Волчье (СИ)

Я вскинулась, собираясь возразить, однако в следующее мгновение Ингварр порывистым движением отступил от меня, вновь надев маску хмурого безразличия, и спустя секунду на пороге моего шатра возник серьезный и собранный Вестгейр, держащий руку на эфесе меча.
— Ваше Величество, лорд Ингварр, — Первый Маршал отвесил почтительный короткий поклон и выровнялся, глядя на меня. Волчица, почувствовавшая присутствие рядом чужого волка, горделиво подобралась, сверкнув желтыми глазами. — Дозорные только что доложили, что отряд первой бегущей по следу возвращается.
— Отлично, пойдем послушаем, что Маргрит нам скажет, — я первой направилась к выходу из шатра, с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на быстрый бег, и мужчинам ничего не оставалось, кроме как последовать за мной.
В лагере оборотней, не смотря на ранний час, уже никто не спал, от многочисленных костров поднимался сизый дымок, а снующие вокруг члены стаи деловито готовили завтрак и собирали походные палатки, которых у подножия высоких холмов, отделяющих нас от Минас-Тирита, раскинулось целое море. Для меня даже спустя несколько дней размеры стаи казались просто непостижимыми, я не могла понять, как такой огромный народ мог веками скрываться в Фангорне незаметно для других, а от точного количества воинов, которые под моим предводительством сейчас направлялись на помощь Гондору и Рохану, из груди рвался нервный смех.
Да, я знала, что армия Серого Оплота сильна и многочисленна, но не думала, что настолько…
— Доброе утро, Ваше Величество!
— Предки с нами, королева Илва!
Со всех сторон слышались приветственные оклики, члены стаи, мимо которых мы проходили, смотрели на меня весьма благосклонно, куда теплее, чем в первую нашу встречу, и я, следуя к окраине разбитого лагеря, то и дело кивала и улыбалась. Лично познакомиться с каждым за такой короткий срок у меня не было возможности, но некоторые лица казались знакомыми, и я пыталась вести себя со своей стаей как можно искренней.
О любви или нелюбви народа к его новой королеве говорить было еще рано, но почему-то мне казалось, что отношение ко мне, все-таки, немного теплее, чем к Сверру. Не боятся до дрожи в коленках, и на этом спасибо.
Тройка горячащихся жеребцов показалась из-за холмов как раз тогда, когда мы, оставив позади собирающийся к выходу лагерь, вышли к большой поляне, на которой на ночь оставили пастись лошадей. Приставленные охранять их трое оборотней приветственно отсалютовали нам кружками с горячим отваром, однако мое внимание было надежно приковано к тонкой девичьей фигурке, осадившей недовольно всхрапнувшего коня и тряхнувшей раздраженно головой.
Зазвенели в темных волосах уже знакомые серебристые пластины, а взгляд карих глаз пересекся с моим.
— Ну, что? — взволнованно спросила я, чувствуя, как отступившая было тревога возвращается, оплетая цепкими щупальцами страха. Сколько бы я ни хорохорилась и не пыталась держать лицо, скрыть этого мне не удавалось.
— Скверно все, — мрачно призналась Маргрит, сокрушенно покачав головой. Исполняя свои непосредственные обязанности, с первыми лучами солнца первая бегущая по следу была отправлена к Минас-Тириту для разведки, и выражение лица девушки мне совсем не нравилось. — От орков на полях темно, а весь город охвачен огнем. Не знаю, как давно он в осаде, но что-то мне подсказывает, что долго они не продержатся. Ворота, насколько я могу судить, уже разрушены.
От услышанного я побелела, как полотно, и, кажется, немного покачнулась. Крепкие пальцы Ингварра сжали мой локоть, стоящий рядом Вестгейр нахмурился еще больше, если это физически возможно, но на это я не обратила внимания. Слова Маргрит звучали в ушах набатом, повторяясь раз за разом, а живое воображение моментально подкинуло картину ярко полыхающего города, и я едва не оглохла, когда собственная волчица взвыла громко и пронзительно, со всепоглощающей болью. Искренний страх за пару сковал белоснежную хищницу, забившуюся в клетке ребер, и ее паника, кажется, захлестнула даже стоящих рядом волков.
 
Окружающие меня оборотни недовольно заворчали, явно почувствовав себя не в своей тарелке, в их глазах один за другим вспыхивал янтарь, и я, прекрасно понимая, что состояние альфы каким-то непостижимым образом влияет на стаю, попыталась взять себя в руки.
— Рохан… — шевельнула я непослушными губами. — Войска Рохана…
— Уже вступили в схватку, — кивнула Маргрит, перехватив мой потухший взгляд. Кажется, она чувствовала себя не слишком уютно из-за того, что принесла плохие новости. — Я думаю, появление армии стало для противника неожиданностью, но в любом случае, им нужно помочь.
— Значит, откладывать мы больше не можем, — послышался рядом уверенный голос, а оглянувшись, я увидела подошедших к нам Асбранда и Халльгрима. Рыжеволосый мужчина, внимательно прислушивающийся к нашему разговору, задумчиво кивал, почесывая густую бороду, а Третий Маршал, спрятав руки за спину, вопросительно посмотрел на меня. — Нам нужно несколько минут, чтобы собраться, и мы готовы выступить. Наше появление для противника будет неожиданностью, мы атакуем согласно составленного плана.
— Да, вы правы, — несколько запоздало кивнула я, не понимая, почему никак не получается собраться с мыслями, и лишь вскользь взглянула на разведчиков. — Позавтракайте, отдохните немного, выступаем через пятнадцать минут.
Ингварр, судя по всему, хотел мне что-то сказать, но я, опережая расспросы, стремительным шагом направилась к своему шатру, чувствуя, как скребется в ребра волчица.
Липкие оковы страха и тревоги сковали грудь, сердце билось где-то в горле, заставляя задыхаться, а колени дрожали, и я старательно прятала глаза от окружающих меня оборотней, которые, судя по всему, все равно чувствовали беспокойство своей альфы. То и дело мне удавалось выхватить встревоженные взгляды, направленные в мою сторону, отовсюду слышались громкие приказы и недовольное ворчание, где-то среди разношерстой толпы мелькала рыжая макушка Асбранда и звучали окрики Халльгрима, приглушенные шипением заливаемых водой костров, перед глазами мелькали затянутые в черное крепкие фигуры королевских гончих, а стоило мне только оказаться возле своего шатра, как тут же перед лицом из ниоткуда возникла глиняная миска с парующей похлебкой.
— Вам нужно позавтракать, Ваше Величество, — тоном, не терпящим возражений, произнесла Йорун, глядя на меня необыкновенно серьезно. Я удивленно вскинула брови, но прежде, чем успела возразить, миска уже оказалась в моих руках, обжигая пальцы. — Если вы без сил свалитесь посреди поля боя, это никому не пойдет на пользу.
— Знаете, у меня и помимо…
— Забот важнее здоровья ни у кого быть не может, — старая лекарка силой усадила меня на поваленное бревно, устланное теплым пледом, а после посмотрела мягко, словно на непослушного ребенка, и я, при всем моем скептическом отношении и недоверии к женщине, которая еще совсем недавно травила меня волчьим аконитом, почувствовала волну смущения, окрасившую щеки багрянцем. — Вы станете символом нашей славной победы, Ваше Величество, вы вновь поведете наш народ к славе впервые за долгие годы прозябания в страхе. Я буду молиться о вас нашим предкам.
Не дожидаясь моего ответа, женщина низко склонила голову, разгладив складки на чистом переднике, и сноровисто, как для своего возраста, направилась к огромному белому шатру, ставшему нашей походной лечебницей. Йорун и ее помощники готовились принимать раненых на поле боя, и я очень надеялась, что работы у лекарей сегодня будет мало.
 
Спустя несколько минут большинство палаток были свернуты, недовольные кони оседланы, а Ингварр, восседающий на пегом жеребце, прохаживался между стройными рядами оборотней, отдавая последние приказы. Темноволосая макушка Маргрит виднелась где-то неподалеку, первая бегущая по следу отдавала приказы своему отряду, отзывая разведчиков, а стоило мне только оказаться в седле тонконогой буланой кобылы, старательно жующей кожаный повод, как со мной поравнялся Вестгейр.