Засланка по собственному желанию (СИ)

И вот пока она спит мне захотелось поцеловать ее в самое сокровенное.
Этот цветок вырос и раскрылся именно для меня и именно я был первым.
Но тогда я не почувствовал всей «сладости» этого цветка. А теперь я распробовал его. И не могу (и не хочу) отказывать себе в этом удовольствии.
Вот и сейчас хочу поцеловать «лепестки» и сердцевину моего цветочка. Осторожно я опустился, аккуратно подсунул руки под такую упругую и приятную для прикосновений попочку и поцеловал свой цветочек.
Тело моей Кат ответило мне согласием.
Оно слегка выгнулось и открылось еще больше, а от Кат послышался сонный, но вожделенный стон. Это воодушевило меня и я постарался, чтобы пробуждение Кат было очень приятным.
А потом она окончательно проснулась и отблагодарила меня доставив удовольствие. Она приняла меня, подарила всю себя и покричав для меня с утра.
Правда потом попросилась еще немного поспать, что я ей и позволил.
С улыбкой на губах я решил вставать. Иначе не дам ей поспать.
Пока Кат спит, решил помыться, немного размяться на улице и приготовить нам завтрак.
Жутко хочется доставлять удовольствие своей девочке всеми доступными мне способами. Мне очень хотелось приручить эту строптивицу к себе.
Сняв с нас одежду в первый вечер я больше не одевался сам и не позволял одеваться моей девочке. Мне было очень приятно на нее глядеть, чувствовать ее тело.
Я думал, что она будет очень сильно сопротивляться и стесняться. Но опять был удивлен ее смелостью в этом вопросе. Конечно я поддерживал в доме ту комфортную температуру, что бы она не мерзла и не старалась завернуться в плед, одеяло или вообще натянуть на себя платье.
А она и не пыталась скрывать от меня свою красоту. А ее походка... Упругие бедра плавно покачивались, ровные ножки ступали мягко и грациозно, гибкая спинка была ровной... И когда я протягивал руку и звал:
— Иди ко мне!
Она с легкой улыбкой подходила и приносила мне себя...
Вот и сейчас, пока она опять уснула, я растопил камин.
Да, обилием припасов я не озаботился.
Просто я не думал, что все так получится.
Мною планировался только ужин.
Но как распорядилось нами проведение — меня очень даже устраивает.
Один прекрасный вечер плавно перетек в другой прекрасный день.
За это время мы столько разговаривали, сколько не разговаривали со дня женитьбы. Мне нравилось держать ее в своих руках. Она, как маленький, доверчивый котенок прижималась ко мне и сворачивалась клубочком у меня на руках.
Она разбудила во мне романтика и вытащила из глубины сердца нежность.
Я уже и не думал, что способен на такое.
Кажется я влюбляюсь в собственную жену!
А самое поразительное то, что эта мысль меня ни капельки не пугает.
Мне даже начинает казаться, что если я буду не рядом с ней, то пропущу что-то очень интересное.
Она же оказалась настолько неординарной личностью. Поэтому и хочу все ее идеи и задумки узнавать первым. И первым же поддержать ее, помочь, чем смогу.
Вот взять эту же школу.
Да, козне она стоила и очень.
Но!
Это на самом деле очень выгодное вложение.
Эти вчерашние беспризорники сами же будут в будущем поддерживать порядок в королевстве.
А так нам бы пришлось бороться с преступностью, которая постоянно воспитывает себе замену.
Нет, конечно, с открытием школы сама преступность никуда не делась и замену она себе всегда найдет, но уже не те масштабы, что ждали бы нас через несколько лет.
Так что я, действительно, очень благодарен Кат, что она подняла и начала заниматься этим вопросом.
Сил она положила на это очень много. Помощников нашла незаурядных и ответственных.
Подключила женщин, которые остались одни, без мужей с детьми. Они с благодарностью откликнулись и теперь работают в школе на подсобных работах. И им хорошо, и за детей они своих спокойны.
Не думаю, что хоть одна мать мечтает, чтобы ее ребенок вырос корманником, домушником, а то и убийцей, а дочь ходила по рукам, вместо того, чтобы стать замужней порядочной женщиной. Вот и женщины рады, что их дети вырастут порядочными людьми. При этом они получат профессию, которая будет их обеспечивать.
 
Так что я на самом деле рад, что у нас появилась эта школа.
И казну мы поправим и школу сделаем образцовой.
Понятно, что это только начало.
Но с такой замечательной королевой у нас все получится и все будет хорошо.
И вот лежит эта моя самая замечательная королева сейчас в моих объятиях и смотрит на огонь.
Не смог удержаться и поцеловал ее в макушку. Просто опять такая нежность к ней разлилась и в сердцу, и по телу.
А она подняла на меня глазки и попросила сказку.
В смысле она попросила рассказать ей легенду, которая ходит про их род по всем королевствам. Про артефакт, который открывает проход в другой мир.
Легенду эту знают все, но вот артефакт этот никто не видел.
Может и нет его вообще?
Меня удивило, что она, та к чьему роду эта легенда относится, просит рассказать ее.
Уговорила она меня, одним словом. Да и не сопротивлялся я сильно. Мне не трудно ей сказку рассказать.
Рассказал.
— Ну и как тебе сказка на ночь? — спросил ее и поцеловал в макушку
— Прекрасно! Ты очень интересно рассказываешь! — похвалила она меня
— А скажи: этот артефакт действительно существует? — спросил я
— Существовал. Но теперь он действительно утерян. Осталась только легенда — как-то печально ответила она
— А если бы он был на самом деле и был у тебя, ты бы им воспользовалась? — вопрос сам вырвался у меня
— Возможно. — она была задумчева
Я обнял ее еще крепче и шепнул ей:
— Я тебя никуда не отпущу!
— Обещаешь? — глянула на меня своими ясными глазками
— Обещаю! — ответил и обнял ее еще крепче.
На утро следующего дня нам на завтрак оставалось немного сыра и хлеба. Поэтому нужно было собираться домой. Мы и так растянули еду одного ужина на такой долгий срок.
Я и сам сейчас с удовольствием съел сочный кусок мяса, да побольше... А жалобное Кат:
— Я кушать хочу!
Просто заставило меня почувствовать себя мучителем.
Так что пришлось заканчивать эти сказочные «выходные», как называла это Кат, и отправляться во дворец.
За все это время я теперь твердо знаю, что мы с Кат будем жить в одних покоях.
Я больше совершенно не планировал возвращаться к нашему прошлому проживанию в разных спальнях. И когда мы уселись в вызванную мною карету я ей так сразу и заявил:
— Кат, ты сегодня же переезжаешь в мою спальню!
По моим представлениям, после всего, что было раньше, и тем более после всего, что было в эти дни и ночи, она должна была обрадоваться и с готовностью переехать из своих покоев ко мне.
Ан нет!
— Нет! — заявила она совершенно спокойно
Ну вот опять ее это «Нет»! Теперь то что не так?
— Кат! Ну что опять не так?
— Я не пойду в твою спальню жить и тем более не лягу спать в твоей кровати.
— Почему?
— А ты не понимаешь?
— Нет.
— Потому что там спало половина дворцовых дам и прочих дам королевства ! И я не уверена, что там чистые простыни!
— Кат! Вот что за чушь ты несешь? Я совершенно не такой уж неразборчивый в связях! И простыни мне меняют каждый день. Наверное...
— Вот видишь! Ты не так хорошо знаешь свое хозяйство, во-первых. А во-вторых... Актриман! Не заставляй меня жалеть о прошедших днях!
— Кат! Прости! — я понял, что немного не то сейчас говорю и не так — Пожалуйста, переезжай ко мне в комнаты! Я просто теперь не усну без тебя!
— Уже лучше! — выдала эта... моя жена
Кто бы знал, как с ней бывает трудно! Но если бы я не узнал ее в эти дни лучше, то опять бы вспылил.
Вот стоило уехать из охотничьего домика и опять во мне проснулся повелитель. А ведь она мне уже говорила, что с ней так не надо. Особенно когда мы наедине, она не будет терпеть такой мой тон.
Да и на людях с ней нужно менять свою манеру разговорить приказами.