Император на измене
Они не просто беззвучно разговаривали, но еще и не обращали на меня никакого внимания, как будто я была табуреткой или вазой.
Поэтому я приподнялась на локтях и достаточно громко произнесла:
– Добрый день!
Монументальный оглянулся, мигом придавив меня взглядом темно-лиловых глаз. Я могла поклясться, что в ярком солнечном свете в них разверзся космос. Это такие линзы? Крылья его носа хищно вздрогнули, выдавая раздражение. В нем вообще все было хищным. И разлет густых сдвинутых бровей, и сжатые губы, и даже квадратный мужской подбородок.
– Пришла в себя, – не спросил, констатировал он как факт. – Хорошо.
Голос у него оказался глубоким и властным. Таким только приказы отдавать, что он и сделал:
– Оставьте нас.
Доктор испарился быстрее, чем я успела заметить. Сам мужчина подошел и опустился в кресло рядом с кроватью:
– Почему с тобой столько проблем, дорогая супруга?
Супруга. В голове разом всплыло все, что память сохранила до того, как в меня влили зелье. И кое-что после этого – тоже. Когда я уже проваливалась в сон, служанка, укутывающая меня, что-то говорила про неверного мужа и фавориток.
Внутри меня словно проснулся дракон.
Маленький. Но он очень быстро рос.
Как говорила моя мама, я родилась дракончиком, а выросла в драконицу, и сейчас на миг очень ясно представила, как в нее превращаюсь, и…
Кусь. Грызь. Нет башки!
Ненавижу мужчин, которые изменяют!
Я понятия не имела, как стала ее величеством, как обрела внешность модели, и почему этот сидящий рядом хр… гм, мужчина – мой муж, но я обязательно в этом разберусь. А еще разберусь в том, как с ним развестись.
Прямо сейчас. Вот с этого и начну.
– Никаких проблем больше не будет, – сообщила я с милой улыбкой. – Когда мы сможем подписать бумаги о разводе?
Густые брови супруга взлетели вверх, а сам он подобрался будто тигр перед прыжком.
– Развод? – вкрадчиво поинтересовался он, будто считал, что ослышался. – Очевидно, магия наемника все-таки повлияла на твой разум не лучшим образом, Лилла. Я не вижу другого объяснения. Тебе стоит отдохнуть, прежде чем мы вернемся к нормальному разговору.
Он поднялся, явно собираясь уйти.
Из этой тирады я сделала два жизненно важных вывода: первое – меня зовут Лилла, и второе – мужчина рядом с моей кроватью неисправим.
У-у-у, как же это бесит! Они считают, что вправе портить женщинам жизнь, а потом вот так, как ни в чем не бывало заявлять, что это мне! Стоит! Отдохнуть! Игорь вон тоже вещал про нормальные разговоры.
– Я уже достаточно отдохнула, а магией меня, видимо, шандарахнуло, когда я собралась за тебя замуж, – сообщила я. – Но в целом да, ты свободен. Не забудь прислать документы через юриста.
Мой супруг обернулся, и солнце, рассекающее комнату на две половинки померкло. Резко стало темно, от массивной мужской фигуры по стенам расползлись зловещие, как в фильмах ужасов, и закрывающие все собой тени. Да, именно муженек был в центре всего этого мрака: он будто бы вырос в высоту, раздался в плечах. Словно этого было мало, его глаза вспыхнули кострами, а на голове обозначились рога.
Рога?!
Рога!
Интересно… Рога наставил мне он, но они почему-то у него. Я потянулась, чтобы проверить наличие-отсутствие этого аксессуара у себя, но супруг вдруг подался вперед, перехватив меня за руки и вжав в кровать. Намертво: захочешь пошевелиться, не пошевелишься.
Как завороженная, я всмотрелась в его глаза и поняла, что это вовсе не линзы, магия. И мне стало не до юристов.
– Что, Лилла, навело тебя на мысль о разводе? – поинтересовался он, нависая надо мной. Он не только весь изменился, голос у него тоже стал низким и зловещим.
Но все равно, все, о чем я могла думать сейчас – это…
– Рога, – честно ответила я и потрогала костяной нарост у него на голове. Мамой клянусь, настоящий! То есть настоящие! – Может, для тебя это в порядке вещей – так ходить, но я не хочу.
Темнота вокруг схлопнулась в один миг: словно кто-то включил лампочку. Рогатый муж резко меня отпустил и выпрямился, также резко становясь нормальным. Он смерил меня взглядом, которым обычно награждают людей, не дружащих с головой.
– Это может вылиться в серьезную проблему, – пробормотал он, казалось, больше для себя, чем пытаясь что-то объяснить мне. – Но я отдам приказ, чтобы тебя закрыли здесь, пока не найду врачей, которые справятся с твоим расстройством.
Что? Что?!
Что-то в выражении его лица подсказывало, что он тоже считает, что я из дурки. Видимо, та, что была его женой до меня, сидела тихо, не отсвечивала, и рога ее не смущали. Ни его, ни свои.
Вот только мне совершенно не улыбалось сидеть здесь закрытой! Мне еще надо понять, где я оказалась, и что вообще происходит.
Так-с, ну если он его величество, точно печется о своей репутации. Фиговенько так, судя по романам на стороне, но я ему такое устрою, что про его фавориток все забудут. Даже они сами.
– Журналистам очень понравится история, как ты своим отношением довел жену до безумия, – заметила я и показательно всхлипнула. – Особенно тем, что развлекался со своей последней фавориткой, когда на нее было совершено покушение.
У него вытянулось лицо.
А вот выкуси, хрен рогатый! Девушек с Земли злить себе дороже.
– При чем здесь Айседора? – переспросил его величество, видимо, все еще сомневающийся насчет моей адекватности. – У каждой из вас свое место.
Ага, у каждой своя должностная инструкция!
Я хотела сказать, куда он может пойти со своей должностной инструкцией, в смысле, в какое место, но тут у меня в голове что-то щелкнуло.
Айседора – не Аделаида, конечно, но… рогатый мужик. Правитель. Его величество. И я, оказалась за ним замужем, будучи замужем за таким же вот… изменщиком на Земле!
Аццкий сотона!
В смысле, я в Аду. Похоже, надолго. Я умерла и попала в Ад.
За что-о-о?!
Рогатый мужик расценил мое молчание по-своему.
– Можешь забыть про журналистов, заодно про развод и прочую чушь и свободу, – пообещал он, сверкнув глазами. – Ты переезжаешь в Большой дворец. Так я смогу проконтролировать твою безопасность.
Сообщив мне все это, он развернулся и вышел. А я посмотрела ему вслед, спрыгнула с кровати и подбежала к окну. Раздвинув шторы, зажмурилась от яркого света, ударившего в глаза.
Великолепный парк мало чем напоминал предместья Ада (по крайней мере, костров в нем не жгли и котлов тоже не наблюдалось), а солнце так и вовсе намекало на то, что мир, окружающий меня, реален и прекрасен. Птички вон поют за окном…
Я ущипнула себя за руку, ойкнула. Посмотрела на синяк.
М-да, Алёна, вот это ты вляпалась!
–5-
Дориан
– Вы нашли его? – задал первый вопрос госсекретарю Дориан, когда тот явился утром в его кабинет.
Демон среднего роста, рыжий, с филигранно выбритой бородкой, цепким взглядом и безупречной репутацией. Последнее казалось императору особенно ценным. Но…
– Нет, ваше величество, – даже не поморщился госсекретарь Эгер. Держал хорошую мину при плохой игре. Очень плохой, раз никак до сих пор не разобрался в покушении на императрицу. – Федералы вовсю работают над этой задачей. Лучшие артефакторы и магэксперты привлечены к ее решению. Им нужно еще немного времени.
А вот сам Дориан нахмурился, постучал пальцами по столу, за которым сидел.
– Не мне объяснять вам – чем больше времени проходит, тем след менее очевиден, – напомнил он. – Магический он или нет, без разницы.
– В том то и дело, что приглашенные эксперты так до конца и не разобрались, было ли это зелье или созданное заклинание. Всю пищу ее величества проверяют на яды, если это он и был, то сработал он исключительно на королеву Лиллу. Но при этом зелья обязательно оставляют след, а его нет. Значит, это заклинание. Защита от запрещенных заклинаний в Малом дворце тоже есть…
Дориан прервал его взмахом руки.
– Теперь мы не в Малом дворце. Мне нужно знать, что это. И что моей супруге ничего не угрожает. Надеюсь, вы понимаете, что вся эта акция, покушение на нее, это в первую очередь вызов мне и моему государству. Это должно быть пресечено, все виновные должны быть найдены и наказаны по закону. Исполняйте.