Добро пожаловать в «Книжный в Хюнамдоне»
– Но мне кажется, нельзя всех тех, кто любит трудиться, называть «офисными людьми». Автор книги тоже пишет, что все неоднозначно. Работа может помогать человеку расти и приносить ему счастье, – впервые вмешалась в разговор Ёнчжу. – Проблема в том, что общество чрезмерно сконцентрировано на работе, которая лишает нас многого. Оторвавшись от бесконечных бумаг, мы чувствуем изнеможение. Приходим домой после долгого рабочего дня, и у нас не остается сил ни на что другое. Я думаю, в душе каждого отзовется фраза на сто двадцать пятой странице:
«Мы тратим массу времени на различные действия, так или иначе связанные с работой, не считая собственно рабочего времени. Набираемся сил накануне рабочих будней, ищем работу, ходим на собеседования. Но трудно сказать, сколько из потраченных на это часов мы действительно тратим на себя» [12].
– Если работать слишком много, то работа заменяет жизнь. И тогда это уже становится проблемой.
Минчжун вспомнил, как при первой их встрече Ёнчжу подчеркивала, как важно соблюдать строго восьмичасовой рабочий день. Очевидно, книга лишь убедила ее в правоте собственных взглядов: что работа не должна изнурять человека. Подобная одержимость не поможет обрести счастье.
– Я согласен, – кивнул Усик. – Мне интересна моя профессия. А после тяжелого рабочего дня так приятно вернуться домой! Выпить кружку пива, поиграть на компьютере… Или заглянуть к вам в книжный и прочесть пару страниц. Но, как и сказала Ёнчжу, каким бы интересным ни был труд, переизбыток утомляет. Дом, работа, дом, работа. Даже неделя в таком режиме – все равно что пытка.
– А если дома дети, то и этого не выходит, – заговорил мужчина по соседству с Минчжуном. – Извините, что я вклинился тут с детьми, но из-за работы я их совсем не вижу. Жена мечтает о Северной Европе. Есть ли в Швеции или Дании такие отцы, как мы? Которые возвращаются домой после девяти. Они там, наверное, приходят с работы пораньше, занимаются детьми, наслаждаются чашечкой кофе. Жена у меня тоже горбатится допоздна. За детьми смотрит свекровь, у которой к вечеру уже совсем не остается сил. Наши с вами встречи – это единственное, на что у меня хватает свободного времени. Всего раз в месяц. Так что все чаще думаю, что жить вообще тяжело.
– А если просто поменьше работать? – разрядила обстановку двадцатилетняя девушка.
Кто-то посмеялся над ее предложением, другие, наоборот, посерьезнели.
– Но и зарплата тогда будет меньше.
– Может, для крупного бизнеса это возможно, но не для среднего.
– Для самозанятых тоже проблематично.
– В общем, да, трудностей немало.
– Неправильно это – урезать зарплаты, если работаешь меньше.
– В нашем мире все растет, кроме зарплат.
– Доходы начальства просто космические, а у нас – гроши. А разве не благодаря нам компания держится на плаву?
– А что, если устроить забастовку?
Разговор стал уходить не в то русло, и слово взял Усик:
– Но тот факт, что работа – единственный механизм распределения доходов, пока не изменить. Так что нам придется трудиться, чтобы прокормить себя.
Сорокалетний мужчина хотел было добавить, что лучше всего зарабатывать на жизнь недвижимостью, но не стал, опасаясь, что разговор снова свернет не туда. Поэтому вернулся к обсуждению книги:
– Эта книга появилась сейчас неспроста. Общество построено так, что прокормить себя можно только с помощью работы. Но по всему миру становится все больше людей, у которых ее нет. Занятые люди не могут жить по-человечески, потому что несвободны и истощены, а безработные – потому что не хватает на это средств. Есть вариант сократить рабочие часы, чтобы дать шанс тем, кто не смог найти работу. Теоретически это возможно.
– В теории – да. Но на практике многие не захотят идти на такие жертвы, – возразила атеистка.
– Да уж, это проблема, – засмеялись присутствующие.
Беседа длилась уже больше часа. Участники, видимо утомившись, начинали болтать о вещах попроще. Усик не стал этому препятствовать и охотно присоединился. Женщина, которой было за пятьдесят, отметила, что во времена ее молодости подстраиваться и жертвовать было нормой, а вот нынешняя молодежь не такая. Они готовы идти на это, только если видят перспективы, но раз их нет, то такая необходимость отпадает сама собой. Присутствующие молодые люди кивнули в знак согласия. А женщина посетовала, что отсутствие надежды – это невероятно печально.
Минчжун не особенно вслушивался в разговор. Его внимание привлекло предисловие:
«Минимальная зависимость между ростом ВВП на душу населения и счастьем отдельного человека, скверное существование, ограниченное лишь потреблением и производством, дауншифтинг или жизнь на пониженной передаче ради себя, а не ради успеха. Дауншифтинг. Говорят, есть люди, которые отказываются от высокооплачиваемой должности, чтобы сократить рабочее время, или вообще не работают» [13].
Минчжун задумался: а смог бы он так прожить? В этот момент в обсуждение вмешался голос мужчины.
– Я живу на пониженной передаче, поэтому эта книга мне очень близка, – сказал он и, прокашлявшись, продолжил: – Год назад бросил работу, которой посвятил три года, и начал зарабатывать на пропитание, помогая другу. Весь период офисной службы я провел в депрессии. Несмотря на то что я стремился туда устроиться, бесконечные переработки сводили меня с ума, и мне ничего не оставалось, кроме как уволиться. Следующие четыре месяца я работал неполный день по пять часов. И только в первую неделю было хорошо. Даже на все вопросы лучшего друга не мог внятно ответить, чем занимаюсь. Прелесть этой книги в том, что автор описывает не только плюсы дауншифтинга, но и трудности, с которыми люди могут столкнуться. Мне было приятно прочитать, что я не один через них проходил. Тут, кстати, и вспомнил свой девиз.
– У вас есть девиз? – заинтересовалась атеистка.
– Все имеет свои достоинства и недостатки. Поэтому ни к чему не стоит относиться слишком уж серьезно.
– И к вашему девизу тоже? – пошутила девушка.
– А-а-а, ну да, – улыбнулся мужчина. – Я хочу сказать, что и в дауншифтинге есть плюсы и минусы. Конечно, хорошо, когда появляется много времени для себя, но без денег распоряжаться им сложнее, даже в путешествие никуда не уедешь. Да и общество не признает.
– Справедливо, но… если верить книге, при таком образе жизни люди не зацикливаются на путешествиях или общественном признании, – сказал сосед Минчжуна, и все одобрительно закивали.
– Но такая жизнь не всегда осознанный выбор человека, – вступилась Ёнчжу, подняв руку. – Многим просто приходится бросать работу. Из-за болезни или психологических проблем. Немало офисных сотрудников страдают от депрессии и других расстройств. Физические и эмоциональные проблемы лишают их возможности трудиться, а в обществе с этого момента их считают бесполезными. Как пишет автор, из-за работы даже родители начинают давить на детей.
– Кажется, тут мы все ошибаемся, – снова добавил мужчина.
– Наверное, нас с детства учат терпеть. Однажды моего одноклассника по пути в школу сбил мотоцикл. Все его тело было в порезах и ушибах, но он не вернулся домой, а пришел в школу. Ведь за отличную посещаемость давали грамоты. Может, все эти стереотипы мы приобрели еще в школе? Ползем больные на работу, а если совсем не в состоянии добраться, то чувствуем себя никчемными. А ведь отлежаться дома во время болезни или с травмой совершенно нормально. И всякие поговорки в духе «кто не работает, тот не ест» тоже не делают нашу жизнь легче.
– Согласен, мы сами позволяем себя эксплуатировать, – подтвердил мужчина, мечтавший больше времени проводить с детьми.
Минчжун вслед за всеми читал отрывки из книги. В одном из них девушка по имени Люси рассуждала о том, что не работать – это очень хорошо, но ее угнетает мысль, что она расстраивает родителей. Девушка признается, что совсем не хочет их разочаровать, однако вряд ли когда-нибудь станет ради этого меняться.