"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
18
– Несите их сюда.
Это было проще сказать, чем сделать.
Ушел почти час на то, чтобы поднять тела и надежно их разместить – наверху нашлась морозильная комната, и Паламед неохотно разрешил оставить тела там, – а потом на то, чтобы собрать все Дома в столовой. Скелеты Харроу могли карабкаться по лестнице, даже таща за собой тела, но Колум из Восьмого дома не реагировал на просьбы, угрозы и физическое воздействие. Он стал чуть менее серым, но его тоже пришлось нести на руках – это сделали Корона и Гидеон. Увидев Колума, Учитель заорал от ужаса. Поднять его наверх оказалось сложнее всего. Теперь он сидел на краю стола, на столе перед ним курились в миске неизвестные травы, и дым застилал лицо и путался в ресницах.
Все, кто не лежал на полу столовой, не валялся в морозильнике и не нюхал травы, сидели у стола и грели руки о кружки с чаем. Это странно походило на первый день в доме Ханаанском – та же скука, та же подозрительность. Только тел стало больше.
Более-менее адекватными выглядели только представители Второго дома. Как оказалось, это они позвали Учителя к люку, а теперь сидели, прямые и великолепные в своей отглаженной, красно-белой форме. Обе щеголяли одинаковыми, туго заплетенными косами и обилием золотого шитья, и лица у обеих тоже были одинаковые, серьезные. Различить их было сложно – разве что у одной на бедре висела рапира, а у второй на воротничке торчало очень много золотых пимпочек. Учитель сидел от них поодаль. Неприкрытый страх сменился глубокой усталой грустью. Рядом с ним громко гудел маленький обогреватель, разгоняя утреннюю прохладу. Другие два жреца дома Ханаанского, кутаясь в плащи, наливали всем чай.
Некромантка Второго дома кашлянула.
– Учитель, – сказала она звучным, хорошо поставленным голосом, – я продолжаю утверждать, что наилучший способ действия – известить Когорту и привлечь военные силы.
– А я еще раз скажу, капитан Дейтерос, – грустно ответил он, – что это невозможно. Запрещено священным правилом.
– Поймите, что это не предмет переговоров. Пятый дом должен быть извещен. Они непременно потребуют расследования, и немедленно.
– Расследования убийства, – добавила Жанмари, которая не притронулась к чаю.
– Убийство… ах, убийство… мы не можем предположить, что это было оно.
Начались шепотки. Рыцарь Второго дома сказала уже злее:
– Вы полагаете, что это несчастный случай?
– Это меня очень удивило бы, лейтенант Диас. Только не Магнус и леди Абигейл. Опытный некромант, ее рыцарь, разумные взрослые люди. Я не думаю, что это было неудачное… происшествие. Я полагаю, что они убиты.
– Но…
– Убивают живые. Их обнаружили у входа в… я не могу объяснить, насколько серьезна эта угроза для любого. Я не стану больше держать это в секрете. Я говорил каждому, кто просил разрешения на вход в это место, что это равносильно смерти. И я говорил буквально. Я говорил, что это самое опасное место во всей системе Доминика, и именно это я и имел в виду. Там водятся чудовища.
– Почему же они не трогают вас? – спросил Набериус. – Вы живете здесь долгие годы.
– Долгие, долгие годы… они не трогают стражей дома Ханаанского. Пока. Но я живу в страхе перед тем днем, когда это изменится. Я верю, что Абигейл и Магнус досадили им, и это повлекло трагические последствия. Я не поддерживаю идею, что это несчастью было подстроено кем-то, находящимся в этой комнате.
Тишина расползалась по столовой. Капитан Дейтерос нарушила ее, сказав с нажимом:
– И все же это дело властей.
– Я не могу и не стану обращаться к ним, – возразил Учитель, – межпланетная коммуникация здесь запрещена. Помилосердствуйте, капитан Дейтерос, где здесь мотив? Кто захочет навредить Пятому дому? Хорошему мужчине и хорошей женщине?
Некромантка сложила домиком затянутые в перчатки руки и наклонилась вперед.
– Я не стану рассуждать о мотивах и намерениях, – сказала она, – и уж точно не хочу, чтобы это оказалось убийством. Но если вы не согласитесь со мной, я сочту, что у меня есть разумные причины прекратить это испытание. Я возьму командование на себя, если вы этого не сделаете.
Кто-то резко грохнул кружкой об стол. Это оказалась Коронабет. Сонная, с опухшими фиолетовыми глазами и растрепанными волосами, она все равно сошла бы за главную достопримечательность любого места, где оказалась бы.
– Не глупи, Юдифь, – нетерпеливо сказала она, – у тебя нет никаких полномочий.
– Если власть не способна обеспечить безопасность Дома, командование принимает Когорта…
– В боевых условиях.
– Пятые мертвы. Я отвечаю за их Дом. Я утверждаю, что нам нужно военное вмешательство, и нужно немедленно. Как высший из присутствующих офицеров Когорты я имею право принять такое решение.
– Капитан Когорты, – заметил Набериус, – стоит ниже официального лица Третьего дома.
– Я в этом сильно сомневаюсь, Терн.
– Принц Терн, будь так любезна, – вмешалась Ианта.
– Юдифь! – успокаивающе сказала Корона, пока не началась война Домов. – Это мы. Ты ходила к нам на дни рождения. Учитель прав. Кто бы стал убивать Магнуса и Абигейл? Они оба и мухи бы не обидели. Может быть, люк оставили открытым, что-то произошло, а вниз падать долго… кто там был внутри? Девятая?
С подчеркнутой холодностью Харроу ответила:
– Мы заперли люк, прежде чем спускаться внутрь.
– Точно?
Гидеон, которая лично поворачивала ключ, почему-то почувствовала благодарность к Харроу, которая даже не посмотрела в ее сторону, а просто сказала:
– Я совершенно уверена.
– У кого, кроме Девятой, были ключи от люка? – продолжила Корона. – Мы не представляли, что там подвал.
– У Шестых, – хором сказали Камилла и Паламед.
– У нас с Про, – тихо, устало сказала Дульсинея, отчего Гидеон вскинула брови.
– У Колума ключ, данный Восьмому дому, – послышался голос с пола.
Сайлас сел и теперь вытирал лицо очень белым кусочком батиста. Глаз у него покраснел и распух, и некромант осторожно его ощупывал. Корона предложила ему руку, но он отказался и взялся за стул, чтобы встать.
– У него есть ключ. И я рассказал леди Пент о существовании помещения под этим этажом, сразу после праздника.
– Зачем? – спросила Харроу.
– Она попросила. А я никогда не лгу. А еще мне не интересно, чтобы Девятый дом достиг ликторства… просто разгадав детскую загадку.
Харроу мигом захлопнулась, как складной стул, а в голосе ее появился медленно тлеющий огонь.
– Твоя ненависть к нам – это суеверие, Октакисерон.
– В самом деле? – Он аккуратно сложил платочек и сунул под кольчугу. – Кто же был внизу, когда умерли леди Пент и сэр Магнус? Кто так удачно оказался рядом, чтобы обнаружить…
– Один фингал ты сегодня уже заработал, милостью Седьмого дома. И, кажется, получишь второй, для симметрии.
– Седьмой, значит? – Некромант не казался особенно недовольным. – Ясно… это случилось так быстро, что у меня были сомнения.
Гидеон подумала, что Дульсинея снова заснула, потому что она осела на руках у Протесилая, но тут она открыла огромные глаза и попыталась поднять голову.
– Мастер Сайлас, – низким голосом сказала она, – Седьмой дом просит прощения у милосердного Восьмого. Это все ужасная неловкость… Про реагирует куда быстрее меня. Но меня же ты на дуэль не вызовешь?
– Ни в коем случае, – вежливо ответил Сайлас, – это было бы грубо. Колум сразится с рыцарем Седьмого дома.
Гидеон почувствовала, как руки сами сжимаются в кулаки. Дульсинея глубоко прерывисто вздохнула и тихо сказала:
– Пожалуйста…
– Прекратите, – велела Коронабет, – это безумие.
Смеющаяся золотая бабочка исчезла. Она стояла, уперев руки в бока, и походила на кусок ледяного янтаря. Голос ее звенел, как труба.
– Мы должны заключить договор. Мы не можем выйти из комнаты, подозревая друг друга. Мы должны работать на высшую власть. Мы знали, что это опасно, и согласились с этим, и я не верю, что кто-то из нас причинил вред Абигейл или Магнусу. Мы должны доверять друг другу, иначе разразится беда.