Проблемы роста
– Да не парься… Это было давно. Да и про него хочешь не хочешь вспомнишь. Я ведь специально к отцу переехал, мать в Питере осталась…
– Вы с ней поссорились из-за твоей… ориентации? – осторожно полюбопытствовал Сашка, садясь на краешек кровати.
– Нет, конечно… Мы не ссорились, – Максим плюхнуся рядом с Сашкой, увлекая его на самую середину, – просто мне на следующий год поступать, они коллективным разумом пораскинули и решили, что лучше это будет московский вуз, чем питерский… А так, мамулечка у меня вполне прогрессивная…
– А почему тогда не приняла твоего отца?
– Ну… Это же ведь не всегда так просто решается… Одно дело толерантно относится к геям и би. Другое – когда твой собственный муж не только би, но и еще полиамор… Он её не обманывал, если что. И она какое-то время даже пыталась с этим примириться, но…
– А как проявляется полиаморность?.. Я про это читал что-то, но лично никогда не встречал, если честно, – Сашка оперся о локоть и с интересом уставился на Макса.
– Уже встречал…
– В смысле?
– Я тоже полиамор, – Макс протянул руку и нежно погладил Сашку по щеке, – надеюсь, тебе это не претит…
– Эээээмммм…
– Не бойся, пирожочек, я тебе попозже всё объясню… Но сначала у нас есть более приятное дело.
Лицо Макса приблизилось, и через секунду Сашка ощутил на губах поцелуй. Волна нежности разлилась по его грудной клетке, он уже собрался сказать Максу что-нибудь приятное, но в этот же момент почувствовал, как рука друга легла на его пах.
<p align="center">
========== XV ==========
Первое, что захотелось сравнить – запах. Обнимая Ирину Вениаминовну, Сашка сразу почувствовал и отметил тяжелый косметический аромат какого-то крема для тела. Он не казался совсем уж противным, его скорее можно было назвать резким. Но он точно не соответствовал сашкиным представлениям о запахе секса. Возможно, именно поэтому он и запомнился. У Максима не было ничего подобного. Лёгкое фруктовое благоухание, исходящие от его тела, только дразнило Сашку, заставляя скрупулезно исследовать всякую точку притяжения, найденную его нетерпеливыми пальцами или языком.
Потом были соски. После пышной женской груди, два маленьких мальчишеских пупырышка могли бы показаться недоразумением, если бы только они не отзывались на каждую сашкину ласку. Порой это казалось магией – Сашка слегка касался бугорка подушечками пальцев или кончиком языка, и сразу же чувствовал, как Макса бил какой-то странный сексуальный ток. Тело парня изгибалось навстречу Сашке, а из его уст раздавалось тихое сладострастное мурчание.
– Малы-ш-ш-ш… Сделай так ещё раз…
Сашка снова припал к соску губами. Руки судорожно искали, куда пристроиться, и, наконец, нашли. Полунапряженный член Макса лег в сашкину ладонь. Знакомые движения, тихий стон друга. Как Сашка мог жить без этого?..
Его губы спустились ниже. Он почувствовал, как напрягся живот Максима, пока Сашка водил по нему языком. Левой рукой он обхватил ягодицу друга и нежно её сжал. Руки Макса легли ему на затылок, задав направление. Неужели сейчас это произойдет? Сашка не мог в это поверить…
Член у Максима был гладкий, прямой, средней длины, с не самой крупной головкой. Когда он погрузился в рот, Сашка даже не понял, что произошло. У него сладостно закружилась голова, а в паху вдруг стало щекотно. Он внимательно обследовал каждую клеточку доверенного ему органа, смакуя и трепетно радуясь реакциям на прикосновения, после чего начал самоотверженно сосать. Нужный ритм нашелся сразу.
Он потерял счет времени. Простая механика соседствовала со сложными фигурами. Реальность сузилась до сгустка горячего воздуха вокруг сашкиного лица. Широко раскинув руки, Макс лег на спину. Сашка слышал, как он шепчет что-то себе под нос, но суть разобрать не мог. Да и не сильно старался. Ему было на чём сконцентрироваться. Губы тугим кольцом сомкнулись на члене – Сашка был серьезно настроен на то, чтобы получить порцию спермы себе в горло.