Подарок (СИ)

Алекс, развалившись на диване, следил за ним, потягивая коньяк.
— Ладно, — ударив пальцами по торчащей из плоти рукоятке, объявил Алекс. — Теперь доделай сам.
Парень встал на колени и принялся трахать сам себя.
— Смотри все время на меня! — уперев голую ступню ему в щеку, Алекс приподнял голову парня. — Все время смотри только на меня! Маленький грязный извращенец!
Правой рукой вгоняя в себя пластмассу, кулаком левой дроча член, парень вскоре кончил, потерял равновесие и уперся потным лбом Алексу в колено.
Алекс встал, взял парня словно ребенка на руки и, бросив на диван, перегнул через высокую спинку.
От голода, коньяка, нервов и двух оргазмов юноша уже ничего не соображал и был в руках Алекса словно кукла.
Вытащив из упругого зада мутноватую скользкую «дубинку» и спустив с себя штаны, Алекс достал крепкий член и тут же принялся вонзать его во влажное нутро.
— Бо-оль-но! — не выдержав, дернулся парень.
— Я знаю! — горячо прохрипел Алекс, вошел до упора и, намертво вцепившись в его худые бока, принялся долбить его тазом.
Парень выл под ним, будучи уже в каком-то предобморочном состоянии, даже не в силах вытереть слюну с губ.
Кончив, Алекс отпустил парня, и тот тут же стек на пол.
Прогуливаясь по залу в одной сорочке, Алекс явно что-то обдумывал, разминая шею и плечи. Сделав круг, словно победивший боксер на ринге, он подошел и осмотрел обнаженное тело на полу. Левой ступней повернул ему лицо, сначала вправо, потом влево.
— Я буду называть тебя… — задумчиво проговорил Алекс, — Малыш. Жить ты будешь… пока тут. Сейчас иди в душ и ложись спать.
Алекс наклонился и снял с него дурацкие кандалы с ошейником.
— Спать будешь тут!
Алекс схватил охапку подушек и бросил их в угол у панорамного окна.
Малыш кое-как поднялся и, словно пьяный, зашлепал в ванную.
========== Глава 3 ==========
Алекс проснулся рано утром, как обычно. Он всегда ухаживал за собой сам и поэтому привык к идеальной тишине при пробуждении, но это утро было странным.
Замерев на кровати, он никак не мог понять — что это за еле слышные звуки доносятся до него.
Алекс резко сел, потер лицо ладонями, встал и пошел на звук.
Пройдя через арку в соседний зал, он увидел, что телевизионная стена включена и негромко показывает какую-то тупую развлекательную передачу для подростков. Два гибких парня в облегающих джинсах и футболках смеялись и дурачились в промежутках между музыкальными клипами.
Алекс нахмурился, зашел за диван и встал.
Малыш, как ни в чем не бывало, сидел в одной его белоснежной сорочке (личной одежды у него никакой не было), с ногами забравшись на диван, смотрел телевизор и ел из глубокой тарелки хлопья с шоколадным молоком.
Увидев Алекса, он улыбнулся широкой улыбкой.
Алекс нахмурился еще больше и вдруг страшной пощечиной обрушил юношу на пол. Тарелка с грохотом покатилась по дорогому ковру.
Отвешивая ему подзатыльники, Алекс схватил его волосы и поволок к подушкам у окна.
— Ты что творишь, а?! Тебе кто разрешал? Кто разрешал, я спрашиваю?! Вот твое место! Вот! — и Алекс принялся лицом тыкать Малыша в подушки. — Ты должен сидеть тут и ждать, пока тебя не позовут! Пока не предложат поесть! Понял меня?! Вот тут! А не шляться по апартаментам!!! — Алекс толкнул его об окно, с которого открывался пугающий высотой вид на просыпающийся мегаполис, опять схватил и поволок за собой.
Они вывалились из дверей в коридор, оттуда в лифт и помчались куда-то. Лифт остановился, и к ним хлынул мир кухни: бесконечные кастрюли, пар, шипящее масло, огонь, вода и снующие люди в белых халатах.
Малыш был настолько перепуган избиением, что даже забыл прийти в ужас от своей наготы в людном месте.
— Дай мне… дай мне собачий корм! — все сильнее и сильнее сжимая волосы Малыша на затылке, приказал Алекс.
— Господин… но мы тут не держим собак… — вежливо ответил румяный, пузатый, лысый повар в белом берете.
— Дай мне… найдите! Что в рекламе показывают. Консервы или сухари!
— Простите… Но насколько мне известно — для собаки нет лучшей пищи, чем кость! А у меня на примете есть одна замечательная баранья кость, только что сваренная. На ней много мяса и вкусный костный мозг внутри.
— Давай!
Повар учтиво поклонился, и тут же Алексу принесли серебренный поднос с дымящейся бараньей костью.
Алекс кивнул, забрал поднос и поволок Малыша обратно в апартаменты.
Вернувшись, он швырнул юношу на подушки и кинул ему кость.
— Жри!
Малыш опустился на колени, молча взял кость и принялся откусывать кусочки мяса.
Алекс появился в покоях только поздно вечером.
Зашел, скинул пиджак, расстегнул сорочку, налил себе чего-то полный бокал, добавил льда и сел в кресло.
Малыш наблюдал за ним незаметно со своих подушек. Алекс с кем-то долго говорил по телефону. Первое время, каждый раз осушая бокал, он вставал и шел к буфету, но потом ему надоело, и он взял тяжелый квадратный графин с собой.
Малыш долго выжидал, а потом все же решился и аккуратно подполз к нему на четвереньках. Алекс сделал вид, что не обращает на него внимания, хотя Малыш чувствовал, что хозяин следит за ним.
Малыш ждал.
— Мне хватит политического влияния устроить этому мерзавцу… — и Алекс ввинтил в телефон непонятное трехэтажное ругательство. Отключив смартфон, он бросил его на кипу журналов на столе и положил руку на подлокотник кресла.
Малыш выждал немного, приблизился к руке, приоткрыл рот и принялся целовать холеные пальцы.
Алекс никак не реагировал, но когда Малыш начал сосать указательный палец, все же соблаговолил удостоить его полувзглядом.
— Ты интересуешься политикой? — тихо спросил Алекс, окуная в его рот указательный палец.
Малыш отрицательно покачал головой.
— Совсем? — Алекс вытащил палец и взял его за подбородок. Осмотрев его лицо, потянулся к столу и опять наполнил бокал. — У нас скоро будет новый Государь, но вот кто из двух братьев — я не знаю. Нужно ставить на кого-то, но вот на кого? — не глядя на него, сам с собою рассуждал Алекс. — У них у обоих равные шансы. И в стороне остаться не получится, кому-то одному придется присягнуть, а это значит — воевать против второго. Обычные граждане не увидят этой войны, и в новостях о ней не расскажут, но для меня… для таких, как я… последствия будут очень серьезные. Если мой кандидат победит… это будет просто прекрасно, а вот если проиграет… — Алекс в первый раз за вечер внимательно осмотрел лицо Малыша. — Если он проиграет — об этом даже лучше не думать…
Малыш смотрел на него молча, стоя на коленях и положив голову на его правое бедро.
— Зачем я тебе все это рассказываю? Ты же все равно ничем таким не интересуешься… — вздохнул Алекс и пригладил его волосы.
Малыш улыбнулся.
— Займись лучше своим делом! — сказал Алекс и, привстав, стянул с себя брюки.
Член его был длиной ровно в два кулачка Малыша, плюс еще сверху красная головка.
Малыш старался усердно, но Алекс оборвал его:
— Нет-нет-нет! Все не так! Во-первых — убери, нахрен, свои руки! Не трогай его руками! Убери их за спину!
Малыш сглотнул и завел руки за спину.
— Теперь соси! Только соси полностью. Весь принимай в себя. До упора. Ты понял меня?
Малыш кивнул.
— Я не слышу!
— До упора… — сдавленным, приглушенным голосом прошептал Малыш.
Алекс усмехнулся.
— Ну, давай посмотрим, как ты понял.
Малыш уверенно заглотил половину, застыл и рывком принял остаток, прижавшись носом к лобку. Замер, покраснел, поднял голову, освободившись от члена, и глубоко вздохнул, выпустив слюну.
Кончал Алекс ему на лицо несколькими сильными густыми струйками. Малыш покорно стоял с закрытыми глазами, отдав ему свое лицо. Потом открыл глаза и начал стирать с лица сперму.
— Постой-ка! — проговорил Алекс и взял его за влажный подбородок.
Малыш замер.
Алекс нагнулся к нему и внимательно заглянул в глаза. Включил лампу на столе и опять всмотрелся.