"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– И вас только двое? – спросил он. – Я не сомневаюсь в ваших способностях, цзен, просто…
И тут в дверях появились еще три Зеленые Кости – двое мужчин и женщина. Они тяжело дышали и вспотели, как будто всю дорогу бежали. Облегчение, которое господин Унь почувствовал при появлении подкрепления, быстро испарилось, когда женщина выдохнула:
– Они захватили почти все к югу от Генеральского бульвара. Гонт лично руководит атакой.
Сабля за ее спиной была влажной. Желудок господина Уня протестующе сжался.
– Они вот-вот будут здесь.
Стоящий у двери Цун дернул головой в сторону улицы, словно услышал какой-то звук, которого не уловил господин Унь.
– Они уже здесь.
Зеленые Кости выхватили оружие и побежали к двери оборонять здание. Господин Унь взвизгнул и бросился в противоположном направлении. Он нырнул за стойку бара как раз в тот момент, когда перед рестораном скрипнули шины, хлопнула дверь и началась стрельба.
Первая очередь прошила фасад и разбила три окна «Двойной удачи». Господин Унь застонал при мысли об ущербе, но после этого стрельба прекратилась. В схватке за территории ни одной из сторон не выгодно повреждать потенциальный источник дани или убивать прохожих. Снаружи раздались крики и лязг стали, потом вопли раненых и визг тормозов еще одной машины и новые звуки схватки. Господину Уню показалось, что кто-то заорал: «Отходим!», но голос смешался с новыми выстрелами.
И потом все стихло. Господин Унь не смел даже дышать.
И когда он наконец собрался с духом и встал посмотреть, что случилось, входная дверь распахнулась и вошел гигант, это мог быть только Гонт Аш, Штырь Горных. За ним по пятам следовали три воина с горящими глазами, их лица и одежда были в крови. Гонт стоял в вестибюле, обозревая пустой зал ресторана.
– Милое местечко, – сказал он и повернулся к бару. Господин Унь съежился и захныкал в рукав. – Выходите, друг мой, – велел Гонт.
Господин Унь неуверенно поднялся. Гонт поманил его к себе. Владелец ресторана заставил себя натянуть самое профессиональное выражение заботливого хозяина и приблизился к отряду Зеленых Костей. По пути он взглянул на входную дверь и с ужасом увидел кровь на стекле и ноги лежащего Цуна.
– Где персонал? – спросил Гонт, и господин Унь подпрыгнул как белка.
Господин Унь попытался ответить, но не сумел и ткнул пальцем в сторону кухни и подсобки.
– Приведи их сюда, – приказал Гонт одному из своих людей.
Господин Унь снова вздрогнул – входная дверь открылась, и вошли еще две Зеленые Кости, они тащили обвисшего Сатто. Они бросили его перед Гонтом, как кошки приносят убитую крысу.
– Нефрит для нашего Штыря, – сказал один из Горных, почтительно склонившись. – Ценная победа. «Двойная удача» – жемчужина Равнинных.
Сатто с трудом поднялся на колени и плюнул на ботинки Гонта.
– Кровь за клан. Хило-цзен вырвет нефрит с твоего холодного мертвого…
Гонт опустил саблю с такой скоростью и силой, что господин Унь не успел даже пискнуть, а голова Сатто уже катилась по ковру, остановившись только у стойки официанта.
– Вы все хорошо дрались, поделите нефрит между собой, – сказал Гонт своим бойцам. – Пойди скажи Оро, чтобы не приводил персонал, пока не уберут тело, не стоит их пугать.
Штырь убрал клинок в ножны и сел за ближайший столик, оглядываясь вокруг и кивая. Он изучил доску с блюдами дня, написанными мелом.
– Комплексный обед еще можно заказать? – спросил он.
Вопрос вывел господина Уня из прострации.
– Д-да, Гонт-цзен. Хотя все уже унесли, наверное, блюда уже остыли и не такие свежие, вот если бы вы пришли два часа назад… – Он умолк, сообразив, как глупо это прозвучало.
– Мне сказали, что это излюбленное место моего врага Коула Хило. И что хрустящие кальмары восхитительны. К сожалению, у меня не было возможности здесь обедать. Такова неприятная реальность жизни Зеленой Кости.
Два бойца унесли безголовое тело Сатто.
– Я польщен, что вы знакомы с репутацией «Двойной удачи», цзен, – поспешил сказать господин Унь, обильно вспотев. – Прошу вас, позвольте принести хрустящие шарики кальмара, чтобы вы наконец-то могли их попробовать.
– Ничего другого мне и не нужно, – ответил Гонт. – И принесите еще ваши бухгалтерские книги.
Господин Унь поспешил принести и то и другое. Десять минут спустя Штырь Горных положил шарик кальмара в рот и стал жевать. Его подчиненные внимательно наблюдали. Персонал «Двойной удачи» вышел в зал. Они стояли полукругом за господином Унем, молча и дрожа от страха. Гонт нахмурил густые брови. Он проглотил, поднял руку и несколько раз одобрительно похлопал по столу.
– И правда, репутация «Двойной удачи» вполне заслужена, – сказал он. – Такие хрустящие, а вкус бесподобен. И острые в меру. Я бы с радостью ел их каждый день.
Господин Унь невольно просиял. Персонал за его спиной с облегчением выдохнул.
Гонт продолжал есть, просматривая черную бухгалтерскую книгу, которую господин Унь положил перед ним.
– Какую дань вы платили Равнинным? – спросил Гонт.
Господин Унь сказал, и Гонт медленно кивнул, просматривая записи.
– В последнее время ваши дела процветают, а мы ведем войну. Будете платить Горному клану в полтора раза больше. – Он подал знак Кулакам взять палочки и угоститься кальмаром, что они с готовностью и сделали. – А теперь, друг мой, присягните в верности и пообещайте платить дань, и завтра можете открыться, как обычно.
Господин Унь пару раз открыл и закрыл рот, а потом вытер лоб и сказал:
– Гонт-цзен, я двадцать лет был Фонарщиком Равнинного клана. Мой брат и племянник – тоже преданные Фонарщики Коулов, моя невестка – Барышница, мой двоюродный брат – Палец в клане. Не могли бы вы позволить мне с честью уйти?
По давней традиции, когда один клан захватывал территорию другого, не носящие нефрит владельцы заведений и работники могли присягнуть другому клану или беспрепятственно уйти, как произошло в игровых домах на шоссе Бедняка, когда их захватили Коулы несколько дней назад.
– Это неприемлемо, – отрезал Гонт. – Семья Уней владела «Двойной удачей» со дня его основания. Без вашего умелого руководства и кулинарного таланта он превратится в карикатуру.
И снова господин Унь почувствовал себя польщенным. Штырь Горных обладал зычным и четким баритоном, отчего его слова казались более вескими. Может, не так уж плохо быть Фонарщиком Горных, да и в чем разница – платить дань одному клану или другому? И все же господин Унь никогда и в мыслях не держал, что «Двойная удача» может достаться другому клану. Равнинные всегда были так сильны в этом районе, покровительство Коула Хило казалось нерушимым. На войне все еще могло измениться, и ресторан снова вернется к Равнинным. Безопаснее никого не предавать.
– Прошу вас, Гонт-цзен, – повторил господин Унь, стиснув руки в почтительном поклоне, – «Двойная удача» – наследие семьи, но я вынужден отказаться.
Гонт поразмыслил. Он вытер губы салфеткой и встал.
– Хорошо. Я вас понимаю. – Он повернулся к своим бойцам. Двое уже ушли, вероятно, чтобы дальше сражаться за Доки или еще где-то в городе, но трое остались. – Проследите, чтобы весь персонал покинул здание, – приказал он. – И сожгите его.
Господин Унь застыл в ужасе. И когда Зеленые Кости бросились выполнять указания, он вскричал:
– Нет, Гонт-цзен, умоляю! – Старик упал перед Штырем на колени. – Я… я… клянусь в верности и буду платить дань Горному клану. Я зажгу фонарь, чтобы освещать путь воинам и взывать к их покровительству, – произнес он дрожащим от спешки голосом. – Во имя богов, прошу вас.
Гонт поднял руку, давая знак своим людям.
– Я с радостью принимаю вашу клятву, господин Унь. Я был бы сильно разочарован, если попробовал бы ваших хрустящих кальмаров только один раз. – Он обошел трясущегося Фонарщика и направился к двери, оставив Кулака на страже. – «Двойная удача» – это только начало. Что мы не сможем отобрать у Равнинных, то уничтожим. Когда война закончится и Горные победят, в Жанлуне останется только один клан, как раньше, и тогда у хороших Фонарщиков вроде вас не будет причин для беспокойства.