Тонкая стена (СИ)

— Это не забудешь. — пробормотал Сент и перед его глазами появилась врезавшаяся в память сцена из далекого прошлого…
Тогда, много лет назад, Сент был еще совсем молодым, но уже подававшим надежды Хранителем. И словно для того, чтобы проверить его на прочность, Властелины (а может, и не они) ниспослали на Лагенвельт невесть откуда взявшегося короля Мерлина. Подобно сегодняшним властелинам Фатерлянда и Русинских земель, он начал объединять земли и создавать единое мощное государство, опираясь на неслыханную мощь оружия из Грубого мира.
Почти годвойско Мерлина не знало поражений на поле брани. Новый Великий Властитель на пике своего могущества контролировал весь север Лангевельта. Мало того, он подготавливал одновременную атаку по обе стороны Тонкой Стены. Одному Богу известно, какие слова он нашел для того, чтобы убедить людей Грубого Мира, но в нем рыцари Короля Артура готовились к вторжению на европейский континент.
Однако Мерлин и его соратники, упоенные успехом, допустили серьезный просчет. Они приняли бездействие Хранителей за их бессилие, открыто заговорили о том, что Хранители не способны ничего сделать. В общем повели себя так, как будто Лагенвельт уже был в их руках на вечные времена. И просчитались.
На тот момент Главным Хранителем Лагенвельта был Рамс, которого Сент очень уважал и считал одним из самых успешных Хранителей за всю историю. После обсуждения ситуации с Властелинами Вероятностей было принято шокировавшее Сента решение: уничтожить Мерлина, его армию и поголовно всех, кто тесно сотрудничал с ним. Властелины словно решили руками армии Хранителей смахнуть с игровой доски все мешавшие им фигуры.
При этом выяснилось, что Властелины довольно жестоко наказали и тех высших магов из числа сторонников Рамса, кто попытался усомниться в правильности их решения. В тот год в ряды Хранителей пришло много вчерашних студентов Академии. И именно Рамс заметил молодого студента Сента и доверил ему стать одним из руководителей основной карательной операции.
Юный Зигфрид Брауншвейгский командовал одним из передовых отрядов, прикрывающих подход основных сил карательной армии Хранителей. В походе молодые парни и познакомились. Их дружбе было уготовано продлиться долгие годы.
Внезапная высадка карательной армии Хранителей в столице Империума (а именно так на одном из варварских языков Грубого Мира называлось новоиспеченное государство Мерлина) застала Великого Властителя врасплох. Еще более неожиданной для него оказалась немыслимая жестокость, с которой начали действовать прибывшие отряды. Беспощадно, без права на оправдание или снисхождение, было вырезано все население столицы. «Гибельные шары» опустошали целые деревни. При этом армия Хранителей наносила удары по ночам.
У Сента до сих пор стояли перед глазами зверства, очевидцем которых ему довелось стать. Там, в Великом Походе, его опьяняла кровь и ощущение собственного невероятного могущества, благословленного Властелинами Случайностей. А вот с годами пришли страшные сны. Ночные кошмары которые не могла прогнать даже магия.
Как и Сенту, Зигфриду было неприятно вспоминать череду бесконечных убийств той войны. Как и всякий военный человек, он был не слишком разговорчив, но уже потом, спустя много лет, на дружеской попойке он поведал Сенту, что отец учил его убивать на войне, чтобы победить, но не убивать, чтобы убивать.
Мерлин пытался остановить нападавших, и разрозненные части его армии, вооруженные смертоносным оружием, перенесенным из-за Стены — «мечами» и «луками» — нанесли значительный ущерб карательным войскам. Но силы были неравны. Тем более, его предал его верный соратник Грааль, бежавший в Грубый Мир с горсткой самых отважных бойцов. Мерлин погиб, преданный и брошенный, от рук патруля армии Хранителей на какой-то лесной заимке.
И уже потом, после гибели Мерлина, на допросах его ближайших соратников выяснилось, что существовала сила называвшая себя Контрабандистами. Они могли, как и Хранители, каким-то образом проникать через Стену. Но ходили они в Грубый Мир ради наживы. Ходили уже несколько тысяч лет и смогли наладить настоящую торговлю между двумя мирами.
 
Сент помнил, как Рамс был поражен тем, сколько вождей, князей и владык в Лагенвельте уже знали о примерном курсе обмена одного лука на золото или серебро. Он вновь обратился за советом к Властелинам и снова получил жесточайшее указание — уничтожить всех, причастных к этим тайным знаниям. Операция возмездия заняла примерно год и потребовала сильнейшего напряжения сил Корпуса Хранителей и постоянного участия Властелинов в ходе событий.
Но именно благодаря ей удалось выяснить, где находиться Логово Контрабандистов. Закрытый Город в северных фьордах Игдрасила был выжжен «гибельными шарами», и по указанию одного из Властелинов после этого последовательно обработан «холодными стрелами», «красной чумой» и «заклятием вечного сна». После этого упоминания о Контрабандистах, казалось, исчезли из Истории Лангевельта навсегда.
Сенточнулся от воспоминаний и посмотрел на Велимира, терпеливо наблюдавшего за Хранителем.
— Ты считаешь, что Контрабандистов могли уничтожить не до конца?
— Вполне возможно.
— Но насколько я знаю, они не владели подобной блокировкой связи….
— Для начала, давай допустим, что они смогли возродиться. Коли так, то они должны были сделать выводы из произошедшего, чтобы не повторить того кровавого ужаса. Как логическое следствие, научиться блокировке им следовало бы в первую очередь, чтобы мы их не засекли. — возразил Велимир. — И почему нельзя допустить, что сейчас они действуют хитрее и тоньше, чем во времена Мерлина? Ты представляешь, чем нам это может грозить?
— Представляю, — кивнул Сент. — Если ты прав хотя бы наполовину, то это катастрофа. Но будем надеться, что мы зря поднимаем панику.
— Не уверен, — Велимир поднялся и посмотрел на Хранителя, — я бы на твоем месте перестраховался. Не нравится мне все это. Сильно не нравится.
— Ты домой? — поинтересовался у него Сент, увидев что тот собирается уходить и начинает концентрироваться для создания портала — А я тут сижу, мечтаю.
— Да ничего. Иногда полезно вспоминать прошлое, — кивнул русин, — мне пора. Похоже, мне лично придется заняться поиском группы.
— Слушай, а ты не думаешь, что все это происки Федора? — внезапно осенила мысль Сента, — а Контрабандистов никаких в помине нет! Может, не стоит умножать сущности без нужды?
— Если бы все было так просто, — скептически хмыкнул Велимир, — я бы не стоял сейчас здесь перед тобой. Федор может, конечно, какую-нибудь засаду организовать, или что-то в этом роде, он большой мастер интриг, но на большее он не способен. Тем более, как маг, он нам не чета. Да и среди его подчиненных нет магов, способных блокировать связь.
— А лешие? Эти-то, если им будет надо, до чего угодно додуматься могут, сидя на своих болотных кочках.
— У леших другая магия. Это не их профиль. Да и Федор им нужен как рыбке зонтик. Вспомни — ни ваши тролли, ни наши лешие принципиально в происходящее в Лагенвельте не вмешиваются. Мы не трогаем их — они не трогают нас. Их магия — что лесная, что горная — это заклинание сил природы, а наша — создание того, чего в природе нет. Конфликт между нами — это тупик для обеих сторон. Так было всегда и нынешние их властители это понимают. Ни Старейшина Волох, ни Кронтролль Кац ко всему происходящему не причастны. Так что давай искать объяснение за скобками. И давай готовиться к худшему.
Велимир взмахнул рукой и перед ним открылось багровое окно портала.
 
— Не жалко тебе портал-то? — заинтригованно поинтересовался Сент.
Он знал, что в Лагенвельте личные мгновенные порталы были редкостью, потому что требовали огромных затрат, как магических, так и денежных. Скорее всего, дело здесь было в неизбывной страсти русинов к пусканию пыли в глаза партнеров.
— А чего портал жалеть? — ответил Велимир, — у меня студентов хватает, чтобы его вновь создать. До встречи, Сент.