и тот же человек! И теперь я думаю о том, что не смогу я сдержать слово, данное подруге. Не смогу решить всю полюбовно. У этого мужчины нет ни единого шанса.
  
Глава 3
 
Главное — держать марку и до последнего создавать видимое спокойствие, — так я уговаривала себя на протяжении всего совещания. Но в душе царил настоящий крах. Сказать, что я была раздавлена, ничего не сказать.
Все воспринималось мной будто сквозь туман. Доклады начальников отделов, указания Богатова. Я смотрела на Льва, но ничего не видела. Он расплывался перед моими глазами, и мне приходилось то и дело отводить взгляд в пол, смахивать набежавшие слезы.
К сожалению, мои предсказания сбывались. Богатов не будет для нас спасением. Он приведет компанию к гибели, и весь коллектив окажется на улице. А я — в первых рядах.
— В Кудрово поставщики подвели по ламинату и дверям, но Татьяна Александровна на днях все решила, иначе бы по срокам был полный провал.