Добро пожаловать в «Книжный в Хюнамдоне»
Так как же быть? Наверное, нужно заказать два дополнительных экземпляра «Взгляда на всемирную историю». Пока хватит. И поставить на то же место. А чуть позже можно будет устроить акцию на нее и другие произведения по истории. Вдруг покупателям станет интересно узнать не только о Европе, но и о третьих странах? Или услышать альтернативную точку зрения на исторические события. Книги по скидке она поставила бы на третий стеллаж второго ряда. Именно там с самого открытия всегда стояли экземпляры непростых, но неизменно будоражащих сознание произведений.
Консонанс и диссонанс
После разговора с матерью у Минчжуна снова пропал интерес к жизни. Он апатично лежал на кровати, забросил йогу. Лишь приготовление кофе ненадолго поднимало настроение. Его одолевало чувство вины. Казалось, он разочаровал родителей. В голосе мамы слышался упрек в том, что сын выбрал неправильный путь в жизни. Нет, не может быть. Его мама не такая.
Минчжун и сам задавался вопросом, как он стал жить так беспечно. Исчезла всякая суета. Но денег на пропитание хватало. Раньше он временами ощущал себя покинутым, но с тех пор, как начал работать в книжном магазине и у него появились интересные собеседники, одиночество отступило. Ему стали понятны детские мечты Ёнчжу о комнате, полной книг. Заходя в лавку, он проникался умиротворением. И с начальницей ему повезло. Иногда он даже забывал, что находится на работе.
Минчжун выполнял свои обязанности не просто хорошо, он подходил ко всему творчески. Чими рассказала ему, что кофейные зерна можно смешивать в любых пропорциях. Если они выращены в одинаковых условиях и в одном месте, это совсем не гарантирует одинаковый вкус. Даже из одних и тех же иногда получаются разные напитки. Все дело в том, что процессом управляет не машина, а природа и человек. Приготовление кофе напоминает чтение книги. И то и другое подвластно любому желающему и очень быстро влюбляет в себя. А втянувшись, мы уже не можем без них и понимаем, что на самом деле все не так просто и необходима скрупулезность, что качество зависит от того, улавливаем ли мы мельчайшие нюансы. Только тогда читатель наслаждается чтением, а бариста – варкой кофе. Минчжун тоже любил свою работу. Однако…
Уже десять дней он не заглядывал в «Кофе и козы». Под тем или иным предлогом просил, чтобы зерна доставлял кто-то из сотрудников, как раньше. Как-то раз разговорившись с Минчжуном, этот сотрудник вдруг пошутил:
– Пока тебя нет, жалобы на ее мужа приходится слушать нам. Опять он что-то натворил.
Минчжун усмехнулся, но ничего не ответил.
– Хозяйка смешала зерна, как ты любишь, так что приходи попробовать.
После короткой паузы Минчжун согласился:
– Хорошо.
Это так просто – решить бросить свои старания. Можно с легкой душой отказаться от всего. Ведь если предел усилиям существует, то вы его уже переступили. Еще одна попытка ничего не изменит. Когда девяносто девять процентов достигнуты, все равно от ста вас отделяют не усилия, а удача. И без нее все неожиданно рушится.
Смотря фильмы, Минчжун понял одну простую вещь. Все герои в какой-то момент оказываются на распутье и всегда делают свой выбор. Он и определяет сюжет фильма. Может, и в жизни все так же? Мы сами определяем ее, принимая то или иное решение. Размышляя над этим, Минчжун понял, что он ни от чего не отказывался, а просто сделал выбор. Выбор сойти с этого пути.
Схожие мысли посещали его недавно при просмотре документального фильма «Сеймур: введение». Композитор не бросает игру на фортепиано, а просто делает выбор в пользу преподавания. Никто не может поверить, что признанный гений способен на такое. Но его не интересует мнение окружающих. Дожив до восьмидесяти лет, Бернштейн ни разу не пожалел о своем решении.
Посмотрев этот фильм, Минчжун подумал, что тоже мог бы пообещать себе никогда не жалеть о выборе. Но сейчас ему требовалось другое. Смелость. Смелость следовать своему выбору, невзирая на разочарование окружающих.
В тот день, когда Минчжун сказал Ёнчжу, что не хочет идти домой и готов помочь ей, он правда расхотел возвращаться. Дома его неокрепший ум одолевали сомнения. Поэтому сегодня он снова задержался на работе. Ёнчжу сосредоточенно всматривалась в экран компьютера, словно пытаясь разобраться с какой-то проблемой. Казалось, она совсем не замечала, что бариста еще не ушел. Минчжун бродил, потягиваясь из стороны в сторону, постукивая пальцами по столикам, мимо которых проходил. Украдкой бросив взгляд на Ёнчжу, он внезапно решил открыть дверь. Внутрь помещения в мгновение задул прохладный осенний ветерок, и Минчжун сразу захлопнул дверь. От этого звука Ёнчжу очнулась и наконец-то заметила мужчину. Посмотрев на часы, она спросила:
– Ты не идешь домой?
– Будем считать, что после работы я зашел в местный книжный, – подошел он ближе.
Ёнчжу усмехнулась. Убрав руки с клавиатуры, она подумала, что теперь Минчжун отвечает не так односложно, как раньше.
– Судя по времени, местный книжный уже должен был закрыться. Тебя бы не впустили.
Минчжун на мгновение задумался, постукивая пальцем по спинке стула возле себя, а затем взял его и подошел к Ёнчжу.
– Я помешаю? – Он остановился рядом.
– Снова не хочется идти домой?
Ёнчжу постучала пальцами по сиденью стула, на котором обычно устраивается Минчжун, приглашая его сесть.
– Что-то часто в последнее время.
– У вас много работы? – спросил он, бросив взгляд на экран ноутбука.
– Я выбираю вопросы для беседы о книгах к следующей неделе. Вот мучают сомнения.
– В чем? – поинтересовался Минчжун, уже внимательно изучая текст на экране.
– Думаю, в диалоге с автором будет лучше поговорить о содержании книги и не задавать других вопросов.
– Что вы имеете в виду? – спросил Минчжун, оторвав взгляд от экрана.
– Я начала читать эту книгу, только когда издательство и автор одобрили мою заявку. И только тогда поняла, что ничего не смыслю в теме. Как мне спрашивать о том, в чем я не разбираюсь? Так что пока получилось двенадцать вопросов.
Заметив на экране цифру двенадцать, Минчжун посмотрел на книгу, которая лежала рядом с компьютером обложкой вверх. На ней красовалась благородная надпись: «Как научиться правильно составлять предложения».
– Почему вы пригласили автора, книги которого не читали?
– Хм… Ну, скажем так: может, он привлекателен.
– В каком смысле? Он красивый?
Минчжун достал из кармана телефон и включил его.
– Не в этом смысле. У него резкий стиль. Он не пытается казаться милым.
Минчжун ввел в поисковике имя Хён Сыну, и на странице высветилось лицо мужчины.
– Вам нравится его искренность?
Ёнчжу кивнула и приписала к списку число тринадцать. После этого каждый погрузился в свои мысли. Ёнчжу смотрела на пустующий тринадцатый пункт и мучилась угрызениями совести. А Минчжун уставился в пустоту и думал о том, должен ли он испытывать чувство вины. Поразмыслив, хозяйка книжного начала печатать, временами стирая и переписывая текст заново, но в конце концов вопрос был готов.
13. Насколько вы честны с собой в жизни?
– Нет, глупость какая-то, – с этими словами Ёнчжу зажала бэкспейс и все стерла.
13. В моем письме предложения тоже построены неправильно?
– Да ведь он его, наверное, даже не читал! – разгоряченно воскликнула она и снова удалила текст.
Чтобы успокоиться, Ёнчжу достала из холодильника две бутылки газировки и протянула одну Минчжуну, которую тот взял, не отрывая растерянного взгляда от окна. Заметив задумчивость коллеги, Ёнчжу спросила:
– Что случилось?
Минчжун открыл газировку и через пару секунд ответил:
– Я хотел кое о чем с вами поговорить, но не могу подобрать нужных слов.
– Обычно ты очень сдержан, – удивилась Ёнчжу, сделав глоток.
