Делириум (СИ)

О, как он ненавидел эту связь. То, что теперь каждый, кто заводит с ним разговор, считает нужным спросить его о Грейнджер. Как было удобно, если бы Лорд просто передумал и запек ее обратно в темницы, и Драко, наконец, избавился от этой противной связи.
— Все идет по плану, вам не о чем переживать, мой Лорд. Вскоре я добуду нужную информацию.
— Чудесно, — кивнул он. — Не подведи меня.
Драко раскрыл рот для ответа, но, взмахнув мантией, Волдеморт уже шел в противоположную сторону.
— Как жаль, как жаль, что не все в этом зале способны меня порадовать.
Эта фраза разнеслась в ушах сидящих, как удар гонга, который отсчитывал секунды. Дерьмо. Это было плохо.
— Большинство из вас знают, что недавно вспыхнуло восстание против Министерства в небольшой деревушке Бадли-Бэббертон. И представляете, — посреди комнаты разнесся жуткий, до мурашек фальшивый смех, — мне казалось, что обезвредить кучку дуралеев — это пустяковая задача для Пожирателей смерти, правда, Роули?
— Мой Лорд, я… — слева, примерно через несколько человек от Драко, залебезил один из Пожирателей.
Его голос дрожал и был настолько переполнен страхом, что было удивительно, как он не выплескивается из его глотки и не топит эту гребаную комнату. Роули был жалок. Драко сделал себе еще одно напоминание, почему он всегда должен себя контролировать. Хотя бы для того, чтобы никогда больше не звучать вот так.
— Заткнись, когда я говорю, — искусственно любезная интонация Волдеморта вмиг оборвалась, как оборвались любые звуки в зале; кажется, даже воздух перестал циркулировать. — В смехотворной битве, где Торфинн был назначен ответственным, он почему-то не сумел доставить ко мне зачинщицу бунта — Матильду Олливандер, которую даже искать не пришлось — она сама пришла в руки.
Драко нахмурился, выискивая в речи сухие факты. Дочь мистера Олливандера подалась в бега, как и многие, после победы Волдеморта. В той тихой девушке, которую он видел пару раз в жизни, вряд ли можно было распознать ярую противницу.
— Скажи мне, Роули, возможно, ты решил отпустить ее? Возможно, ты ее пожалел?
Голос Лорда затрясся от злобы, будто одного допущения этого достаточно, чтобы заставить его взорваться.
Драко скосил глаза на скривившегося Пожирателя. Ну да, конечно, пожалел. Он скорее поверит, что изголодавшийся дементор сжалится над жертвой, чем Роули. Скорее всего, этому недоумку просто не хватило мозгов, чтобы схватить Матильду.
— Мерлин, Темный Лорд, это не так! Я бы никогда не…
Тошнотворный скулеж мужчины прервал яростный взмах палочки, и вслед за этим движением послышался крик. Перевернувшись на стуле, Торфинн кричал от нечеловеческой боли, закатывая глаза.
Когда Драко увидел это впервые, его чуть не вырвало от ужаса. Во второй раз Малфою едва удавалось сдержать дрожь в теле. Сейчас он даже не повел бровью.
Пожиратель корчился в муках, хватая воздух. На секунду этот вой прекратился.
— Пожалуйста, мой Лорд, я молю…
Если бы крик мог воздействовать на предметы, то все бокалы, к которым никто не притронулся за время собрания, давно бы разлетелись на мелкие осколки. Малфой осторожно обвел глазами сидящих, и у всех на лице застыла непроницаемая маска, кроме Беллы. Ее глаза выражали презрение и чувство справедливости.
Чудесно, скорее бы этот кретин заткнулся, и я просто свалил отсюда. Гребаная показательная порка.
— Это событие натолкнуло меня на одну безрадостную мысль… — изрек Лорд, проворачивая палочку в пальцах и больше не смотря в сторону лежащего на полу Пожирателя. — Может быть, в этом зале не все мне верны? Как считаешь, Нарцисса?
Драко дернулся, как от пощечины, но тяжелая рука зельевара вмиг пригвоздила его к месту, пока на реакцию парня не обратил внимание Хозяин.
— Не могу говорить за других, но я предана вам душой и сердцем, мой Лорд. Я живу, чтобы служить вам.
Мать смотрела прямо перед собой, спокойно выговорив фразу. Платиновые, точно такие же, как и у Драко, локоны струились по плечам женщины, делая из нее почти что фарфоровую куклу.
  
— Я рад это слышать, — удовлетворительно кивнул Темный Лорд. — Тогда, я думаю, для тебя не будет сложностью почистить за нерадивым собратом.
Удавка в виде черного галстука только что превратилась в змею на шее у Малфоя и не оставила воздуха в его легких. Вообще.
— Я хочу, чтобы ты выследила Матильду и убила.
Кто-то будто впрыснул чистую ненависть в жилы Драко. Рука на его предплечье сжалась сильнее, и он сосредоточился на этом. Спокойствие. Нужно сохранить чистую голову. Пожалуйста, только не она.
— Да, мой Лорд, — Нарцисса не была бы Малфой, если бы ее голос хоть раз дрогнул. И лишь полностью потерявшие цвет губы выдавали ее с потрохами.
— Отлично, тогда у тебя есть ровно месяц, — сказал Волдеморт и аппарировал, не попрощавшись.
Люди уже привычно подхватились со своих мест и практически бежали к выходу, только его мать все еще сидела неподвижно, смотря в одну точку. Увидев знакомую трость, скрывающуюся за поворотом, Драко схватился с места, но тут же почувствовал, как привычным жестом кто-то дернул его за локоть.
— Мистер Малфой, нам нужно возвращаться в замок.
— Я помню дорогу, — резко ответил Драко и грубо вырвал локоть из пальцев Снейпа.
Влетев в кабинет, он с силой захлопнул дверь, привлекая внимание Люциуса.
— Не врывайся ко мне вот так!
— Какого черта, отец? Что это было? — полностью проигнорировав предыдущую реплику отца, выпалил Драко.
— Ты о чем? — Малфой-старший поднял бровь в недоумении.
Блять, какого хрена он корчит из себя идиота?
— О том, что он дал задание Нарциссе, — проговорил Драко буквально по слогам. — Он приказал ей убить.
— Я тоже был на собрании, но спасибо за краткий пересказ, — съязвил отец, снимая с плеч мантию.
— Что мы будем делать?
— Мы? — уже настоящая вспышка удивления отразилась на лице Люциуса. — Нарцисса должна доказать свою преданность Темному Лорду.
Эта фраза, набор слов, гребаная интонация, то, как он это сказал, резко выбили почву из-под ног Малфоя-младшего. Это никогда не закончится. Боже, какой же он идиот. Если бы остались силы, хотя бы немного, Драко бы засмеялся, забился в истерике от своей тупости. Он считал Крэбба кретином? Поразительно, какая ирония.
Это никогда не закончится. Понимание этой простой истины обрушило на его голову целый небосвод. И так, как всегда бывает в загадках, когда тебе становится известен ответ, все вдруг оказывается очевидным и до смешного простым.
Как же было нелепо думать, что с этой победой все закончится. Угрозы, липкий страх за свою жизнь, за жизнь семьи. Как нелепо было предполагать, что после войны все станет лучше. Это никогда не закончится.
Блять. Никогда. Он постоянно будет жить в страхе за мать, если она вообще выживет. Если Нарцисса будет жива через месяц. За Блейза, присвоение метки которому — это лишь вопрос времени. За всех, кто ему дорог. Страх и поклонение, поклонение и страх.
Кто-то словно вылил на него ушат воды.
— Неужели ты не понимаешь? — его голос снизился до шепота. — Он всю жизнь будет это делать. Третировать меня, тебя, ее!
И будто передохнув, ярость вскипела в нем с новой силой, и уже крик вырвался из самой глубины его груди.
— Мать твою, он будет терроризировать ее! — указал слизеринец на дверь, словно Нарцисса стояла прямо за ней. — Он будет угрожать всю чертову жизнь! Сделай что-то с этим!
Истерика застряла где-то в районе кадыка, вот-вот норовя вырваться.
— Закрой рот! — гаркнул Люциус, подходя к сыну ближе. — Это честь для нас — служить Темному Лорду! И ты должен быть горд, что…
— Да ты просто трус!
Слова сорвались с языка и осели на плечах инеем.
— Она же твоя жен…
Глухой звук удара прервал полную презрения фразу. Фамильное кольцо впечаталось в челюсть, наполняя рот горьким привкусом крови.
— Как ты только посмел, щенок! — на этот раз пришло время Люциуса шептать от ярости.