Делириум (СИ)

Выходя, Малфой буквально вздохнул с облегчением, когда представил, что сейчас зайдет в свою комнату и, приняв душ, хорошенько выспится, прогоняя ненужные мысли из головы. Однако он неожиданно услышал знакомый голос за спиной и остановился.
— Профессор Макгонагалл, можно вам задать несколько вопросов?
Пауза. Неужели старуха рискнет вести с ней задушевные беседы?
— Да, мисс Грейнджер. Исключительно по материалу, я полагаю? — хоть Малфой и не видел выражение лица учителя, но четко чувствовал напряжение в ее голосе.
— Ты идешь? — спросил Нотт, оборачиваясь, но не сбавляя шаг.
— Иди, я… мне нужно… — Драко показал на вход в кабинет, из которого все еще выползали уставшие студенты, но Теодор просто пожал плечами и пошел дальше.
Встав у косяка двери так, чтобы его не было видно, он прислушался.
— Я думала, что, возможно, вы дадите мне подготовить доклад. Какой-то. На любую тематику, — Грейнджер говорила отрывками, нервничая.
— Так… — протянула Макгонагалл, после чего Малфой услышал шелест листов. — Вы можете сделать доклад на тему, которую мы сегодня проходили. Думаю, дополнительная информация никогда не повредит.
— Да! Отлично, — голос гриффиндорки приободрился. — Но… может вам нужен еще какой-нибудь доклад? По трансфигурации чего-то более сложного? Возможно, темного? При сегодняшней ситуации…
Вот же маленькая сучка.
— Мисс Грейнджер, — вдруг перебила девушку профессор, — я не смогу вам предоставить разрешение на… на это.
— О… да, я понимаю. Все в порядке. Я… буду готовить доклад по Энтоморфис.
— Гермиона, — Макгонагалл вздохнула. — Я прошу вас, не делайте опрометчивых поступков. Пока что. Это крайне небезопасно.
— Да, я понимаю. Спасибо, профессор.
Последняя фраза девушки звучала сдержанно, и в ее голосе можно было различить нотки грусти. Стук каблуков становился более отчетливым, и в следующий миг Гермиона вышла, закрыв за собой дверь, и вскрикнула от неожиданности.
— Мерлин, Малфой! Хватит подкрадываться!
— Ты действительно думала, что карга даст тебе разрешение на доступ к запретной секции? Серьезно? — в голосе Драко четко прослеживалась насмешка. — Грейнджер, Макгонагалл еще не дошла до этой степени старческого маразма.
— Плевать я хотела, что ты думаешь, — вздернула подбородок девушка. — Мне нужно в библиотеку.
— Ты никуда не пойдешь, если я тебе не разрешу.
Он сперва схватил ее за локоть, но потом брезгливо отдернул руку, опомнившись. Гермиона ощутила, как охладел голос слизеринца, расплескивая его терпение.
— Мне разрешила профессор Макгонагалл. Ее слово против твоего. Или что, хвастанешь татуировкой и перед ней?
Малфой не успел оправиться от яда, брызнувшего в его сторону, как она уже пошла (считай побежала) в сторону библиотеки.
Херова дура.
Да почему сегодня ни один урок не обходится без нее или без упоминания о ней? Только что этот день феерично завоевал себе место в топе худших.
Гермиона чуть не выбила дверь в библиотеку рукой, чем вызвала крайне недовольный взгляд мадам Пинс. Шаг, второй и она прищуривает глаза в немом изумлении. Это место было лишь жалким отголоском прежней библиотеки. Это заметил бы каждый, а Гермиона, которая проводила тут наибольшее количество времени, и подавно.
Подойдя к первому стеллажу, она пробежалась взглядом по фолиантам и закрыла глаза от вспышки понимания, которая пронеслась в голове.
Видимо, не только у нее появилось это осознание, так как за спиной послышался сдержанный смех.
— Они оставили в библиотеке только книги по программе и, конечно же, — Малфой взял один томик в руку, — «книги, разрешенные Министерством».
Он настолько хорошо спародировал елейно-блевотный тон Амбридж, что в Гермионе тут же проснулась ярость.
— Ненавижу тебя и вашу шайку Пожирателей! Всех вас ненавижу!
— А ну, тихо! Вы оба! Иначе одному из вас придется немедленно удалиться! — мадам Пинс, как обычно, появлялась просто из ниоткуда, охраняя тишину в своем «царстве» так, будто любой шум мог уничтожить его.
— Не стоит, — ехидно улыбнулся Малфой. — Я уже ухожу.
  
Гермиона смотрела ему вслед, наблюдая, как удовлетворение от ее разочарования отражается даже в походке парня: раньше тяжелой и торопливой, а сейчас — ленивой и размеренной.
Испытывая нервные клетки Пинс на прочность, она злобно стукнула сумкой о стол и пошла собирать материал для доклада.
Малфой был ужасно прав в своем предположении: большинство полок пустовали, а те, которые были заполнены, представляли только книги по изучаемым материалам и некоторые тома типа: «10 величайших побед Министерства Магии за последнее столетие», «Путь к успеху каждого из министров от А до Я».
Никакой дополнительной литературы, ничего о внеурочных материалах или хотя бы расширенных пособий. Черт. Все планы о том, чтобы вооружиться поддержкой книг, которые всегда давали ответы на вопросы, и, возможно, найти выход для себя, а уже потом помочь Рону с Гарри, пошли прахом.
Задушив в себе разочарование, Гермиона схватила «Расширенный курс трансфигурации» и отправилась за стол — ее ждали несколько часов работы над докладом. Она все равно придумает, что делать, или она — не Грейнджер.
***
Толчок. Еще толчок.
— Боже, Драко!
Да, вот так. Ему нравилось, когда она так делала: подмахивала бедрами, позволяя погружаться в нее глубже. Это заставляло его почувствовать себя живым. Дышащим. Настоящим.
— Еще, еще! — тонкий голосок Пэнси прорывался сквозь шум крови в ушах и раздражал Драко. Она слишком много говорила, хотя он мог бы поклясться, что слизеринка думала, будто его это заводит.
Держась за подоконник, Пэнси скулила, прося его двигаться быстрее. Наверное, любая другая девушка боялась бы пикнуть в страхе быть пойманной в тени темного коридора, но не она. Иногда ему казалось, что Паркинсон специально это делает, на показ. Будто кичась им.
Мокрые шлепки въедались в стены, заставляя Драко, сосредотачиваясь на них, прикрыть глаза. Он погрузил пальцы в русые волосы и потянул, провоцируя новый стон. Еще, давай, Паркинсон, заставь меня забыться. Все жилы внутри него сжались, пуская по телу ток. Глубже. Еще. Он слышал, как она что-то прокричала, хватаясь за небольшой деревянный выступ, но кровь в ушах била слишком сильно, чтобы разобрать. Импульс хлестнул по нервам, разнося по телу негу. Отрезвляя его.
— Малыш… — Паркинсон повернулась, поправляя юбку. — Это всегда так великолепно.
Он хмыкнул, застегивая ширинку и пытаясь восстановить дыхание. Девушки любили рассыпаться словами любви или чего-то подобного после секса. Но Драко молчаливо терпел это только от Пэнси.
Она смотрела на него двумя влюбленными блюдцами, и он думал об этом. Возможно, Драко даже смог бы с ней быть. Через несколько лет. Жениться, осесть. Да, вряд ли Паркинсон была образцовым примером хозяйки, но она прекрасно знала, что ему от нее нужно. Пэнси бы точно не доебывала его, будучи счастливой просто просыпаться рядом с ним, чувствуя на руке кольцо. Возможно, так было бы выгодней всего.
Он слышал, как Блейз говорил Дафне о любви, иногда за этим было даже забавно наблюдать. Забини был романтиком, пусть даже не признавал этого. Малфой же не верил в эту чушь.
Есть те, на кого у тебя встает. Есть те, кто тебе подходит. Нашел ту, которая соединяет в себе эти два качества? Прекрасно.
— Эй, что-то не так? — рука девушки провела по его плечу, и Драко понял, что слишком надолго пропал в своих мыслях.
— Все в порядке, — сказал слизеринец, отбрасывая немного влажную от пота челку назад. — Дежурства еще никогда не были такими занятными, Пэнси.
— Люблю, когда ты доволен, — улыбнулась она заговорщически.
О да, Пэнси любила. И делала это превосходно. Жаль только, что удовольствие всегда ограничивалось парой-тройкой секунд, оставляя за собой лишь пустоту. Звонкую и немую.
— Все на сегодня, — подытожил он, взглянув на часы. — Как раз к этому времени мы должны бы закончить обход.