Гром Раскатного. Том 2 (СИ)

Вышел из усадьбы, прогулочным шагом направился к воротам и вышел через них. Из лимузина тут же выскочил высокий парень моего возраста. Точнее, старше на полтора года.
— Приветствую тебя, Георгий! — Николай Пуришкевич протянул мне руку и улыбался так, словно увидел кинозвезду. — Рад приветствовать тебя в Новом Тагиле.
Я ответил жестом на жест. Просканировал его телефон и понял, что парень не несет никакой угрозы. Пока что.
— Что хотел, Николай?
— Поговорить бы, — он кивнул водителю, и тот погасил фары. — Ты как, не против?
— Ну пойдем, коль не шутишь, — я отвернулся, и в следующий миг из машины вышли две девицы. — А эти зачем?
— Спутницы, — пожал плечами Николай и двинулся вслед за мной.
Пока мы шли до усадьбы, он не затыкался. Похвалил сам дом, территорию. Удивлялся, как мне в голову пришло прикидываться простолюдином, и строил целые теории. Одна из них была интересной, но слишком глупой.
Он думал, что я специально все это проделал, чтобы прочувствовать, как живет низший класс. И по итогу открылся, чтобы Пирсов не переступил черту и не начал войну родов.
В целом, парнишка был странным, но голова у него работала. Только не в ту степь.
В гостиной я предложил гостям напитки и сел в кресло, ожидая, что Коля мне скажет. Интересного, разумеется.
— Понимаешь, какое дело, Гоша, — Николай убрал оливку из бокала с Мартини и уселся между двумя девушками. А они, так сказать, были слишком «яркими». Сильный разрез декольте, большая грудь у обеих и ярких макияж. Когда они перекидывали ногу на ногу, они словно специально делали это медленно, показывая, что под их юбками есть что-то интересное.
Фу. не для меня.
— Мы с тобой, — продолжил он. — Наследники двух сильных родов. И должны держаться вместе, смекаешь. О чем я?
— Допустим.
— Как насчет того, чтобы познакомиться поближе? Ну, — он заулыбался. — Пообщаться, отдохнуть вместе? А? Что скажешь?
— И ради этого ты захотел зайти в гости? — удивился я. — И на улице мог предложить.
— Так, интересно стало, как живет Георгий Раскатный.
«Да? Что-то я сомневаюсь, Николай.»
— И как тебе?
— На широкую руку, я бы сказал, — он положил руку на плечо одной из девушек. — Роскошное место, да и красивое. Раньше бывал здесь?
— Скажи мне вот что, Коля, — я встал с иронией, написанной на лице, посмотрел на красоток и хмыкнул про себя. — Чем моя усадьба отличается от твоей?
Мой вопрос застал его врасплох. Ну, ведь, на самом деле, чем один дом аристократа может отличаться от дома другого? Наличием большей роскоши и не более. Парень просто не знал, как завязать со мной разговор, и делает абсолютно нелепые ошибки, думая, что разговаривает с глупцом.
— Да ничем таким, — улыбка пропала с его лица. — Так, что скажешь, насчет дружбы? Да и пообщаться?
— Мне уже хватило общения с тобой, — холодно произнес я. — Вижу очевидное, ты не понимаешь, во что ввязываешься. Так что я слушаю твое предложение и на этом попрошу вас удалиться.
Он замолк. Захлопал глазами, хаотично соображая, что вообще можно сказать не пробиваемому человеку. И все же выпалил:
— Давай сходим в «До Зари»? А? Сегодня приезжает диджей из Германской империи, популярный. Покажу тебе, как отдыхают у нас в Новом Тагиле. Да и другие знакомства заведешь, — он пожамкал девушку за плечо, показывая, о каких именно знакомствах он говорит.
— Откажусь, — я прищурился. — У меня поступление в Училище. Так что надо готовиться. Да и не до гулянок мне сейчас.
— Училище? — хмыкнул Коля. — Понятно. Но я бы, на твоем месте, не отказывался. Сам понимаешь, времена сейчас скверные. Без друзей не выживешь. Да и без охраны не проживешь. Гвардейцев у тебя я не вижу. Пойдешь, Гоша, тебе на пользу только будет. Поверь мне, я умею заботится о друзьях.
Он врал. Сам он не мог позаботиться даже о себе. Вот папа — немного другое дело. Но что сейчас может его отец? Его род высмеян, его сервера падают, репутация скатывается ниже плинтуса. Да и что дальше?
— Иди гуляй, — я жестом указал на дверной проем. — Отказываюсь.
  
Его разочарованное лицо было смешным. Да и сам он был смешным для меня.
Понимая, что от меня он ничего не получит и ни о какой дружбе речи не идет, он встал, обхватил девушек за чуть пониже талии и пошел на выход. Демонстративно сжимая их задницы в коротких юбках. Мол, показывая мне, чего я только что лишился.
Около ворот он позволил себе ляпнуть одну фразу:
— Ума у тебя немного, дружок. Один, ты погибнешь в Тагиле. Поверь мне и моему опыту.
Девицы засмеялись после этих слов, ну а я зевнул. Мне было плевать, что говорит будущий нищий. Потому что его род скоро окажется в заднице.
В этот же момент к забору подъехала Людка Рысева на своем джипе. Когда она вышла, увидела меня и, улыбаясь, пошла на встречу, Коля улыбнулся. Он остановился, чтобы услышать, чем закончится эта встреча, и в конечном счете не смог сдержать смех. Словно пытался сказать, что Рысевы — ничтожество.
— Зачем приехала? — перед тем, как Коля заржал, спросил я, открывая калитку. — В гости или так, по делу?
— Приехала, как только узнала, что ты не Бабасов, а Раскатный, — она коротко кивнула мне и продолжила: — Можем поговорить? Дело есть.
— Рысевы, — заражал Коля. — Божечки-кошечки, — театрально заявил он. — Раскатный. Алло! Ты что, не понимаешь? Это вообще не твой уровень! Раскатный должен тусить рядом с Пуришкевичами или Орловыми, например. А это… — он смеялся, вытирая несуществующие слезы с лица. — О боже
— Вали, — рявкнул я. — И рот свой закрой.
— У тебя есть вопросы относительно моего происхождения, — тут же вспылила Рысева. — Так давай обсудим
Коля поспешил сесть в машину. Заблокировал двери, и компания Пуришкевича тут же сорвалась с места.
Ну, до первого поста он доедет, а вот дальше пойдет пешком или будет ждать другую машину. Потому что за пару секунд я навесил на его номера штрафов на десятки тысяч. Дорожно-патрульная служба империи будет очень рада размазать его смазливое личико о капот. А в том, что они это сделают, сомнений у меня не было. Он пафосный, надменный, но тупой. Так что обязательно будет рыпаться и пытаться козырять своим статусом.
Да и тем более лимузин конфискуют. Хех.
  
Глава 12
 
Кирилл Слютников.
«Черти, — Хорёк скривился от боли в заднем проходе и нервно поёрзал на стальном стуле. — Сказал же, что болен!»
— Итак, господин Слютников, — следователь по незаконному товарообороту сильнодействующих наркотических средств постукивал ручкой по столу, действуя на нервы Кириллу. — Вы утверждаете, что с ваших аккаунтов вы не совершали никаких покупок?
— Я это сказал еще в прошлый раз, — рявкнул Хорёк. — И следователю по химикатам, и следователю по пропаганде ЛГБТ. Повторюсь, это все — я не делал!
— Очень интересно, — не унимался следак. — То есть, синие кристаллы не ваших рук дело?
— Какие к черту кристаллы? — Слютников уже начал плеваться от злости. — Мне обещали, что после допроса меня отпустят! Сколько можно спрашивать одно и то же, а⁈ Вы дворянская полиция, или что вообще?
— Дворянская, — кивнул следак. — И сами понимаете, мне нужно убедиться в том, что…
— Так, всё, мне надоело. — Слютников встал со стула, скривился от пульсирующей боли в пояснице и пошел к двери. — Откройте! — он забарабанил кулаком в дверь. — Немедленно!
Никто не противился уходу дворянина из отдела дворянской полиции. Только вот, Кирилл даже не успел вернуться домой, как звонок врача заставил его назвать новый адрес.
— Прошу прощения, Кирилл Александрович, — вас беспокоит начальник терапии Зайцев Владимир Борисович.
— И что вам нужно?
— Ваш лечащий врач передал нам вашу больничную карту. И… понимаете, вас уже трое, кто заболел с подобными симптомами. Врачебной коллегией было решено передать все эти больничные дела в одни руки. В мои. И поэтому, я приглашаю вас в частную больницу Зайцева, чтобы продолжить лечение. Поверьте, я могу спасти вашу жизнь!