"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Он не стал слушать доводы разума, – ровным голосом сказала Юдифь Дейтерос, – он проявил агрессию, когда я попыталась приструнить его. Связывающие чары оказались бесполезными. Марта попыталась вывести его из строя. Это он эскалировал конфликт… он выбил ей глаз, так что мне пришлось ответить. Это не… этого не должно было случиться.
Двое профессиональных военных из Когорты, некромант и первый рыцарь. И все это устроил один причудливый старикашка. Паламед опустился на колени рядом с капитаном, но она грубо оттолкнула его носком ботинка.
– Сделай что-нибудь для нее, – велела она.
– Капитан, – заметила Камилла, – лейтенант Диас мертва.
– Тогда не трогайте меня. Мы сделали то, за чем пришли.
Взгляд Гидеон устремился к машине в углу. Она не сразу ее заметила, потому что машина казалась до странности нормальной, но нормальной она совсем не была. Не для дома Ханаанского. Это был электрический передатчик с наушниками и микрофоном. Антенна, направленная в окно, светилась бледно-голубым в лучах заката.
– Капитан, а зачем вы пришли? – спросил Паламед.
Некромантка Второго дома зашевелилась, застонала от боли, закрыла глаза. Втянула воздух сквозь зубы, и капля пота сбежала по виску.
– Мэйдей, – сказала она, – я отправила сигнал SOS. Идет подкрепление, Страж… просто проследите, чтобы никто больше не умер. Он сказал, что я предала императора… что я поставила его под удар. Я нахожусь на императорской службе с шести лет. – Голова капитана Дейтерос клонилась вниз. Она с усилием подняла подбородок. – Он не был человеком. Я вообще никогда ничего подобного не видела. Марта убила его… Марта… Скажите им, что она отомстила за Пятых и Четвертых.
Паламед, не обращая внимания на пинок, придвинулся ближе. Вторая поставила ногу в сапоге ему на плечо.
– Капитан, мертвая ты пользы не принесешь, – сказал он.
– Это привилегия – не приносить больше пользы. Мы решили проблему, которую никто из вас решить не смог… сделали то, что должны были сделать. И дорого за это заплатили.
Харроу подошла к неподвижному, изрезанному телу Учителя. Опустилась на колени, похожая на длиннохвостую ворону. Гидеон оставалось только прижаться спиной к стене, нюхать кровь и чувствовать себя совершенно опустошенной.
– Ничего вы не решили, – сказала некромантка.
– Харроу! – предостерег ее Паламед.
– Это оболочка, содержащая в себе сотню душ, – сказала Харроу.
Капитан вздрогнула, открыла глаза и больше их не закрывала.
– Это тварь чудовищной силы, но это… опытный экземпляр. Я сомневаюсь, что до сегодняшнего дня он хоть кого-то убивал. Я удивлюсь, если он причастен к смерти Четвертых и Пятых. Он был создан для охраны этого места. В Первом доме существует нечто, куда опаснее древнего эксперимента, и он мог бы нам помочь найти это. Но если ты собираешься умереть, то никогда не узнаешь, в чем было дело.
Белки глаз у Юдифь были очень белые. Она старательно изображала жестокость и жесткость, но лицо вдруг дрогнуло. Она посмотрела на своего рыцаря без всякой жалости, у Гидеон бы никогда так не вышло, а потом снова перевела взгляд на живых. То ли яростный, то ли умоляющий. Паламед придвинулся еще ближе.
– Я не могу тебя спасти, – сказал он, – не могу даже избавить от боли. Но команда опытных медиков с этим справится. Как далеко Вторые? Сколько нам ждать прибытия Когорты?
– Вторые не придут, – капитан Дейтерос горько и коротко улыбнулась, – здесь нет связи со всей системой. – Теперь она говорила хрипло. – Он не лгал. Способа связаться с Домами не существует. Я пробилась к имперскому флагману, Шестой. Сюда идет император… Царь неумирающий.
Рядом с Харроу задергался Учитель.
– Вы призвали его туда… куда он не должен возвращаться… – проговорил мертвец тоненьким визгливым голосом. Связки ему перерезал кинжал. Все его тело содрогнулось, мертвые глаза перестали ласково светиться, язык вывалился изо рта. Позвоночник выгнулся.
– Господи, господи, господи, один из них вернется.
Он осекся и рухнул на пол. Наступившая при этом тишина давила. Хотелось блевать.
– Юдифь, – начал Паламед.
– Дай мне ее рапиру, – сказала она.
Рапира оказалась для нее слишком тяжелой. Камилла положила ее некромантке на колени, и Юдифь свела пальцы на рукояти. Сталь ярко заблестела. Юдифь сжимала пальцы, пока они совсем побелели.
– Давай мы тебя хотя бы унесем отсюда. – Гидеон показалось, что это на редкость хреновое место для смерти.
– Нет, – ответила она, – если он снова оживет, я буду готова. И я ее не оставлю. Никто не должен смотреть, как умирает его рыцарь.
Последний раз Гидеон видела капитана Юдифь Дейтерос сидящей на стуле очень прямо. Из раны на животе текла кровь. Голова капитана была высоко поднята, а лицо решительно ничего не выражало.
33
Казалось, что Восьмой дом оказывается там, где его меньше всего хотят видеть. Они обнаружились в белом коридоре у комнаты Дульсинеи, когда остальные к ней возвращались. Рядом с безупречными белыми рясами коридор казался уже совсем не таким чистым.
Гидеон успела схватиться за рапиру, но они явились по делу, а не с объявлением войны.
– Третий дом осквернил тело, – сказал Сайлас Октакисерон вместо приветствия, – все слуги уничтожены. Где Вторые и Седьмая?
– Мертвы. Выведена из строя. Учитель тоже.
– Что ж, у нас катастрофически не хватает сил, – заметил некромант Восьмого дома, которого никак нельзя было обвинить в излишнем мягкосердечии. Он даже не постарался изобразить хотя бы тень сочувствия. – Слушайте. Третьи вскрыли госпожу Пент.
– Абигейл? – спросил Паламед.
– Вскрыли? – спросила Харроу.
– Брат Эшт видел, как утром они выходят из морга, но с тех пор мы их не видели. Их нет в покоях, а люк в лабораторию заперт. Мы вынуждены объединить силы. Абигейл Пент помешала им и была вскрыта.
– Объясни, что это значит, а то мое воображение лучше твоих описаний, и мне что-то не смешно, – потребовала Гидеон.
– Пошли, посмотришь, – мрачно сказал рыцарь Восьмого дома.
Это не могла быть засада. Остался один Дом против двух. К тому же Сайлас Октакисерон впервые за все время по-настоящему нервничал. Гидеон держалась сзади, рядом с Харроу, пока угрюмая процессия шествовала по коридорам в атриум, в столовую и наконец в импровизированный морг рядом с кухней.
Харроу бурчала себе под нос, так что слышала только Гидеон:
– Вторые мертвы или умирают, Учитель мертв и призраки заодно…
– Учитель напал на Вторых. Почему ты считаешь, что он не убивал остальных?
– Потому что он сильнее всех боялся дома Ханаанского и лаборатории, – объяснила Харроу. – Надо бы вернуться и проверить, но я подозреваю, что он в принципе не способен спуститься по этой лестнице. Он сам – конструкт. Но для чего он служил моделью? Если появится какая-то хрень…
– Бежать как сумасшедшая, – сказала Гидеон.
– Я, вообще-то, хотела сказать: «Бей ее рапирой по башке».
Морг был прохладен, мрачен и тих. Суета, царившая в доме Ханаанском, его не коснулась. Народу тут было многовато: подростки так и лежали в холодных железных ящиках, Протесилай тоже был на месте, пусть и в виде головы без тела. Поскольку собрать его целиком было бы непросто, возможно, это было и к счастью. Магнус тоже лежал на полке, которая была ему немного коротковата и неудобна. Но вот его жена… тело Абигейл целиком выдвинули из ниши. Она лежала застывшая и бледная, рубашку ее задрали до талии. Живот справа вскрыли ножом без всякого изящества. Там зияла большая бескровная дыра, размером примерно с кулак.
Оба Шестых, чья неуместная любознательность никогда не угасала, немедленно уставились в рану. Камилла щелкнула карманным фонариком. Харроу присоединилась к ним, а Гидеон осталась присмотреть за Восьмыми. Сайлас, мертвенно-бледный и встревоженный, выглядел не лучше Абигейл. Его рыцарь был так же бесстрастен, как и всегда, и не смотрел Гидеон в глаза.