Добро пожаловать в «Книжный в Хюнамдоне»

– В мире нет универсальных критериев. Само собой, по некоторым текстам сразу видно, хорошие они или плохие. Но полно одинаковых. А посмотри на мой. Вот он отличный.
– Кто тебе сказал?
– Я говорю! Я таких статей начитался сотнями. Поэтому знаю, что к чему. Сам глянь. Как мне прославиться? Чтобы потом люди сами хвалили мои тексты.
– Стоп, о чем мы вообще здесь говорим?
– О том, что я пишу рецензии на фильмы. И поэтому я кинокритик. Мне не надо, чтобы кто-то меня им назвал. Неплохо себе живу и без этого. – После таких слов Сончхоль внезапно рассмеялся. И похлопал Минчжуна по плечу: – Ты не представляешь, как я скучал по нашим разговорам. Как у тебя вообще дела? Так и будешь варить кофе?
– Наверное, – ответил Минчжун, опустошив рюмку с сочжу.
– Это то, чего ты хотел?
– А разве нет?
– Ну, значит, ты доволен?
– Да я просто хотел найти работу. В хорошей компании, с высокой зарплатой. И жить себе спокойно. Но не получилось. Чего теперь мечтать…
– Думаешь, уже поздно?
– Да не знаю я. Просто не хочу больше к этому стремиться. Сейчас мне весело. Живу себе и живу, – сказал Минчжун и, хлопнув Сончхоля по плечу, продолжил: – Варить кофе – это искусство. Творчество. Из одних и тех же зерен каждый день получается разный вкус. Все влияет: температура, влажность, мое настроение, атмосфера в книжном. И мне нравится менять баланс.
– Какой философ пропадает!..
– Заткнись.
– Тяжело тебе пришлось? – Сончхоль заглянул другу в глаза.
– Не без этого. Но я убедил себя, будто все отлично. Будущее, которого я так ждал, не наступило. А я все равно не считал, что моя жизнь разрушена.
– Она и не была разрушена, ты чего?
Минчжун усмехнулся, посмотрев на друга, и продолжил:
– Я просто решил не судить слишком быстро о происходящем в жизни. Не думать чересчур много. Ел, смотрел фильмы, ходил на йогу, варил кофе. Сосредоточился на другом, заинтересовался новым. И, оглядываясь на свою жизнь, и вправду понял, что она не так уж плоха.
– Конечно.
– Мне помогли другие.
– Кто?
– Те, кто был рядом, – сказал он, прислонившись к стене. – Я вел себя так, будто все хорошо, а они делали вид, что это и правда так. Я ничего не говорил, но они сами все замечали. И не лезли с расспросами и утешениями. Просто принимали меня. Так я перестал себя отторгать или пытаться разобраться глубже. С возрастом меня стали посещать разные мысли…
– Напрашиваешься, – фыркнул Сончхоль. – Ладно уж, спрошу. Какие такие мысли?
– Если вокруг тебя много хороших людей, то твоя жизнь удалась. Может, в карьере ты и не достиг успеха, но вместо этого преуспеваешь каждый день. Благодаря таким людям.
– Ого!.. – очень выразительно воскликнул Сончхоль. – Хорошо сказал. Вставлю в какую-нибудь из своих статей.
– Да ты даже не запомнишь.
– Ой… Не стоило мне с тобой знакомиться. Слишком хорошо меня знаешь теперь… А мы хорошие люди друг для друга? – Сончхоль протянул ему рюмку.
– Ты – не знаю. А я вот хороший, – чокнулся с ним Минчжун.
– Тогда все супер. Я ведь тоже с рождения хороший.
Перед Минчжуном сидел уже не тот Сончхоль, который после выпивки болтал без умолку. Теперь он выражался просто, ясно и точно. Его лицо было безмятежно и довольно. Минчжун заметил, что Сончхоль похорошел. И дело не во внешности. Тот весь светился.
Минчжун перевел взгляд с Ёнчжу, которая сидела рядом, на Чими в зрительском ряду. Они смеялись над шутками молодого кинокритика и задумчиво кивали, когда он объяснял что-то серьезное. Их искренние улыбки только разжигали красноречие Сончхоля, а Минчжуну дали возможность… спокойно принять происходящее в своей жизни, поверить в себя и идти вперед, спотыкаясь и ошибаясь.
И он хотел отплатить тем же. Сегодня эти люди улыбались как ни в чем не бывало, хотя на душе им тяжело. И не только им, но и всем, кто рядом. Уже несколько дней он пребывал в прекрасном настроении. Понемногу прораставшая в нем мысль наконец расцвела в полную силу. Минчжун прошлого и Минчжун настоящего примирились между собой. Приняли друг друга. А он принял свою жизнь такой, какая она есть.
 
На следующий день Сончхоль разбудил Минчжуна. Как только тот открыл глаза, друг произнес:
– Хочу тебя спросить.
– О чем? – приподнялся в кровати Минчжун.
– А что же с петлями для пуговиц?
– Петлями?
– Ну да. Помнишь, ты рассказывал про них? Что же теперь?
Минчжун стряхнул остатки сна и посмотрел на друга. После недолгих раздумий он ответил:
– А теперь… Надо просто переодеться. В ту одежду, на которой эти петли есть. И подобрать пуговицы, подходящие под них. Тогда все будет хорошо.
– И все?
– В мире есть люди, которые сначала проделают петлю и ждут, пока кто-нибудь придет и поможет им с пуговицами. Вижу, что ты мне сейчас скажешь. Что во всем виновата система и какой толк от парочки добрых людей, готовых помочь друг другу? И твои мысли по-своему справедливы. Но я тебе вчера уже говорил. Нужно время.
– Время на что?
– Поразмыслить, отдохнуть, расслабиться.
Сончхоль кивнул, будто наконец понял, о чем идет речь. Затем встал и направился к двери.
– А ты? Как ты смог?
– Что?
– Ты ведь хорошо учился. Как ты тогда успел посмотреть столько фильмов? Смог найти в этой суматохе время для любимого занятия.
– Ну ты и дурак, – ответил Сончхоль, постучав по голове. – Потому что мне это нравилось. Может быть другая причина?
– Так просто? – хмыкнул Минчжун, уткнувшись в одеяло.
Сончхоль улыбнулся и махнул на него рукой. Уже обувшись, напоследок обратился к другу, лежавшему на кровати с закрытыми глазами:
– Закончу с делами и приду в книжный. Теперь мое убежище там.
Минчжун, не открывая глаз, помахал ему вслед.
  
Проверка чувств
 
Придя в «Кофе и козы» раньше обычного, Минчжун нашел там одну Чими. Она сидела и перебирала зерна. А заметив его, протянула ему пакетик молотого кофе, что стоял рядом, со словами:
– Попробуй сегодня.
Минчжун послушно сварил кофе. Чими медленно сделала несколько глотков и поставила чашку на столик. Бариста тоже молча отпил немного, наблюдая за тем, как она перекладывает зерна кофе. Ее действия казались хаотичными, однако вовсе не были бесполезны.
– Если смешать эти два сорта?.. Может, получится уникальный вкус, – бормотала она себе под нос, не поднимая головы. И вдруг, вспомнив о своем госте, обратилась к нему: – Хочешь что-то сказать?
– Нет.
– Да ладно, говори.
– Вдруг это вы из-за меня…
– Что за глупости ты говоришь?
– Ну я ж тогда сказал.
– Ха-ха, – покачала головой Чими.
– Поэтому и в тот день, и сегодня вы такая поникшая, – виновато произнес Минчжун.
– Вот что я скажу: благодаря тебе я взглянула на свой брак со стороны. Спасибо тебе за это. У меня наконец-то получилось разорвать отношения, которые меня так долго держали.
Несмотря на эти слова, Минчжун все еще казался расстроенным.
– Я старалась нести бремя, непосильное для меня. И зря. Теперь вижу, что жизнь должна быть упорядоченной. Люди вечно боятся, что скажут другие, и терпят. И я так делала. А сейчас, впервые за долгое время, мне спокойно.
Чими развернулась к Минчжуну, откинулась на спинку кресла и улыбнулась своей привычной улыбкой. Затем сделала несколько глубоких вдохов и начала рассказывать.
– После твоего совета я поняла, что мне нужно время. Переосмыслить наши отношения. Поэтому я перестала ругаться с ним, жаловаться, пилить. Он возвращался в три часа ночи, а наутро его мирно встречала ласковая жена. От его рубашек пахло женскими духами, а я улыбалась и делала вид, будто ничего не замечаю. И то же самое, когда он превращал нашу квартиру в свинарник. Просто наблюдала за его действиями. Старалась смотреть на наши отношения объективно. И ты знаешь, в какой-то момент он стал меняться. Возвращался вовремя, клялся, что никогда не изменял, убирал в квартире. Я совсем его не узнавала. Каждый вечер меня уже ждал приготовленный ужин. Только все это стало казаться мне странным. И одна мысль не давала покоя: неужели мы и дальше будем так жить? Может, не задай я этот вопрос, мы бы не развелись.