100 великих речей
Тех, «кто требует от нас подчинения губернаторам, потому что неповиновение породит мятеж в штате; предписывает слугам повиноваться хозяевам, детям родителям и женам мужьям – не из уважения к людям в Боге, а потому, что иначе в семьях наступит неразбериха», декан вразумляет цитированием еще одного отрывка из Апостола: «Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или также голова ногам: вы мне не нужны. Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее, и которые нам кажутся менее благородными в теле, о тех более прилагаем попечения; и неблагообразные наши более благовидно покрываются, а благообразные наши не имеют в том нужды. Но Бог соразмерил тело, внушив о менее совершенном большее попечение, дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены» (1 Кор. 12: 21).
«Принц не может сказать купцу: «Ты мне не нужен», – продолжает настоятель, – ни купцу чернорабочий: «Ты мне не нужен», – …по причине, указанной апостолом, «дабы не было разделения в теле»…
Всемогущий Бог сделал нас несовершенными для того, чтобы мы помогали друг другу. И нет такого низшего, которому не помог бы высший, и нет такого высшего, который отверг бы помощь низшего…
Джонатан Свифт. Гравюра 1743 г.
Согласно этому равенству перед Богом, между людьми есть взаимная зависимость, без которой они не могут существовать… Там, где есть взаимозависимость, должен быть и взаимный долг и, следовательно, взаимное подчинение. Подданный должен подчиняться князю, потому что так ему велит Бог, этого же требуют человеческие законы, и на этом зиждется безопасность общества… Мы должны подчиняться всем, кто находится у власти, и не только добрым и кротким, но и злым, независимо от того, правят ли они по нашему вкусу или нет. С другой стороны… и князья обязаны подчиняться тем законам, по которым их люди выбрали; они обязаны защищать подданных, их собственность, их религию… Лучший князь – величайший слуга нации, и не только слуга народа, но слуга каждого человека».
Проповедь Свифт заключил словами: «Бог послал нас в мир исполнять Его заповеди, нести в мир нашими талантами максимум добра, а нашими немощами минимум зла. Одним Он дал 1 талант, другим – 5, некоторым – 10. Нет человека без таланта, и по тому, верен человек или не верен в малом, он будет вознагражден или наказан Богом точно так же, как и тот, кто был таким во многом».
Некоторые современники Свифта небезосновательно рассматривали эту проповедь как политическую пропаганду. В церкви пастырь служил Богу и вразумлял прихожан повиноваться только Ему, а в светской жизни он, как мало кто другой, только расширял раскол в обществе между партиями вигов и тори, между Англией и Ирландией, поскольку бичевал ложь, лицемерие и стяжательство как главные мотивы философии протестантизма – философии торгашей и главные опоры всякой власти.
«Слово о пользе химии» Ломоносова в Императорской Академии Наук (1751)
Великий русский ученый-естествоиспытатель, поэт, художник, филолог, историограф, «первый наш университет» (А.С. Пушкин), действительный член Императорской академии наук и художеств в Санкт-Петербурге (1745), почётный член Королевской Шведской и Болонской академий наук, поборник развития отечественной науки и просвещения – Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765) внёс большой вклад в развитие риторики и прославился публичными лекциями на естественнонаучные темы, построенными по всем правилам ораторского искусства. Одним из самых ярких и значительных стало «Слово о пользе химии», произнесенное ученым в публичном собрании Императорской академии наук 6 сентября 1751 г.
Ломоносовых – два: один химик, другой поэт. Так считали при жизни Михаила Васильевича в Западной Европе. А для России Ломоносовых было куда больше. Ведь только астроному и поэту могло прийти озарение: «Открылась бездна, звезд полна. / Звездам числа нет, бездне дна». Лишь поэт и философ могли изречь, «что может собственных Платонов / И быстрых разумом Невтонов / Российская земля рождать». Токмо химик, металлург и минералог были в силах разработать в России технологию выплавки смальты (эмали). И всё это сделал один человек – Ломоносов. За 3 года ученый провел 4 тыс. опытов, научился выплавлять смальту любого цвета и построил фабрику цветного стекла и смальты. Мало того – как художник-мозаичник он создал несколько панно, самым известным из которых стала «Полтавская баталия» площадью 310 кв. м, набранная из 1 млн 30 тыс. кусочков смальты, прославлявшая деяния Петра I и подвиг русских солдат. Кто, как не математик, геофизик, географ и т. д., могли объяснить северное сияние, открыть атмосферу на Венере, расчетами доказать существование Антарктиды! Ещё до Пушкина «нашим всем» стал энциклопедист Ломоносов, знавший в совершенстве 11 языков и достигший невиданных результатов чуть ли не во всех тогдашних областях знания.
Главнейшей наукой ученый считал химию – «науку изменений», учение о процессах, происходящих в телах. В ней он был пионером. Для первой в России химической лаборатории Ломоносов создавал приборы. Разработанные им весы имели погрешность измерения 0,0003 г, что сопоставимо с погрешностью измерения современных аналитических весов. Точные весы помогли ему совершить великое открытие, определившее суть химии. Установив, что общий вес веществ до химической реакции и после нее не изменяется, Ломоносов открыл тем самым закон сохранения веса при химических реакциях как частный случай общего закона сохранения материи.
Прославился Ломоносов и как мастер риторики. До Ломоносова проблемы красноречия в России мало кого волновали. Изучив книги по ораторскому искусству и исследовав стилистику русской прозы, Ломоносов впервые разработал «Краткое руководство по риторике», вызвавшее широкий резонанс среди деятелей культуры. В труде автор изложил требования к лектору, правила риторики, составления публичных речей, выступления эмоционального воздействия на слушателей. Особое внимание уделил структурированию текста – ведь «храброго вождя искусство состоит не в одном выборе добрых и мужественных воинов, но не меньше зависит и от приличного установления полков».
Весьма преуспел Ломоносов и на поприще популяризации наук и поднятия авторитета научных занятий, как превосходный ритор, слушать которого набивались полные залы. Особый успех выпал выступлению Ломоносова со «Словом о пользе химии», которое поручил ему произнести на торжественном собрании Академии 6 сентября 1751 г. президент Академии наук К.Г. Разумовский.
В своей речи ученый доступно и интересно рассказал о научных достижениях, поведал о ранее неизвестных процессах, изложил свои взгляды на задачи и значение химии для развития промышленности и на пути ее развития в России, озвучил программу собственных физико-химических исследований; сообщил о полученных результатах экспериментальных работ; призвал к упрочению связи научной теории и практической деятельности.
Сравнивая образованного человека с необразованным, оратор подчеркнул: «Не ясно ли видите, что один почти выше смертных жребия поставлен, другой едва только от бессловесных животных разнится; один ясного познания приятным сиянием увеселяется, другой в мрачной ночи невежества едва бытие свое видит? Толь великую приносит учение пользу, толь светлыми лучами просвещает человеческий разум, толь приятно есть красоты его наслаждение».
«Слово» получило высокую оценку у ученых-естественников и у филологов, став одновременно образцом научной лекции и ораторской прозы, и было напечатано в трудах академии.
Поскольку речь весьма пространна, приведем лишь ее концовку, в которой Ломоносов приносит дань признания Петру I и его дочери Елизавете Петровне как радетелям основания и развития русской науки.
