Делириум (СИ)

— Здравствуйте, — сдержанно произнес Малфой. — У нас с мисс Амбридж есть дело к Рональду Уизли.
Драко сделал шаг, чтоб пройти мимо, но парень поднялся, испуганно смотря на него.
— Но, мистер Тикнесс, вы же сами знаете, что мне не позволено допускать к Уизли посторонних лиц, — кивнул он на Амбридж. — Для этого нужно заполнить несколько формуляров и…
Краем глаза Гермиона заметила, как Малфой медленно потянулся к палочке и незаметно сжала его руку, останавливая.
— О, какие проблемы, Пий, ты ведь сам подписывал правила и нет совершенно никаких причин для их несоблюдения, — скопировала она слащавый голосок Долорес. — Мистер… эээ, Дэвис, я с удовольствием заполню всю эту бумажную волокиту.
— Отлично, секунду! — парень облегченно выдохнул, нагибаясь над столом и роясь в формулярах.
Малфой в недоумении уставился на ее руку, которая все еще удерживала его от того, чтобы выхватить палочку.
— Без магии, — сказала Гермиона одними губами, проводя глазами по помещению, намекая.
Особенный холодок, который она почувствовала, войдя в кабинет, мог значить только одно — в этих стенах нельзя было пользоваться магией, и перемена температур была секундной, почти незаметной, чтобы понять. Но Гермиона всегда подмечала такие моменты.
Вдруг резко вскинув руку, Драко ударил парня лбом о стол, отключая. Гермиона громко втянула в себя воздух, смотря на него.
— Что? — спросил слизеринец, словив на себе ее ошарашенный взгляд. — Ты сказала без магии.
Поняв, что сейчас не время и не место думать о причинении физического вреда невинным лицам, она прошла вглубь кабинета, огибая стену.
Увидев его, Гермиона закрыла рот ладонями, умоляя себя не расплакаться. Кожа Рона, когда-то усеянная веснушками, имела серый нездоровый вид, под глазами пролегли темные круги, высосав из зрачков всю жизнь. Даже цвет глаз и тот был блеклым. Как у стариков. Он сидел за столом, монотонно делая записи из одной стопки листов, перекладывая их в другую, абсолютно не обращая внимание на происходящее.
Гермиона сделала осторожный шаг вперед, впервые не зная, как вести себя с лучшим другом. Она понимала, что у них мало времени, но полностью сосредоточившись на том, чтобы его найти, совершенно не подумала, что будет делать, когда это удастся, ведь и так было ясно, что он не в себе.
— Рон… — произнесла Гермиона, подходя еще немного ближе. — Рон, ты меня узнаешь?
Но друг будто бы сидел в маггловских наушниках, полностью оторванный от реального мира.
— Рон, ты должен выпить это, — Гермиона достала из кармана цветастого пиджака один флакончик. — Слышишь? Ты должен выпить, пожалуйста.
— Я должен ставить подписи, — изрек он голосом, который едва ли был похож на его собственный.
Заглянув в лист, гриффиндорка увидела какой-то «УКАЗ 135», в конце которого значилась фраза: «Подтверждено Рональдом Уизли», под которой друг монотонно расписывался.
— Умно, — хмыкнул Драко, забрав такой лист из подписанной стопки.
— Зачем это им? — дрожащим голосом спросила Грейнджер.
— Отобрать веру в людей, очевидно, — ответил он, кладя бумажку обратно. — Уизли — один из лучших друзей Поттера. Когда видишь подобные указы с его подписью — это отбирает надежду. А забери у людей надежду, что от них останется в итоге?
Гермиона закрыла глаза, говоря себе не концентрироваться на этом зверстве. Это сейчас неважно. Рон — вот что важно.
— Что с ним? Это не похоже на действие Империуса.
— Это не он, — покачал головой Драко, осматривая парня. — Видимо, его действительно чем-то опаивают, ну или же Вислый реально пренебрегает сном.
Пропустив неуместную реплику мимо ушей, Гермиона подошла к Рону, пытаясь дотронуться до него и вложить в руку зелье, когда он отбросил ее, агрессивно сжимая руки в кулаки.
— Я. Должен. Подписывать.
— А ну, уймись, — Драко отбросил его назад, с недовольством замечая, что силы в руках стало гораздо меньше, чем он к тому привык. Хреново чужое тело.
— Держи его, — сказала Гермиона, бросаясь к Уизли.
Пока руки Рона были плотно сжаты у него за спиной, девушка закрыла ему нос, вливая в глотку жидкость, как котенку, и с силой захлопнула ему рот, чтобы убедиться, что он глотнул. Уизли вырывался, сопротивляясь, но, в конечном итоге, все же сдался, очевидно, не имея сил бороться.
  
— Блять, я уже миллион раз пожалел, что согласился на это дерьмо, — сказал Малфой, брезгливо вытирая руки. — Не подходи к нему близко.
Гермиона стояла поодаль, наблюдая за поведением лучшего друга и внутренне молясь, чтобы это сработало. В какой-то момент он дернулся, и девушка отпрянула чуть дальше, боясь его реакции, но Рон лишь начал осматриваться, будто впервые сюда попал.
— Что…? Кто…? — Уизли оглядывался, словно испуганное животное, внезапно очутившееся в клетке.
— Рон, тихо, спокойно, это я — Гермиона, — понизила она тон, пытаясь его успокоить.
— Амбридж? Какого черта здесь происходит? — Уизли попятился назад.
— Нет, Рон, я под Оборотным, — гриффиндорка помотала головой. — Давай, спроси у меня что-то, что могу знать только я. Ну же.
Он прищурился, явно не веря, но все же спустя полминуты спросил:
— Самая первая ложь, которую мы с Гарри от тебя услышали.
— Я соврала Макгонагалл, что сама решила найти тролля, забирая вину на себя, чтобы не подставлять вас, — улыбнулась она.
— Мерлин, Гермиона, — вздохнул Рон, когда девушка кинулась к нему в объятия.
— Сейчас разрыдаюсь, — закатил глаза Малфой, чувствуя, как из глубины души ревность показывает свою уродливую голову.
— Что ты здесь…? И ты с Тикнессом…?
— Нет, это не важно, — Гермиона решила обойти эту тему, прекрасно понимая, что ни к чему накалять обстановку. — Послушай, ты должен это спрятать.
Она протянула ему семь маленьких флакончиков, вкладывая в его руку.
— Это зелье. Его действия хватит на 24 часа, принимай за час до окончания действия предыдущего, — тараторила Гермиона, понимая, что времени совсем мало. — Ты должен притворяться. Прошу, делай все, что они тебе говорят, никто не должен ничего заметить. И возьми это.
Грейнджер достала блестящий галеон, лежащий вместе с бутылочками под матрасом в ее комнате.
— Ты знаешь, что это, — утвердительно сказала она, но все же успокоилась, получив в ответ кивок. — Я дам тебе знать, когда сбежать. Они не будут к этому готовы, поэтому у тебя должно получиться. Ты понял?
— Да, я… я все понял, — ответил Рон все еще растерянно. — Гермиона, где Гарри? Вы с ним…?
— Нет, — покачала головой она, слыша, как грусть просочилась в голос без ее согласия. — Пока нет, но я попытаюсь его вытащить.
— Я должен тебе помочь.
— Нет. Рон, сейчас нужно действовать очень осторожно. Я умоляю тебя, будь благоразумным. Ты доверяешь мне? — спросила она, держа его лицо в ладонях. — Тогда прошу, делай все так, как я говорю. Принимай зелья, выполняй приказы и жди сигнала.
— Хорошо, — сказал Рон, сжимая ее в объятиях и чувствуя, как влага пропитывает плечо его рубашки.
— Мерлин, я так скучала по тебе, — всхлипнула Гермиона. — Я так счастлива, что ты в порядке.
Ее голос дрожал, вот-вот рискуя пролиться истерикой. Она просто не верила в происходящее.
— Грейнджер, — строго произнес Малфой, каким-то образом сумев добавить истинно Малфоевские нотки в совершенно чужой голос.
— Мне нужно идти, — девушка отпрянула от Рона. — Прошу, береги себя.
— Дай мне знак, Гермиона, — сказал он, нарочно произнося ее имя, будто убеждая себя, что это действительно она.
Кивнув, гриффиндорка поцеловала его в щеку и, отвернувшись, покинула кабинет. Снаружи никого не было, поэтому она наспех вытерла слезы, которые совершенно не были кстати, если девушка все еще была в образе директора. Малфой не появлялся несколько минут, и Гермиона слышала приглушенный голос паренька за стойкой, от которого «министр» требовал отправиться в больничное крыло и «наконец, предоставить ему нужные формуляры, которые он ждет непозволительно долго».