100 великих речей
Сегодня выступление Муссолини, которому посвящен этот очерк, можно увидеть на Ютубе: https: //www.youtube.com/watch? v=YJdqxRNeqfQ. Зрелище потрясающее. Вряд ли есть ему аналог. Впрочем, первая, бурная половина XX в. была чрезвычайно богата на «громоподобные» публичные выступления, которые нынешним политическим и государственным деятелям и не снятся. Стоит лишь вспомнить речи Ж. Жореса, В.И. Ленина, Л.Д. Троцкого, А. Гитлера и др.
Свою семиминутную речь Муссолини произнес с балкона дворца Венеции, расположенного на одноименной площади Рима. От огромной площади расходятся лучами улицы – Четвертого Ноября, проспект Виттора Эммануила, Виа Дель Корсо, Виа Дель Плебесцита и Фори Империали. 10 июня 1940 г. площадь и улицы были запружены сотнями тысяч ликующих итальянцев, которые ловили каждое слово дуче и сопровождали каждую его фразу возгласами одобрения, размахивая шляпами, платками, флагами, транспарантами. Впрочем, ничего удивительного в этом «впечатляющем свидетельстве «встающей с колен» суверенной Италии, «пролетарской и фашистской», противостоящей Западу» (http: //kontury.info/) – не было.
Свою речь трибун, заложив руки за ремень и изредка простирая правую руку вверх, отчеканил так, словно вбивал в головы собравшихся не слова и смыслы, а гвозди. Дуче умел цепко держать в напряжении и внимании огромную толпу. К тому же он щедро услаждал слух богатыми метафорами и сравнениями – как-то обозвал парламент «зловонным чумным пятном, отравляющим кровь нации»; отождествил демократию с правительством, «которое дает или пытается дать народу иллюзию того, что он является господином»; заявил, что «после римских цезарей, после римских пап настоящий Рим это фашизм, который одновременно и стар и нов, и он требует мирового признания».
Вот несколько самых ярких мест исторической речи:
«Бойцы на земле, на море и в воздухе! Черные рубашки революции и легионов! Мужчины и женщины Италии, Империи и королевства Албания! Внимайте!
Час, назначенный судьбой, пробил в небе над нашей Родиной. Настало время для бесповоротных решений.
Объявление войны уже вручено послам Великобритании и Франции.
Мы вступаем в битву против плутократических и реакционных демократий Запада, которые при любой возможности вставали у нас на пути, а зачастую покушались на само существование итальянского народа…
Сегодня мы полны решимости встретить лицом к лицу риски и жертвы войны, к которой неотвратимо побуждает наша честь, наши интересы, наше будущее, потому что великий народ только тогда является великим, когда свято чтит свои обязательства и не избегает высших испытаний, которые определяют ход истории.
Выступление Муссолини. 1940 г.
Мы берем в руки оружие, чтобы, после того как были разрешены проблемы наших континентальных границ, разрешить проблему наших морских границ. Мы хотим разорвать цепи территориального и военного порядка, которые удушают нас в нашем море, потому что народ из сорока пяти миллионов душ не может быть свободен, если не имеет свободного выхода к Океану.
Эта титаническая борьба – не что иное, как фаза логического развития нашей революции.
Это борьба бедных и многочисленных трудовых народов против угнетателей, которые в своей животной жадности владеют монополией на все богатства и на все золото земли.
Это борьба плодовитых и молодых народов против народов бесплодных и клонящихся к закату.
Это борьба двух веков и двух идей…
Итальянцы!..
Италия, пролетарская и фашистская, уже третий раз встает, сильная, отважная и сплоченная как никогда.
Наш лозунг – один, категорический и обязывающий для всех. Он проносится и зажигает сердца от Альп до Индийского океана: победить!
И мы победим, чтобы дать наконец долгий период справедливого мира Италии, Европе, миру.
Итальянский народ!
К оружию! Докажи твою стойкость, твое мужество, твою доблесть!»
(Перевод с итальянского Николая Храмова; http: //kontury.info/publ/istorija/benito_mussolini_vremja_bespovorotnykh_reshenij/7—1–0—17.)
Историки отмечают, что эта речь стала для Муссолини, как для Цезаря, Рубиконом, перейдя который дуче обрек свою империю на крах, а себя на гибель. Итальянские войска терпели поражения от французов, греков и британцев, пока на помощь неудачливому главнокомандующему Италии не бросил свои войска фюрер. Но и немцы, одержав ряд побед, были обречены. Под Сталинградом же 130 тыс. итальянцев оказались в окружении в ходе наступления советских войск. Из них ок. 21 тыс. солдат погибло в боях, 64 тыс. было захвачено в плен.
Сам Муссолини 28 апреля 1945 г. был схвачен итальянскими партизанами и расстрелян. (По одной из версий, в этом деле были замешаны англичане.)
P.S. Интересно мнение Муссолини о своей роли в истории и почему за ним шли в течение 20 лет. Его приводит в книге о дуче Х. Кристофер:
«Итальянцы – самый переменчивый народ. Когда меня не станет, я уверен, историки и психологи будут задаваться вопросом, какой силой удавалось этому человеку вести за собой такой народ столь долгое время. Если бы я даже ничего иного не совершил, этот феномен не позволит предать мое имя забвению. Другие станут завоевывать огнем и мечом, но, конечно, не согласием, как это сделал я… Когда люди говорят, что мы были белой гвардией буржуазии, они беззастенчиво лгут. Я содействовал – и могу заявить это с чистой совестью – прогрессу рабочих больше, чем кто бы то ни было… Я сделал диктаторство благородным. Фактически я и не был диктатором, поскольку моя власть – это не более чем воля итальянского народа».
Воззвание генерала де Голля ко всем французам (1940)
Французский военный и государственный деятель, первый президент в 1959–1969 гг. основанной им Пятой республики, генерал Шарль де Голль (1890–1970) в годы Второй мировой войны и в послевоенное время стал символом французского Сопротивления. Началом этому послужило воззвание полковника де Голля «Ко всем французам», с которым он после полной оккупации Франции немецкими войсками в 1940 г. обратился к соотечественникам по радио из Британской вещательной компании Би-би-си в Лондоне. Речь, в которой патриот Франции призвал французов вступать в движение Сопротивления, вошла в обойму самых важных речей за всю историю этой страны.
Вторую мировую войну (1939–1945) 48-летний полковник Шарль де Голль начал в качестве командующего танковыми войсками в Сааре, на границе с Германией. Французские войска, а еще более «удивительно беспечные» лидеры Франции оказались неспособными противостоять натиску вермахта. Фактически за месяц вся страна была оккупирована. Исполняя обязанности бригадного генерала (утвердить это звание официально так и не успели) и заместителя военного министра, де Голль пытался в июне 1940 г. противодействовать планам по перемирию с Германией, на которых настаивал и которые начал осуществлять 17 июня премьер-министр Франции Филипп Петен. В тот же день де Голль вылетел в Лондон по приглашению премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля, который разглядел, казалось бы, в заурядном полковнике единственного французского военачальника, готового противостоять фашистской Германии. «На этом самолёте де Голль увозил с собой честь Франции» (У. Черчилль). Да, увозил. Полковник эту честь не оставил немцам, не сдал в ломбард англичанам, он встал на ее защиту, чуть ли не единственный представитель (далеко не самый важный) высшей военной и политической иерархии Франции. Как оказалось, полковничьи погоны в тот критический момент помогли Франции больше, нежели генеральские или маршальские. Такое случалось во Франции не раз. Достаточно вспомнить Жанну дʼАрк и Наполеона Бонапарта.
Этот день стал не только переломным в биографии де Голля, но и важным днем в истории Франции. Надо сказать, что на речь полковника в студии Би-би-си поначалу не обратили внимания и не записали радиовыступление никому не известного долговязого офицера-иностранца с усиками – не политика и даже не полководца. Мало ли эмигрантов вещают что-то на свою родину! Опомнившись (а может, по указанию властей), через 4 дня попросили оратора повторить речь. И де Голль повторил слово в слово – он обладал уникальной памятью.
