Волчье (СИ)
Совсем рядом просвистела сталь клинка, капли черной крови разлетелись во все стороны, а я, выплюнув отрубленное Сэмом щупальце, изо всех сил боднула головой пытающегося подняться на ноги полурослика подальше от воды. Подоспевшие Мэри с Пиппином подхватили друга под руки, помогая ему принять вертикальное положение, тихо охнул Сэм, пораженно уставившись на щупальце, которое все еще извивалось в агонии, но не успел больше никто ничего сделать, как вода взбурлила пуще прежнего, и ввысь с озерного дна поднялись еще десятки таких же.
— Даэре, назад! — рявкнул кто-то из спешащих нам на помощь мужчин, а в следующее мгновение я громко взвизгнула, когда что-то с силой сжало меня поперек туловища.
Щемящее чувство полета заставило сжаться в комок, небеса и земля несколько раз сменили друг друга перед глазами, а к горлу подкатила тошнота, но в тот момент это интересовало меня меньше всего. Зло лязгнув зубами, я изо всех сил пыталась выбраться из крепкой хватки, чувствуя, как надсадно потрескивают ребра, зло зарычала, когда пролетевший мимо Пиппин, так же ухваченный щупальцем, случайно саданул меня по морде, а в следующий момент дыхание сперло где-то в груди, когда я, скользнув взглядом по разволновавшемуся озеру, увидела, наконец, того, кто этими щупальцами управлял.
Исполинское чудовище, название которому я не знала, и которого никогда не видела ни в жизни, ни в старых книгах, вынырнуло из темных глубин, демонстрируя мерзкое огромное отверстие, оказавшееся зубастой пастью, и я судорожно сглотнула, увидев полный набор громадных, изогнутых и острых, как бритва, клыков, наверняка способных перемолоть кости в порошок. От перспектив оказаться внутри этой пасти у меня внутри все похолодело, и я забилась в мертвой хватке еще сильнее, чувствуя, как стремительно заканчивается в легких воздух.
— Руби их! — проорал, кажется, Арагорн, ухваченный щупальцем Сэм с истошным воплем пролетел мимо меня, ухнув в холодную воду, а я, исхитрившись, вновь изо всех сил вцепилась зубами в удерживающую меня осклизлую конечность, уже не удивляясь мерзкому привкусу горькой крови. — Леголас!
Чудовище взревело, от чего задрожали скалы, хватка на моем теле лишь усилилась, от чего на мгновение потемнело в глазах, а в следующее мгновение я истошно завизжала от пронзившей меня боли. Показалось, будто внутри что-то треснуло, крупная дрожь пробежалась по всему телу, и от сильной судороги я лишь крепче сжала челюсти, изо всех сил зажмурив глаза. Щупальце извивалось и металось со стороны в сторону, от чего меня постоянно укачивало, по ушам били крики хоббитов и плеск воды, а громкие ругательства мужчин сливались в фоновый шум, от которого так сильно кололо виски. Мерзкая боль, которая утихать совсем не хотела, с каждым мгновением становилась все сильнее, перед глазами пульсировали темные пятна, и мне казалось, будто я вот-вот потеряю сознание.
Тонкая стрела, мазнув оперением по морде, вонзилась в щупальце почти у самого моего носа, от чего в голове на мгновение прояснилось, а в следующее мгновение хватка на моем теле внезапно исчезла, и я, не успев сообразить, что происходит, рухнула вниз.
Поверхность озера сомкнулась где-то над моей головой, ледяная вода хлынула в нос и горло, не позволяя вздохнуть, а проплывшее рядом щупальце швырнуло меня в сторону, вновь заставив потеряться в пространстве. Воздуха катастрофически не хватало, я судорожно загребала лапами, пытаясь выбраться на поверхность, но из-за усилившейся где-то в груди боли сделать это было не так-то и просто. Организм недвусмысленно намекал, что что-то не так, предположения были одно другого хуже, однако в данный момент это было совсем неважно. Сначала нужно было выбраться отсюда, оказаться подальше от непонятного чудовища, а потом…
Потом я могу подумать о другом.
Почувствовав под лапами каменистое дно, я изо всех сил оттолкнулась от него, вырываясь на поверхность, и тут же судорожно вздохнула пусть такой гадкий на вкус, но столь необходимый мне сейчас воздух, чувствуя, как расширившиеся легкие болезненно давят на ребра изнутри. Мокрая, напитавшаяся водой шерсть отяжелела и тянула меня ко дну, холод мурашками пробежался по коже, а приглушенные ранее водой звуки вновь стали столь громкими и давящими на слух. Вода по-прежнему плескалась совсем рядом, кто-то орал и ругался, а стоило мне только сделать несколько шагов вперед, как правую сторону вновь прострелило острой болью, которая сбила меня с лап. Тяжело рухнув на крупную гальку и тихо заскулив, я отчаянно пыталась найти в себе силы подняться и убежать, но сделать мне этого так и не удавалось, и собственная беспомощность буквально убивала.
Нет, я должна, я просто обязана…
— Давай, девочка, поднимайся! — крепкая хватка сжалась на холке, потянув меня вверх, и в первое мгновение я испуганно вздрогнула, решив, что это вновь то самое чудовище, но в следующее мгновение носа коснулся знакомый запах, а в поле зрения мелькнула фигура Боромира. Мужчина был взъерошен, крепко сжимал одной рукой меч, а другой пытался поднять меня с земли, и я судорожно рванулась всем телом, желая подчиниться. Ослабевшие дрожащие лапы едва держали ноющее тело, то и дело разъезжаясь на мокрой гальке, но я изо всех сил пыталась показать, что у меня еще есть силы, чтобы продолжать путь.
— Боромир, быстрее! — гаркнул где-то совсем рядом Арагорн, запела еще одна спущенная с тетивы стрела.
— Уходим!
Дыхание сбивалось, лапы дрожали, тело совершенно не хотело слушаться, а хватка Боромира в какой-то момент исчезла с моей холки, оставив в пальцах мужчины несколько белых шерстинок, но этого я даже не заметила, видя перед собой лишь темный зев шахт Мории, которые раньше мне совершенно не нравились, но которые сейчас казались необыкновенно соблазнительными. В шахтах есть двери, тяжелые, каменные двери, и они могут уберечь нас от этого чудовища и его вездесущих щупалец, а это главное.
Только бы добраться, скорее!
В распахнутые тяжелые двери я влетела вслед за Боромиром, зацепившись о какой-то камень, рухнула на живот, больно ударившись ребрами и напоровшись на какой-то камень, и пропахала носом широкую борозду, влетев в рассыпавшиеся от удара кости, а где-то за моей спиной громко заскрежетали камни и задрожали скалы. Глаза совершенно не хотели открываться, рассмотреть, что происходит там, позади, я не могла, и услышала только громкие крики и гулкие удары, а в следующее мгновение каменные своды пещеры и дверь с потухшими надписями принялись рушиться прямо на глазах. Огромные глыбы породы грохотали по земле, от чего та содрогалась, словно в конвульсиях, выбравшееся из воды чудовище громко взревело, беспомощно наблюдая за тем, как обвал отрезает его от нас, придавливая извивающиеся щупальца, а в следующее мгновение вспышка тьмы ударила по глазам, погрузив сознание во мрак, и все вдруг неожиданно стихло.
Несколько мгновений было абсолютно тихо, словно из мира исчезли все звуки, и я никак не могла понять, открыты у меня глаза или закрыты, — густая, непроницаемая темнота не позволяла увидеть ничего, шум собственной крови в ушах был буквально оглушающим, и мне казалось, будто единственное, что существует в этом непроглядном мраке, — мое собственное хриплое дыхание. Где-то в пространстве по-прежнему мерно капала вода, слышался редкий перестук мелких падающих вниз камешков, а в какое-то мгновение кто-то совсем рядом даже чихнул, от чего заскрежетали по камню трухлявые кости. Я рефлекторно дернулась, с трудом подняв кажущуюся неподъемной голову, а в следующее мгновение зажмурилась, когда почти перед самой мордой вспыхнул яркий белый свет.
— Все целы? — послышался голос Арагорна, кто-то завозился, задвигался, затопал, и различные звуки вновь наполнили пространство, заставляя меня поверить в то, что я все еще жива, и мир вокруг не рухнул в бездну.
— Кажется, я что-то сломал, — пробормотал где-то рядом, кажется, Пиппин, ему вторил болезненный стон Сэма и согласное сопение Мэри, а все это перекрыли спешные шаги, остановившиеся у самой моей морды.