Мой босс - злой Мороз! (СИ)
- Приступай, - хрипло требует Мороз
Звякает пряжка, вжикает ширинка, из-под белой резинки боксеров босс выпускает длинный подрагивающий член. Набухшая головка почти касается моих губ. До носа долетает терпкий, уже знакомый, такой желанный мужской запах.
- Ты мне еще с корпоратива должна, Белова, - напоминает босс и наматывает на кулак мои растрепанные волосы. - А я очень не люблю должников.
- Дмитрий...- успеваю лишь воздуха глотнуть, и горячая головка напористо врывается между моих приоткрытых губ. Скользит по языку глубже в рот.
Вздрагиваю, но не могу отстраниться, босс фиксирует в кулаке мои волосы и удерживает голову, даже дернуться не давая. Нетерпеливо проталкивается мне в горло.
- М-м-м, - упираюсь ладонями в его бедра. Я будто пьяна была, а теперь протрезвела, меня в жар бросает, а в голове каруселью крутятся мысли.
Я так кричала, что ничего между нами не будет, я уверена в этом была, и я не буду, не буду...
- На меня смотри, - летит краткий приказ, а когда я не слушаюсь - босс сам оттягивает мою голову, заставляя запрокинуть лицо к нему.
Он смотрит в глаза и медленно проталкивает член глубже, до основания. Его лицо смазывается из-за набежавших на ресницы слез, мне нечем дышать.
- Хочешь вернуться к своим друзьям из клуба? - Мороз щурится. Ждет несколько секунд и рывком двигает бедрами назад.
Кашляю и судорожно хватаю ртом воздух. Голова кружится, и я держусь за его брюки, чтобы не упасть.
- Я не услышал ответа, Лена, - его пальцы сжимаются на моем подбородке. И член плавно скользит мне в рот.
Он напряженный и толстый, гладкий, языком я чувствую каждую венку, что оплетают ствол. Я занимаюсь чем-то порочным и грязным, и я бы не встала на колени перед боссом по своему желанию, и в ответ на эти мысли во мне нарастает гнев.
- Хочешь обратно к друзьям, Лена? - требовательно повторяет Мороз и выскальзывает.
- Хочу! - выплевываю. Верчу головой, вырываясь из его хватки и пытаюсь подняться. - Хочу к ним! Очень! Могу идти?
Его синие глаза вмиг становятся черными, в них вспыхивает злой огонь. Босс резко наклоняется и подхватывает меня подмышки, а после почти швыряет в угол. Припечатываюсь лопатками к стене и охаю, когда он за шею снова притягивает меня к своим бедрам и резким толчком члена врывается в рот.
Я не успела вздохнуть, что-то сказать, подготовиться - ничего не успела, этим глубоким толчком он выбивает из легких весь воздух, ладонью надавливает мне на затылок и лицом вжимает в свой пах. Секунда, другая, я задыхаюсь с его членом во рту. А потом так же резко он отрывает меня от себя.
- Сволочь...- захлебываюсь, ногтями впиваюсь в его голые бедра и с ненавистью вскидываю глаза. - Скотина...
Он не дает мне закончить, снова с размаху врывается в меня. Мычу и мысленно посылаю ему проклятия, он последний мерзавец, законченный подлец, он никогда не узнает, что такое любовь и нежность, и все его женщины будут продажными одноразовыми куклами!
Внутри меня все кричит, и я сама не замечаю, что больше не вырываюсь, остервенело цепляюсь за него и двигаюсь, пропускаю его глубоко в рот и отклоняюсь, и подаюсь вперед, сама, с размаху, насаживаюсь ртом, вбираю его целиком, даю ему то, что он хочет.
И от того, что мы творим сейчас мне, кажется, сносит крышу.
- Лена, Лена, - на повторе хрипло твердит он мое имя, его слышу сквозь шум в ушах. Хватка на моем затылке слабеет, босс опирается ладонями в стену над моей головой и тяжело дышит: - Черт, Лена. Охренеть. Маленькая моя.
В ответ ускоряюсь, словно срываюсь с цепи, хочу еще сильнее и глубже, и чувствую, что в нем силы заканчиваются, и вот-вот...
В горло вдруг выстреливает что-то густое и теплое. От неожиданности дергаюсь и и отклоняюсь, но руки босса снова захватывают мою голову в тиски.
Мычу, верчусь, он меня не отпускает.
В тишине звучит его прерывистое дыхание и сбивчивый голос:
- Охрененно. А теперь глотай, Лена.
Глава 40
Лена
Привкус такой необычный, странный, семя выстреливает мне в горло, и я не могу сглотнуть. Обеими руками отталкиваю от себя босса и содрогаюсь, наклоняю голову и выплевываю все на пол, ему под ноги.
Кашляю.
На щеках его соки смешались с моей слюной, растрепанные влажные волосы липнут к лицу. Я не могу отдышаться и поверить не могу, что все случилось по-настоящему.
Только что я делала боссу минет.
То есть даже не так это называется. Он трахал меня. В рот. А я была уже в той степени безумия, что на его волю сдалась, подчинилась, я была так послушна, словно...
Словно рассчитывала, что мне за это снова заплатят. Да, наверное, он теперь думает именно так.
Ужас - он обрушивается на меня лавиной, сковывает, хочется встать и бежать, как можно дальше отсюда, на другую планету, я никогда больше в глаза этому мерзавцу не смогу посмотреть, я должна встать, этот мужчина девственности меня лишил, а теперь еще и гордости.
Нужно подняться.
Упираюсь руками в пол и ладони разъезжаются. Заваливаюсь назад, но меня тут же осторожно подхватывают подмышки.
- Лен, - звучит его чертов негромкий голос.
Жмурюсь, чтобы не видеть. Чувствую, как босс поднимает меня на руки и куда-то несет. Машинально держусь за его шею. И ругаюсь, не открывая глаз:
- Вы самый худший человек на свете, Дмитрий Викторович! Нет, вы...неандерталец, вчера вылезли из пещеры. Или из леса выбежали. Вы исчезнувший вид людей, вам...бегите за своей палкой-копалкой и больше не приближайтесь ко мне!
Он молча перехватывает меня одной рукой, и я слышу, как со скрежетом отъезжает какая-то дверь. И жмурюсь сильнее, когда босс ставит меня на ноги. Его руки касаются моих сапог, вжикает молния.
Не выдержав, приоткрываю один глаз и слежу, как он, сидя передо мной на коленях, неловко разувает меня. Движения неуверенные и резкие, он на сейчас мальчика похож, который подсмотрел за взрослыми и теперь пытается ухаживать за подружкой из садика.
Взглядом сверлю его растрепанную макушку.
Я не понимаю. Неужели никогда, ни одной женщины он не встречал, которой бы дорожил, которую боялся бы потерять? И все время он такой, со всеми вот так - минет в коридоре, деньги после секса?
Качаю головой.
Но ведь так не бывает, любой человек хоть раз в жизни влюблялся? В выпускном классе школы, на втором курсе универа, в дочку маминой подруги, в продавщицу цветов в маленьком магазинчике у дома?
Ни разу?
Откуда в этом мужчине столько наглости и бесстыдства, я же видела его семью, и это чудесные люди!
- Я...- начинает что-то говорить босс и поднимает голову. Не успеваю отвернуться, и мы на миг встречаемся взглядами.
Там, в коридоре, его глаза были почти черными, а сейчас зрачки сужены, и радужка ярко-синяя, завораживающая. И даже после его бессовестного поведения я знаю, что вру, когда твержу о какой-то там несуществующей ненависти.
Он сволочь.
Но дьявольски привлекателен.
- Я ухожу, - торопливо отвожу взгляд на дверь. Она распахнута, и в проеме видна комната, а у меня тут же захватывает дух.
Окно от пола, огромное и широкое, это одна сплошная стеклянная стена, за которой в темноте возвышаются соседние небоскребы.
Невероятно, невозможно жить в таком месте, это сказка для взрослых, и мой босс в ней не принц - точно дьявол.
Либо продал ему душу.
- Душ включается вот здесь, - Дмитрий выпрямляется и отступает, отодвигает в сторону дверь душевой. - Чистое полотенце в шкафу.
Кошусь на черный шкаф и раковины в черном мраморе, на флакончики с жидким мылом и в очередной раз чувствую себя дурой, тупицей, смешной нищенкой, которая по ошибке забрела в этот проклятый дворец.
- Я не собираюсь мыться и я ухожу, - говорю дрожащим голосом и наклоняюсь, чтобы обуть сапоги. На языке вертится миллион слов, и я выбираю самые обидные для себя: - моя сумочка в коридоре, деньги можете положить туда, Дмитрий Викторович.