Куклы (СИ)
- Так и будешь прожигать меня взглядом?
- А что еще мне остается… – Алекс пожал плечами. – Твое решение не изменить.
- Да, не изменить. Это шанс. Не просто шанс – судьба. Я так давно мечтала об этом, ты же знаешь! Поехать на материк… учиться там… гастролировать. И вот теперь это предложение…
- Если ты считаешь, что я не рад за тебя, Роз, значит, ты меня просто не знаешь. Но я не пойму, почему ты не задашь мне один вопрос.
- Вопрос? Хочешь ли ты поехать со мной, Алекс? Такой вопрос?
- Именно.
- Не задам. Потому что не хочу в ответ услышать «да».
Он вымученно усмехнулся.
- Я так и понял. Понять бы еще... неужели не можешь простить мне того, что я отправил невесть куда Эмирана с нашей грешной земли? Да еще и дрался с ним не за тебя…
- Мне правда тяжело обо всем этом думать. Но ревность… это твоя стихия, Алекс, не моя. На самом деле…
Она призадумалась.
- Понимаешь, оказалось, что я ничего о себе не знаю. Я поняла это, когда репетировала, а потом исполняла песню Альсени… Поняла, что весь мой прошлый опыт не годится. Что петь так, как я всегда это делала, может каждый, кто одарен, надо лишь упорно заниматься. Но то, что произошло в тот день…
Роза подошла к юноше и положила руки ему на плечи.
- Мы тогда сотворили чудо, подобного которому раньше не было. И вряд ли будет. Понимаешь? Мы все. Альсени, Серж, Сардо… и ты, я же видела, как ты слушал. И я… И теперь я хочу понять… как можно петь душу. Петь тишину. Я хочу сейчас остаться одна. Наедине с собой, со своим искусством… со своей душой. Прости меня. Я не готова пока к отношениям. И поэтому, Алекс, не зову тебя с собой. Я хочу обрести себя.
- А я тебе только помешаю. Я понял. Я не смогу тебе помочь, знаю.
Он взял руку Розы, еще немного полюбовался ее грациозностью, совершенством линий, потом тепло поднес к губам.
- Даже не будем говорить, что, может быть, как-нибудь потом… Давай сойдемся сейчас на том, что никогда… Роз… мне так будет легче. Понимаешь… возможно, я совсем и не ревнивец. Просто предчувствовал… знал – без сомнения знал, что когда-нибудь потеряю тебя навсегда. Не как друга, как женщину. Эта уверенность… не давала мне покоя. Потому и бесился. И вот это происходит сейчас. Нашей вины тут нет.
- Конечно, нет, - она мягко погладила его по щеке, в прекрасных черных глазах заблестели слезы. – Мне тяжело, мне очень больно сейчас. Но в то же время – я уже не здесь. Я не поцелую тебя, Алекс. Просто уеду. И, пожалуйста, не провожай меня. Давай прямо тут и попрощается…
Вот так все и вышло. Вот так они и расстались. Сардо, уже давно, кажется, смирившийся с тем, что Роза не разделяет его влюбленности, при известии о том, что она уплывает через океан на материк и неизвестно когда вернется, словно сошел с ума. Огромных усилий стоило Алексу уговорить друга не мчаться вслед за любимой женщиной против ее воли. Но он заметил, что теперь Сардо стал как-то странно посматривать на свою куклу Марселу – маленькую копию Розы Лейн.
- А ведь у них вышло… - бормотал он себе под нос. – кукла стала девушкой… Так почему же я?..
Алекса передергивало от таких слов.
Не в лучшем расположении духа он проходил сейчас мимо большого круглого фонтана, задорно разбрызгивающего обильные бисеринки чистой воды. На широком краю сидела Мария. Подол бежевого платья касался земли. На длинный кружевной воротничок ниспадали перекинутые на правую сторону распущенные локоны. Девушка была так погружена в себя, что не замечала ничего вокруг. Алекс тихонько присел рядом, зачерпнул в ладонь воды и осторожно брызнул на Марию. Она вздрогнула от неожиданности, а потом заулыбалась, щурясь от яркого полуденного света. С огромным облегчением он увидел вдруг, что улыбка у нее прежняя. Мягкая, теплая улыбка маленького солнышка. Хотя в глубине вишневых глаз все еще таились мрачные тени, ее душа явно выздоравливала.
- Привет, - весело сказал Алекс. – Замечталась?
- Ну так… Вспоминала, как ездила вчера в гости к Сержу и Летти. От них всегда уходишь словно заново родившаяся. К тому же такое удивительное это местечко в лесу, где стоит их домик…
- Знаешь что, подруга… Давай-ка ты рождайся заново окончательно. Мы молоды, мы талантливы. Нам надо жить дальше.
Мария взглянула на него с пониманием, но удержалась от вопроса, в котором непременно прозвучало бы имя Розы.
- Я не стану делать больше магических кукол, - вместо этого сказала она. – Но я снова начала рисовать. И лепить… и это намного больше, чем мне раньше казалось.
Алекс не ответил. Он взял легкую ладонь Марии, сплел ее пальцы со своими. Девушка не отдернула руки. Воцарилась тишина. Лишь фонтан журчал, болтал, лопотал о чем-то своем… Их пальцы по-прежнему были тесно переплетены, и от этого становилось все теплей. Все теплей… И светлей. С каждой минутой…
Конец