Это личное, никакого бизнеса (СИ)

***
Ревность.
Да ладно. Богдана даже в жар бросило, когда дома, в ставшей вдруг неудобной постели, он вспомнил самое лучшее утро в своей жизни и понял, что испытал ревность.
Пока Богдана не было, Маргарита была с Егором. Она заваривала ему чай, заставляла пить лекарства, смеялась над его шутками.
Разве может такое быть? Узнать человека и испытать ревность раньше, чем любовь?
Ревность – это двоюродная сестра жадности и зависти. Кто-то делится своим вниманием не со мной. Я обделён чем-то очень ценным, мне мало, я не хочу делиться (жадность) и я не рад за того, кто получил моё (зависть).
Богдан ревностно относился к тому, что было архиважно для него – к территории бизнеса. К успеху.
Только с Егором, другом и совершенно не амбициозным человеком он чувствовал себя комфортно в бизнесе. Ни с кем другим он не смог бы создать фирму.
С женским восхищением у Богдана не было проблем. Страдать оттого, что кто-то уделяет внимание не ему, не приходилось. Может быть потому, что он с детства рос с ощущением, что нравится девочкам, девушкам и женщинам, он не видел потребности в борьбе за женские сердца. Игрища самцов за самку были вне сферы его амбиций. Какие амбиции, какая борьба? – все и так от тебя в восторге. Скучно. Вот территория большого бизнеса, капиталов и власти – это да. Это поле боя для ума. А женщины... Выбирай любую. Не эта, так другая. И поэтому никакая не нужна.
А тут вдруг чувство ревности кольнуло Богдана при мысли о Маргарите.
Как будто она его и ничья больше. А ведь он впервые увидел её сегодня...
Бред какой-то. Богдан резко повернулся на другой бок.
  
Глава 5
 
Полгода пролетели как один день. Работа в "Френдс Компани" шла своим чередом. Богдан часто уезжал в командировки, притаскивал крупные заказы, Маргарита и Егор составляли коммерческие предложения, находили оптовиков и разруливали миллионы мелко-текущих дел. После того как парни стали работать с Маргаритой, следом появились бухгалтер и юрист, которые не работали в офисе постоянно, но здорово разгрузили Егора.
Казалось бы, трудовой процесс налажен, маленький, но дружный коллектив работает слаженно, общаются все душа в душу, но Богдан становился всё угрюмее и раздражительнее.
– Чувак, что происходит? – Егор, пользуясь тем, что Маргарита уехала на весь день по делам, обратился к другу.
– Глобальное потепление, рост цен на нефть... Что конкретно тебя интересует? – не отрываясь от монитора компьютера, ответил Богдан.
– Хорош, а. Ты понимаешь, о чём я. – в тоне Егора угадывалась досада, а это было ему совсем несвойственно.
– Нет, не понимаю. – Богдан оторвался от компьютера и посмотрел снизу вверх в глаза другу, который стоял у его рабочего стола с явным желанием в чём-то разобраться.
– Что с тобой происходит? Я же вижу, что ты сам не свой. Ходячий кусок напряжения. Маргарита, когда ты в офисе, дышать, по-моему, уже боится.
– А, так я вам мешаю? Так бы и сказал. – Богдан встал, словно собирался удалиться из кабинета сию секунду.
– Ничего ты нам не мешаешь, – Егор не сразу понял, на что намекает приятель, а когда, мгновение спустя, до него дошло, засмеялся. – Ты нам помогаешь: без тебя работы в три раза меньше было бы, а значит и дохода.
Богдан не улыбнулся. Стоял, скрестив руки на груди. Желваки ходили ходуном, выдавая его с потрохами, но он не замечал этого.
"Они тут милуются, а я, как дурак, на них пашу."
– Братан, да что не так-то? Что-то личное? Я могу чем-то помочь? – Егор как будто искренне не понимал, что случилось с другом.
"Я люблю твою девушку. И чувствую себя идиотом. И бешусь. Поможешь?"
– Забей. Личное, но ты не помощник. – Богдан наконец-то взял себя в руки. Отошёл к окну, закурил. Маргариты не было, а Егор ещё в универе махнул рукой, отчаявшись отговорить друга от пагубной привычки и смирившись с участью пассивного курильщика.
Егор не любил лезть под ногти, допытываясь о деталях. Уже тот факт, что Богдан откликнулся на вопрос и, в принципе, подтвердил, что с ним происходит что-то "личное" – было достаточным.
 
– Да, в личном, особенно на любовном фронте, я не помощник. – Егор вздохнул. – Я тебе не говорил, всё случая не было, – мне девчонка одна понравилась. Сначала ничего особенного, а потом зацепила. Она на седьмом этаже работает. Переводчик с французского и итальянского, прикинь. Я ей два месяца цветы посылал – мне Маргарита даже пару раз подсказывала какие лучше. Она такая счастливая была. Я несколько раз с ней в лифте ехал с работы. А когда подошёл... Ты знаешь, девчонкам я никогда не нравился. На первом курсе Надя отшила, на третьем Вероника. Ленка... Тебе не понять... Прости. Вижу, что у тебя тоже не всё в ажуре... – Егор болтал и болтал, как человек, который решил поддержать другого, сообщая в наглядных примерах, что "ты не одинок в своей беде", а увлёкся и превратил сочувствие в "послушай лучше, как мне фигово".
– Подожди. То ты говоришь, что вы с Маргаритой, то она тебе цветы помогала выбирать для другой. – Богдан наконец-то понял, что шум в ушах, который накрыл его где-то посередине рассказа друга, стих.
– Да не! Ритку я, конечно, люблю. Почти так же, как тебя, милый. Но тебя больше. Дольше и глубже! – Егор переключился на дурашливый тон, словно и не было только что серьёзного разговора. Поправил очки и улыбнулся собственной шутке.
– Так между вами нет ничего и не было? – Богдан тупил со страшной силой, ощущая всю мощь своей тупизны, и почему-то с неимоверным облегчением радовался этому состоянию.
– А что между нами может быть? – пожал плечами Егор. – Классная девчонка, работаем. Никакого интима. Ты ревновал, что ли? – Егор даже замер от внезапно вырвавшейся догадки. – Твою ж мать... Братан, так твоё "личное" это Маргарита?
– При чём тут она? С чего ты вообще взял, что "личное" – это обязательно про любовь? Может, у меня болезнь неизлечимая образовалась.
– Ага. Только я смотрю, лекарство мгновенно нашлось и стремительно действует. – Егор смял оборотку из пачки черновиков и запульнул в Богдана. – Лимон сожри, скотина. А то улыбка сильно отсвечивает.
  
Глава 6
 
Полгода в аду из-за собственных фантазий.
Идиот. И-ди-от.
Богдан никогда не влюблялся и не знал всей прелести побочных явлений этого чувства. Так вот оно, значит, как бывает... Адреналиново, ничего не скажешь.
А для человека, привыкшего контролировать всё и вся, даже слишком.
Егор совершенно железно утверждал, что у Маргариты никого нет. Насчёт того, как она относится к Богдану рассуждать не решился.
– Ну, нафиг. Я думал, что тебя знаю как облупленного, а ты оборотнем каким-то оказался, – Егор по-доброму ухмыльнулся, – влюблённым. А за Маргариту я тем более не ручаюсь. Может, вы два мудака, которые друг от друга шарахаются? А может, только ты... А она реально тебя побаивается. Разбирайтесь сами.
Богдан решил разобраться как можно быстрее.
Через месяц, когда слово "лошара" в смс от друга уже перестало казаться шуткой или обидным ругательством и стало наполняться реальным смыслом, Богдан понял, что тянуть некуда. Любимая девушка, всё-таки удивительная: её желаешь и боишься одновременно и с одинаковой силой.
– Маргарита. – Богдан услышал свой голос словно откуда-то со стороны.
Егора не было, а они задержались на работе, так как каждый доделывал что-то срочное.
– Да, Богдан?
И что, провожать её напроситься? Ни с того, ни с сего. Нелепость какая-то. В кино? Что к чему? Да и не хочется в кино от слова "совсем".
 
– Прости, ничего. Хотел спросить, где доп. соглашение к договору с "Триалесом". Вспомнил. Не надо.
Ссыкло. Какое же ты ссыкло! Акула бизнеса. Беззубая.
Богдан разозлился на себя. Это совершенно невозможное состояние. Что за раздвоение личности!