Мой босс - злой Мороз! (СИ)
Смотрю ему вслед, чувствуя, как внутри поднимается что-то очень тёмное.
Ах ты сучка! Ну попадись мне ещё!
Глава 6
Лена
- Бабуль, я купила "Птичье молоко", как ты и просила! - оповещаю с порога и сбрасываю в коридоре насквозь промокшие сапожки.
Ради корпоратива пришлось нарядиться. Зимняя обувь давно просится на помойку, поэтому я нацепила на праздник новые осенние сапоги. И за полчаса топтания на остановке ноги превратились в ледышки.
- Ох, - устало плюхаюсь на подставку для обуви и начинаю растирать онемевшие стопы. Мне бы в ванну сейчас, отмокнуть в горячей воде, согреться.
И выбросить из головы этот паршивый вечер.
Скотину босса.
Да это просто в голове не укладывается! С виду такой приличный, серьезный, вечно загруженный, словно кроме работы его ничего не волнует. А на деле… Мороз по коже!
А ведь я не слепая, и даже за эти две недели, что работала в компании, заметила: весь поголовно женский коллектив слюнки на него пускает, да они как кошки возле миски полной сметаны.
Он бы только пальцем поманил - любая бы кинулась, я уверена. Да даже главбух Алена Игоревна подхватила бы свою необъятную грудь, выбросила обручальное кольцо и понеслась, по первому зову!
Разве ему женщин мало? За что он так со мной?
- Не верю, - выдыхаю в ладошку. И забыть не могу льдистый взгляд синих глаз, твердую линию чувственных губ, мощную шею и узор черной татуировки, что прячется под воротничком строгой белой рубашки.
Почему красивые и успешные мужчины обязательно козлы? А, ведь, этот с виду так был похож на принца…
- К черту! Не думай про него! - ругаюсь вслух. И слабо улыбаюсь, когда в коридор высовывается младшая сестренка с учебником подмышкой.
- Ты уже вернулась? Почему так быстро?! - Лика подлетает ко мне и за руку поднимает с обувницы. С моих плеч стягивает пуховик и громким шепотом ведет допрос: - что ели, что пили? Что тебе подарил Тайный санта? А ты боссу подарок отдала? Что он сказал?
- Отстань, потом расскажу, - отмахиваюсь от этой маленькой прилипалы. Передаю ей пакет с продуктами. - На, неси в кухню. Там тебе еще шоколадка.
- Школадкой не отделаешься, хочу подробностей! - заявляет Лика и, подхватив пакет, с топотом несется в кухню.
Чудо мое.
Вешаю пуховик на крючок, стягиваю мокрые носки и колготки. Слушаю веселый голос сестренки - та докладывает из кухни, что присмотрела на Новый год шикарную черную юбку.
Лике на днях стукнуло тринадцать, и теперь она мнит себя взрослой. Вчера без спроса проколола язык дома у подружки и бабушка боится, что это лишь начало. Подросток, трудный возраст, острые чувства, первая любовь...
Глупые ошибки.
Но я знаю, ничего плохого не случится. Лика - она во всем смотрит на меня. Я старшая сестра, пример для подражания, я надежда нашей маленькой семьи.
И сегодня меня уволили с работы.
Господи, какой же он козел!
Новый год через несколько дней. А в этой льдине, что носит человеческое имя Дмитрий даже намека на человечность нет!
- Бабуля спит уже? - спрашиваю, остановившись на пороге кухни. Наблюдаю, как Лика выгружает продукты в холодильник.
- Насмотрелась своих сериалов про любовь навеки, расчувствовалась и уснула, - хихикает сестра. - Не буди, она ночью плохо спала. Те дорогие таблетки от давления закончились. Чай будешь?
- Да, - плюхаюсь на табурет возле окна и кошусь на улицу. Там холод, ночь, и только вывеска круглосуточного магазина светится в темноте. Картинка привычная, я с детства на этот двор глазею с высоты седьмого этажа.
Обычный, серый, один из тысячи.
А на что сейчас пялится бывший босс? На танцовщиц в стриптиз баре? Или как дракон в замке смотрит на свои владения с высоты сотого этажа в одной из башен Москва-сити? Почему-то мне представляется, что живёт он именно в таком месте. На неприступной скале в окружении стекла и бетона.
- Я весь вечер выбирала меню на Новый год и составила список, - хвастает Лика. Ставит на стол белую кружку, из которой поднимается пар. - Будем вместе готовить, да? Ты только вызови завтра мастера, духовка сломалась, помнишь?
- Вызову, - прикрываю ресницы и отхлебываю обжигающий чай.
Починить духовку. Купить подарки. Отдать долги…
На все это просто нет денег, а аванс, на который я рассчитывала - о нем можно забыть. Босс мне ничего не заплатит.
Мы так мило попрощались на остановке, когда я сиганула в трамвай.
И плевать, лучше без денег, чем...
Господи.
И что делать, срочно искать другую работу? В канун Нового года? Впереди почти две недели праздников…
- Голова болит, я пойду лягу, - смотрю, как сестра макает шоколадку в горячий чай и улыбаюсь. - Долго не засиживайся. Завтра все расскажу.
Я уволена. Но что-нибудь придумаю - так и скажу.
Казалось, что отключусь, едва голова коснется подушки.
Но ворочаюсь до рассвета, и мысли вовсе не о том, как достать денег. Нет. Этот мерзавец перед глазами, его образ в память врезался, словно какой-то проклятый художник на подкорке его портрет написал.
Между ног зажимаю одеяло. Жмурюсь. И вся горю.
Тело помнит, как он меня трогал. Хватал. Сильные руки на моих бедрах. И...горячая плоть, что грубо толкалась мне в рот. Вкус, солоноватый, чуть горький, запах, такой терпкий, мужской…
Мне же должно быть противно? Непременно должно!
Зажмуриваюсь, чтобы отогнать навязчивый образ, но ничего не выходит!
Нельзя, Лена, хватит, хватит!
Засыпаю под грохот мусоровоза за окном, а просыпаюсь, когда меня кто-то трясет за плечо.
- Лен, спишь? Лена, проснись! - горячо шепчет на ухо Лика.
С трудом разлепляю тяжелые ресницы и бестолково смотрю на сестру.
- Беги умывайся и приходи пить чай, - у Лики щеки горят и блестят глаза, громкий шепот срывается на восторженный писк. - Там такое!
- Лика, подожди, - зову, выпутываясь из одеяла, но сестра, хлопнув дверью, уже выскочила в коридор.
Что за черт...
Одергиваю старую длинную футболку, на ходу пальцами расчесываю спутанные волосы, по коридору мимо ванной тороплюсь в кухню, заслышав приятный мужской голос.
Кто у нас? Кого впустила доверчивая Ба?
Незваных гостей? Ушлых продавцов какой-нибудь ненужной техники? Воров?
Мой сонный мозг самые разные картины рисует, пока я не оказываюсь на пороге.
Останавливаюсь.
И вижу его.
Боже...
Наша кухонька, три табурета, стол, накрытый потертой клеенкой. На столе шикарный букет красных роз, перевязанный алой лентой. Заварочный чайник. Три чашки. Торт.
- Бабушка? - спрашиваю неуверенно.
Она оборачивается.
И следом за ней мужчина - темноволосый, в синем костюме, как всегда безупречный, идеальный, невозможный подлец.
-Какого черта? - вырывается у меня.
Ошалело смотрим друг на друга. Дмитрий изгибает густую темную бровь. И усмехается:
- Белова? Опять ты? - высокомерно закатывает глаза. - Где ж я так нагрешил?
Глава 7
Дмитрий
Нагрешил я много, только не думал, что расплата будет такой скорой.
Скольжу взглядом по обнажённым ногам. Снизу-вверх, останавливаясь на почти неприкрытом треугольничке. Да твою же мать! Она что, нарочно?
Белова хватается за футболку и остервенело тянет её вниз.
Но поздно. Я уже успел рассмотреть белые трусишки с ёлочками. Новый год празднуем, да, крошка?
- Ты… вы… что тут делаете?! – пятится назад по коридору. – Уходите! – щёки так и пылают негодованием. – И веник свой заберите! Извинения не принимаются!
Мои губы трогает усмешка. Она реально думала, я к ней извиняться с цветами приехал? Я что, блядь, Ричард Гир?
Хотя Белова на героиню “Красотки” вполне себе тянет. Рыжие волосы, пухлые губы… Порочный ангел. Видимо, фильмов пересмотрела. Думала, я растаю, если она меня фотками вареника своего закидает. Хрена там!