Волчье (СИ)

— Тогда понятно, почему превращения для тебя столь болезненны и неприятны, — произнес он, глядя на меня внимательней, чем прежде. — Тебя не было, кому обучить, не было, кому помочь принять свою природу. Ты все еще сопротивляешься своему зверю, делишь ваши сознания вместо того, чтобы их объединить. Это заставляет тебя страдать, — шершавые, загрубевшие пальцы воина легко скользнули по моей руке, заставив вздрогнуть, а лицо вдруг посветлело, преобразившись от легкой тени улыбки, которую мужчина позволил себе, взглянув мне в глаза. — Обещаю, я помогу тебе, и ты поймешь, что быть оборотнем не так уж и плохо.
Громкий перестук копыт не позволил мне ничего ответить, взгляд скользнул влево, и я удивленно вскинула брови, увидев стремительно приближающихся к нам всадников. Двое из них держали в руках высокие стяги, ветер волной взметнул серое полотно, и стало заметно изображение белоснежного волка, запрокинувшего голову и словно бы воющего на луну. Стоящий рядом со мной Ингварр как-то неожиданно подобрался, будто перед прыжком, рука, лежащая на моей ладони, крепко сжалась, почти причиняя боль, а взглянув на мужчину, я заметила, как он сверлит хмурым взглядом одного из всадников, того, что немного опережал остальных. Светло-серая меховая накидка на широких плечах позволила предположить, что это кто-то из приближенных к двору, а тяжелый серебряный венец на иссиня-черных волосах с тонкой паутиной проседи отбросил любые сомнения касаемо того, кто это мог быть.
Его Величеству Сверру на вид можно было дать лет сорок, в молодости он наверняка был красивым мужчиной, но время совершенно не пощадило короля. Сухая кожа казалась серой из-за черной щетины, под глазами темнели мешки, а тяжелый взгляд в сочетании с узкими, почти незаметными губами делали лицо неприятным, отталкивающим.
Заметив нашу пару, застывшую у ворот, король резко натянул поводья, заставляя зло всхрапнувшего пегого жеребца остановиться и присесть на задние ноги, тяжело спрыгнул на землю, от чего взметнулся волной черный плащ и бряцнул прикрепленный к поясу клинок, а взгляд карих, почти черных глаз безошибочно пересекся с моим, и тут же громко взвыла в груди встрепенувшаяся волчица.
Этот мужчина пугал и подавлял, от него веяло смертельным холодом и опасностью, и мой зверь это чувствовал, прижав уши к голове и склонив голову так низко, как не склонял ни перед кем. Я чувствовала страх своего зверя, чувствовала ее инстинктивное желание поджать хвост и подчиниться, замерев и не в силах отвести глаз от страшного лица, и в тот момент мне вдруг стало ясно, о какой такой силе говорил Ингварр. Самый сильный, самый стойкий, вырвавший власть собственными зубами из горла старшего брата.
Альфа.
— Как же я рад видеть нашу гостью в добром здравии, — король Сверр улыбался тепло и открыто, но в глазах и голосе царила стужа, и я едва не заскулила от ужаса, когда мужчина приблизился к нам. Всего лишь один короткий взгляд заставил Ингварра почтительно склонить голову и отступить, оставляя меня одну, и я вздрогнула всем телом, когда руки, затянутые в черную кожу перчаток, ловко ухватили мою ладонь. — Позвольте лично поприветствовать вас в Сером Оплоте, леди Илва.
— Благодарю вас, Ваше Величество, — голос дрожал и ломался, язык буквально прирос к небу, и говорить я себя заставила с огромным трудом, с возрастающим ужасом наблюдая за тем, как Сверр склонился над моей рукой.
Холодные сухие губы коснулись нежной кожи, и у меня мороз пошел гулять по телу. Горло перехватило спазмом, внутренности сжались в комок, а волчица тоненько, совсем по-щенячьи заскулила, и как мне удалось не вырвать руку из цепких пальцев альфы, я и сама не понимала. Застыв на месте каменным изваянием, я широко распахнутыми глазами следила за тем, как король медленно выпрямляется, а в его черных глазах полыхало мрачное удовлетворение, причин которого я не знала.
— Вы просто обязаны почтить меня своим присутствием на ужине, леди Илва, — это не было приглашением, это было приказом, и у меня почему-то не возникло даже мысли о том, чтобы отказаться.
 
— Почту за честь, Ваше Величество.
— В таком случае, буду с нетерпением вас ожидать, — король Сверр вновь улыбнулся одними губами, не торопясь отпускать мою руку. — Чувствуйте себя в Сером Оплоте, как дома. Мои подданные сделают все, чтобы вы ни в чем не нуждались, — короткий, режущий взгляд на мгновение опалил вниманием хранящего молчание Ингварра, а после вновь обратился ко мне. — Я очень рад, что вы оказались здесь, леди Илва. Говорят, белый волк приносит удачу.
Пальцы мужчины сжались на моей руке чуть крепче, заставив сердце болезненно заколотиться где-то в горле, взгляд невольно метнулся к развевающемуся на ветру стягу, однако у меня не хватило духу, чтобы уточнить у альфы, что значила брошенная им фраза. Отпустив, наконец, мою многострадальную конечность, Сверр резко развернулся, возвращаясь к ожидающему его конному отряду, вскочил в седло, легко подхватив поводья, а после, бросив на меня странный взгляд, заставивший волчицу испуганно потупиться, пришпорил коня, ветром пронесшись мимо.
Прикрыв глаза ладонью, чтобы защититься от поднятой пыли, я чувствовала, как болезненно колотится о ребра сердце, словно пытаясь их сломать, и старалась перевести дыхание, только сейчас сообразив, что все это время почти не дышала, будто боясь сорваться на испуганный вскрик. Стоило закрыть глаза, и перед внутренним взором тут же всплывало холодное, будто высеченное из серого камня лицо, и мне невольно подумалось, что король Сверр был точно таким же, как и Серый Оплот, — мрачным, холодным, отталкивающим.
Чужим.
— Это пройдет, — негромкий шепот, раздавшийся где-то над головой, заставил вздрогнуть, и я только сейчас вспомнила, что все это время рядом со мной был Ингварр. Приблизившись ко мне, мужчина осторожно приобнял меня за плечи, помогая унять дрожь, и легко, будто боясь испугать еще больше, погладил по волосам. — Ты никогда раньше не встречала альфу, не знала, как он может пугать и подавлять волю.
— Ты чувствуешь то же самое в его присутствии? — спросила я, вскинув взгляд на воина, и тот нахмурился, явно задетый вопросом за живое.
— Его зверь силен, даже слишком силен, — недовольно ответил он, на мгновение отведя взгляд, словно стыдясь собственной слабости. — Во всяком случае, если ему не перечить и подчиняться приказам, это не так уж и страшно. Ты… привыкнешь.
К подобному привыкать совсем не хотелось, но эти слова я разумно проглотила, решив остаться при своем мнении. Настроение, еще недавно омраченное только неприятной головной болью, сейчас стало совсем отвратительным, и чтобы хоть немного его поднять, я тихо спросила, не поднимая глаз:
— Мы можем продолжить нашу прогулку?
Возвращаться в крепость, где был Сверр и его хищный, пугающий до дрожи мою волчицу зверь, мне совсем не хотелось, и Ингварр, слава Эру, это понял. Согласно кивнул, почти привычно взяв меня под руку и устроив мою ладонь на своем локте, а после предложил пройтись через лесное поселение к реке. Мне было абсолютно все равно, чем занять свободное время, поэтому я согласилась и послушно последовала за капитаном королевских гончих.
Разговор у нас как-то не шел, я была слишком погружена в свои мысли, а Ингварр, задав мне пару вопросов и получив рассеянные ответы невпопад, очень скоро притих, позволяя мне просто наслаждаться прогулкой. С каждым шагом, отдаляющим меня от крепости, я чувствовала себя лучше, в лесу мне было намного спокойней, и даже огромные волки, встречающиеся нам на нашем пути, уже не пугали так, как в начале. Страх, испытанный от встречи с альфой, отступил, бурлящая вокруг жизнь заставила отвлечься, и я с вернувшимся любопытством наблюдала за оборотнями, окружающими меня. Они казались бесстрашными, почти беспечными, словно ничего не боялись, а заметив стайку детишек, играющих в гордом одиночестве за пределами поселения, я удивленно поинтересовалась у Ингварра, не опасно ли это.
 
Самодовольная улыбка, расплывшаяся по губам воина и сделавшая его лицо по-юношески озорным, дала мне понять, что королевские гончие не зря заработали себе отменную репутацию, а вспомнив о том, что именно они охраняют границы Серого Оплота, я и вовсе перестала думать о том, что маленьким волчатам что-то угрожает.