Волчье (СИ)

Неясный шорох, раздавшийся из-за спины, заставил удивленно вскинуть голову, и я резко оглянулась, заметив, как порывисто подхватился на ноги Арагорн, что-то высматривая на сухой земле. Что он мог видеть там, где не было ничего, кроме пожелтевшей травы, камней и сломанного оружия, я искренне не понимала, как не понимала и того, что мужчина делает, передвигаясь по лагерю урук-хаев короткими перебежками по одной ему понятной кривой линии. Леголас с Боромиром переглянулись, не рискуя отвлекать Странника, а Гимли, все еще стоящий у костра, подошел немного ближе, заинтересовавшись происходящим.
— У них были связаны руки, — на мгновение оглянувшись на нас, Арагорн продолжил высматривать что-то на земле, внезапно резко наклонился, зарывшись пальцами в высокую траву, а после выровнялся, тряхнув перед нами непонятным предметом, в котором я неожиданно опознала…
— Веревка, — выдохнул пораженный Боромир. — Они разрезали путы.
Странник коротко кивнул, подтверждая слова гондорца, и вновь сосредоточился на видимых только ему следах. Боясь поверить в то, что еще не все потеряно, я осторожно подошла ближе, поравнявшись с Леголасом, наблюдающим за действиями друга, а после одновременно с ним сорвалась с места, когда Арагорн вдруг, прибавив скорости, метнулся в сторону от лагеря.
— Следы уводят от места битвы, они сбежали!
Всего за пару мгновений преодолев широкое плато, мы остановились почти у самой кромки густого леса, и я шумно выдохнула, впечатленная открывшейся взгляду картиной. Даже на окраине деревья выглядели старыми, какими-то зловещими, скалясь на нас изогнутыми корнями и угрожающе шелестя густыми кронами, и казалось, будто ни единого лучика света не проникало между густыми ветками, от чего лес выглядел еще более мрачным и негостеприимным, чем на первый взгляд. У меня от близости подобного места мурашки по коже забегали, и я только чудом подавила встревожено заворчавшую волчицу, которой здесь совсем не нравилось.
— Фангорн… — выдохнул Арагорн, осматривая густо растущие деревья.
— Что за лихо понесло их туда? — возмутился стоящий за нашими спинами Гимли, покрепче стиснув свою секиру, и даже Леголас не спешил ступать под тень леса, посматривая на шелестящие листья с заметным недоверием.
— Какая разница, главное, что они живы, — уверенно произнес Боромир, и его голос прозвучал неожиданно громко, словно разбив повисшее на поляне напряжение. Оглянувшись на мужчину, я вдруг с удивлением поняла, что он ведь прав.
Мэри и Пиппин сумели сбежать, они живы, с ними все в порядке. Волна сумасшедшего облегчения накрыла с головой, мышцы, до этого напоминающие каменную породу, вдруг резко расслабились, и как мне в этот момент удалось устоять на ногах, я и сама не поняла. Судорожно вздохнула, отбросив упавшие на лицо волосы, обхватила себя руками, стараясь подавить прокатившуюся по телу дрожь, и оглянулась на Арагорна, когда он несогласно качнул головой, взглянув на Боромира:
— Фангорн опасное место, в одиночку хоббитам там не выжить.
— От урук-хаев они же как-то убежали, — хмыкнул, не согласившись, гондорец, однако спорить не стал, мигом посерьезнев. — Значит, нам нужно их поскорее найти, пока они еще куда-то не влезли.
— Сказать это проще, чем сделать, — подал голос Леголас, поправив крепление своего лука. — Фангорн огромен, а полурослики могли пойти, куда угодно. Мы будем блуждать в их поисках вечность.
— Я могу помочь, — неожиданно для самой себя предложила я, и взгляды мужчин тут же обратились ко мне. Смутившись от такого внимания и почувствовав, как покраснели скулы, я неловко кашлянула и попыталась говорить как можно уверенней. — Я знаю их запах, смогу легко взять след.
Несколько мгновений мои спутники молчали, хмуро переглядываясь и явно не зная, что сказать в ответ на мое предложение, в их глазах царило откровенное недоверие, и я едва сдержалась от того, чтобы не фыркнуть. Эру, у нас и так не много времени, других толковых предложений нет, а то, о чем говорила я, действительно поможет нам найти двух маленький хоббитов в огромном, опасном лесу. Другое дело, что окружавшие меня воины, кажется, совсем не привыкли полагаться в решении подобных вопросов на женщин.
 
— Ты действительно сможешь это сделать? — уточнил Арагорн, заставив меня закатить глаза, и я только изогнула бровь, с иронией подметив:
— Ну, вас ведь после Ривенделла я отыскала.
На это ни Страннику, ни другим моим спутникам не было, что возразить, и они, помаявшись еще пару мгновений, один за другим согласно кивнули, признавая мою правоту. Я довольно хмыкнула, волчица, почуявшая, возможность поразмять лапы, с любопытством прислушалась ко мне, подняв голову, а медальон призывно звякнул серебряной цепочкой, когда я сбросила с плеч свой рюкзак и расстегнула горловину плаща.
— Будьте добры отвернуться, — проникновенно попросила я, поочередно взглянув на каждого из мужчин, но, судя по тому, как смутился в ответ Арагорн, понял мой намек только он. — Во время превращения одежда рвется, и, чтобы избежать этого, я хотела бы раздеться.
После такого объяснения покраснел не только Странник, явно не ожидавшие подобного поворота событий воины, демонстрируя поразительную слаженность, резко отвернулись от меня, для верности еще и отойдя подальше, и я, убедившись в том, что хотя бы минимальные правила приличия соблюдены и Владыке Элронду не придется краснеть за свою непутевую воспитанницу, принялась спешно раздеваться.
— Ты собираешься опять превратиться в волка? — уточнил Боромир, демонстративно рассматривая далекие холмы, за которыми уже давно исчез эоред Эомера.
— Так будет легче взять след, — кивнула я, сбросив штаны и сняв через голову рубаху. Кое-как сложила вещи в свой рюкзак, с трудом затолкав туда и завернутую в плащ обувь, поежилась от холодного ветра, пробежавшегося по обнаженной коже, а после постаралась как можно быстрее снять повязку, охватывающую грудь.
Длинный отрезок ткани скоро оказался на траве, я внимательно изучила небольшое розоватое пятно, резко выделяющееся на смуглой коже и напоминающее о стреле, всего пару дней назад прошившей грудь, а после, вполне удовлетворенная увиденным, обратилась к волчице, с готовностью рванувшей на свободу.
Тело свело судорогой, тихий хрип сорвался с перехваченного спазмом горла, и я, не устояв на ногах, рухнула на землю, больно приложившись коленями. Хруст собственных костей заставил поморщиться, я была уверена, что и мужчины сейчас слышат все, что происходит за их спинами, но даже подумай кто-то из них оглянуться и подсмотреть, я бы этого не заметила. Изогнулась всем телом, кусая губы в кровь, чтобы не закричать, запуталась пальцами в сухой траве, выдирая ее с корнем, и едва не взвыла, когда деформированное, изломанное, словно старая кукла, тело принялось покрываться белоснежным мехом.
Когда болезненное превращение, наконец, закончилось, я еще несколько мгновений лежала на земле, пытаясь прийти в себя и заставить конечности не дрожать. Довольная собой волчица радостно помахивала хвостом, поблескивая лукавыми золотыми глазами, и я буквально ненавидела ее за то, что она, в отличие от меня, во время превращений не испытывает никакого дискомфорта. Недовольно рыкнула, огрызнувшись на зверя, когда он попытался прорваться в сознание, с трудом собрала себя в кучку, поднявшись на дрожащие лапы, постепенно наливающиеся силой, и призывно фыркнула, обращая на себя внимание.
Арагорн, осторожно обернувшийся первым, особо изменениям не удивился, с кривоватой усмешкой приблизившись ко мне и почти привычно забросив на плечо мой рюкзак, а вот остальные мужчины на несколько мгновений задержались, рассматривая меня так, будто первый раз видели. В глазах Леголаса сквозило искреннее любопытство, с которым он подался вперед, Гимли, что-то проворчав на кхуздуле, сделал вид, будто ничего особенного не произошло, а вот Боромир, задумчиво почесав бороду, подошел поближе, рассматривая меня так внимательно, что мне стало не по себе.
 
Поставив уши торчком, я пристально следила за каждым его движением, пыталась прочесть эмоции, сменяющиеся на знакомом лице одна за другой, а после, рискнув, заглянула в серые глаза. Гондорец чуть нахмурился, словно пытаясь принять какое-то важное для себя решение, а после, тряхнув головой, неопределенно пожал плечами.