Взять Чумазого!
Это были сбои системы ДНК у чертей. Ужасные эксперименты Чумазого приводили к скрещиванию разных видов. Петко грезил скрестить нечистых с ангелами! Мысли путались. Я поднёс к уху трубку, но услышал тишину. Не сразу понял, что забыл добавить код Ночграда. Принялся набирать номер снова.
Эти операционные столы – подумать только, на них мутировавшим чертям пришивали ангельские крылья. Крылья тех самых ангелов, что были пойманы на пике Панчича! Мутантов помещали в комнату с МВР-2 и готовили к полётам в воздухе.
«С ума сойти!»
И сколько чертей пострадало в этих стенах? Скольким нечистым была сломана жизнь? Я вдруг понял, что и сам только чудом сумел спастись. Ангельские крылья, обёрнутые в целлофан, за малым не оказались пришиты к моей спине. Задумку Лисича, стремившегося спасти нечисть от заболеваний, превратили в биологическое оружие.
– Майор Кадич слушает! – прервал мои размышления голос из динамика.
– Майор Кадич! – Я пытался перекричать вой сирены.
– Деян? Это ты, лейтенант? – Голос старого майора резко изменился. – Ты жив? Но как это возможно…
– Майор, у меня совершенно нет времени! – перебил я своего начальника. – Я всё объясню потом, сейчас просто слушайте.
– Слушаю! – отчеканил старый офицер на другом конце линии.
Он был явно удивлён и обескуражен тем, что слышит мой голос, видимо давно похоронив меня. Но ведь и я совсем не питал иллюзий насчёт того, что в жандармерии имели хоть какое-то отношение к моему пребыванию здесь! Нет, меня поместили сюда вопреки моей воле и желанию. Сколько всего вертелось в голове – и как всё это в двух словах было передать майору Кадичу? Я стиснул трубку взмокшими ладонями.
– Говори, Деян! – вырвал меня из оцепенения раскатистый бас майора.
Когда дело доходило до действия, Кадич по-прежнему оставался лучшим, несмотря на свой почтенный возраст и неизменную привычку заложить за воротник. Не зря чёрт всё ещё занимал своё кресло, ой как не зря. Многие хотели сломить ему хребет, но ни у кого это до сих пор не получалось.
– Я нахожусь на пике Панчича, товарищ майор, – торопливо начал я. – Мною обнаружен некий объект, подобие лаборатории, в которой проводят запрещённые в Чербии эксперименты над нечистью!
Майор на другом конце линии закашлялся. Хорошо зная привычки своего начальника, я понимал, что это могло значить только одно – старый чёрт нервничал. Было от чего!
– Что значит эксперименты? – пролаял он в трубку.
– Скрещивание нечисти с ангелами, – выпалил я.
Как мог, запинаясь и перескакивая с одного на другое, я рассказал Кадичу о творящемся беспределе. Продолжала выть сирена, но я буквально всеми конечностями прочувствовал повисшую в трубку тишину.
– Где ты, Деян? – наконец спросил майор.
– Не знаю, это окрестности пика, здание бывшего НИИ, попытайтесь отследить меня по навигации…
– Думаешь, я не пытался отследить тебя? – вспыхнул чёрт. – Твой телефон исчез со спутников в тот момент, когда ты высадился на этом самом пике! Там не числится никаких зданий, ничего!
Я услышал грохот на другом конце линии. Похоже, майор съездил кулаком по столу. Он был в ярости. У меня засосало под ложечкой. Неужто нет никакой возможности найти координаты клиники? Неужто для этого нашим придётся рыскать по всему пику?..
Болью стиснуло виски. Я понял, что при всём желании майора, его личном участии и даже задействовании всей жандармерии Ночграда Кадич мог не успеть прийти на помощь.
– Зацепка, Деян! У тебя есть какие-нибудь зацепки? – орал в трубку майор. – Мне нужно выйти на твои координаты!
– Чумазый… – прошептал я.
– Кто чумазый?
– Петко Чумазый, – уверенней повторил я. – Лаборатория открыта на его деньги! Если получите доступ к его счетам, вам удастся найти это место!
– Уверен?
– Более чем!
Я стиснул трубку настолько сильно, что высохший пластик едва не рассыпался в моих лапах. Ну конечно же, как мне сразу не пришло в голову назвать главного виновника «торжества». Лаборатория содержалась за счёт средств Ивича.
Безусловно, Чумазый Петко мог финансировать это предприятие из выведенных в офшоры средств, тайно, чтобы у проверяющих инстанций не возник интерес к деятельности клиники. Я покачал головой – полный бред.
Чумазый Петко не боялся никаких комиссий, да и вряд ли кто бы то ни было поехал с проверкой на пик. Скорее жадный мерзавец умел считать деньги. Ивич красной линией указывал в своих налоговых декларациях строку деятельности на пике Панчича. Всё просто – дотации в регион, в который никто не хотел вкладывать средства, облегчали налоговое бремя.
– Майор, я жду вашей помощи!
– Деян… – Кадич запнулся и замолчал.
Он не спешил продолжать, тщательно обдумывая услышанное. Я прекрасно помнил, что значило связываться с Петко Ивичем для любого гражданина Чербии независимо от того, какой бы у него был пост. Мне было прекрасно известно, что большинство обходили Чумазого стороной, зная о его покровителях на верхах.
А ещё я прекрасно помнил, каким образом я здесь оказался и почему – Кадич опасался с треском вылететь из внутренних органов накануне выхода на заслуженный отдых и опасался развязывать с криминальным авторитетом войну. Я вдруг понял, что майору ничего не стоит повесить трубку и сделать вид, что этого звонка не было. Меня уже никто не искал!
Понял, что любой другой, получив подобное сообщение от числившегося без вести пропавшим чёрта, передал бы дело следователю, и всё. Была бы голосовая экспертиза, установление личности, суд, решение о возбуждении дела, которое отклонили бы ввиду загруженности полиции и отсутствия достаточных доказательств…
Я вдруг понял, что для того, чтобы помочь мне, Кадичу следовало переступить закон… Ладонь коснулась стены и медленно поползла вниз. Сердце бешено колотилось. Именно поэтому молчал майор – по закону он ничего не мог сделать.
Напиши он рапорт на основании звонка числившегося пропавшим чёрта, и старину майора сочли бы сумасшедшим! Где-то фоном продолжала реветь сигнализация…
Наверное, стоило сказать, что я всё понимаю и попытаюсь выбраться из передряги сам. Я уже набрал полную грудь воздуха, как вдруг Кадич решительно заявил:
– Я сделаю всё возможное, Деян!
Показалось или в голосе старого чёрта сквозили нотки обречённости? Некоторое время я стоял в нерешительности, слушая короткие гудки из динамика. Кадич повесил трубку. Следом повесил трубку я.
– Удачи, товарищ майор…
Действительно, хотелось пожелать старине Кадичу удачи, вслед хотелось пожелать удачи себе. Я объявлял войну Чумазому. Говорят, что один в поле не воин? Я смотрел на экраны мониторов – кто сказал, что я был один?
Глава 30
Безжалостная реальность
Ревела сирена! Я выскочил в коридор, заполненный обескураженными чертями – теми, до кого добрались Славна и доктор Лисич. Надо отдать должное вампиру, он понял, что необходимо предпринять! Лисич на пару с чертовкой вытаскивали из затылков пленников вживлённые туда чипы и сразу же уничтожали их! В смысле топтали чипы копытами.
Теперь, когда барьеры, ограждавшие нечистых от связи с реальным миром, рушились, черти оказывались один на один со своим настоящим. Многие из них растерянно оглядывались, некоторые не понимали, что происходит и вообще происходит ли. Для таких увиденное становилось полнейшей неожиданностью.
Нечистые наверняка полагали, что всё происходящее не более чем очередная галлюцинация. Та самая побочка, с которой они привыкли жить лапа об лапу всё последнее время. Однако реальность не давала им ни единого шанса – черти видели перед собой обшарпанные стены, лохмотья вместо красивых, чистых атласно-чёрных больничных пижам. Растворялись ухоженные больничные палаты с ультрасовременным оборудованием…
– Что тут происходит?
– Где я?
– Что это за место?
Голоса чертей звучали в унисон. Им только предстояло получить ответы на все эти вопросы. В коридор выбежал Висконский, который не сразу смекнул, что произошло. Лишь увидев среди пациентов доктора Лисича и Славну, баггейн схватился за голову…