Жертва полуночи (ЛП)

В гараже она посмотрела на его машину.
— Мы можем взять мою.
— Моя машина исправна.
— Уверена, но вряд ли она справится с бездорожьем. Там не Филадельфия и не Бангор. Можете делать, что хотите. Я еду на своей машине.
Она была права.
— Ладно, — буркнул он.
Она вытащила сумочку, не мелкую, как до этого, а большую, похожую на мешок из коричневой кожи. Ее сумочки подходили к одежде.
Она нажала на брелок, и мигнули фары Порше Кайен.
«Ого».
Она села за руль. Если бы он не переживал так за брата, насладился бы поездкой.
Конор боролся с желанием понюхать кожаное сидение.
— Расскажите о Майском дне.
Она включила режим лекции с легкостью, с которой Конор обувал разношенные кеды.
— Белтейн — один из четырех огненных фестивалей, что проходили в каждой четверти кельтского года. В канун Белтейна кельты разводили костры — Бел-огни — чтили Беленоса, праздновали конец зимних холодов и начало весеннего тепла. Люди прыгали через костры, чтобы получить здоровье и удачу.
— Беленос. Это бог с украденного котла?
— Да. Он был главным кельтским богом. Канун Белтейна был еще и празднованием плодородия. Один из известных символов Белтейна — майское дерево. Девы украшали его цветами и лентами, танцевали вокруг него. Пары уходили в лес и, хм, закрепляли отношения браками среди зелени.
— Так это символ фаллоса? — Конор взглянул на нее.
Покраснев, она сменила ряд на дороге. Мило.
— Еще одна традиция — Майская королева, воплощение аспекта девы в тройной богине кельтов. Богиня — дева, мать и старуха, или прошлое, настоящее и будущее — все в одном. Белтейн — это страсть, радость и новая жизнь. Перерождение, если так понятнее.
То, чего хотел умирающий мужчина, пытающийся спасти единственного сына.
— Так это произойдет завтра, первого мая?
— Праздновался канун Белтейна. Празднования начинались в ночь тридцатого апреля.
Сердце Конора дрогнуло.
— Этой ночью.
* * *
Скорая уехала. Мэнди обняла миссис Стоун.
— Спасибо, что побудете с ней.
— Найди Билла. Я позабочусь о твоей маме. Этого она бы хотела. — Женщина села в потрепанный седан и поехала за сверкающими огнями на улице.
Мэнди побежала в дом. Пара гостей были в фойе и гостиной. Она миновала их, не замедляясь. Дэнни пошел за ней на кухню. Мэнди схватила сумку с прошлой ночи и опустошила ее. Джед расправил карту на острове на кухне. Они общались мысленно?
— Что ты делаешь? — спросил он.
Мэнди не поднимала голову. Она вытащила еще сумку из шкафа и стала запихивать бутылки с водой и припасы в обе.
— Нам нужно идти.
— А полиция? — Дэнни опустошил свою сумку и стал ее наполнять.
— Не могу найти Дуга, — сказал Джед. — Полиция штата в пути.
Дэнни озарило.
— Может, Лэнг помогает Натану.
— И я так думаю. — Мэнди бросила палатку и спальные мешки на пол, выбрав маленькое покрывало и оружие вместо них. — Нам нужно уехать до появления полиции, или нас задержат на часы. — Мэнди убрала прядь волос за ухо. Мятая, мокрая и грязная после ночи в лесу, она выглядела немного безумно. Он, наверное, тоже.
— Но разве они не смогут устроить поиски лучше?
Джед добавил в свою сумку мешок корма для собак и пластиковую миску.
— Отряд поиска и спасения собрался у начала тропы. Они отправятся оттуда к озеру, потому что там должны быть туристы.
— Если на тропе что-то есть, они это найдут. Нет смысла повторять их труды. — Мэнди бросила сумку у двери. — Я возьму чистые носки. И можно идти.
Дэнни последовал примеру.
— Куда отправимся?
Джед постучал по синему пятну на карте.
— Вы нашли фотоаппарат у озера. Начнем оттуда. Но сначала оставим рацию отряду поиска на случай, если что-нибудь найдем.
— Или они найдут. — Мэнди сунула голову в столовую. — Тут кто-нибудь есть? — Появились три рыбака. — Когда прибудет полиция, покажете им это? — Мэнди обвела озеро на карте. Она вытащила из кармана серебряный фотоаппарат и положила на карту.
Они кивнули.
— Конечно.
— Спасибо, — Мэнди отвернулась.
  
— Ты всю неделю спорила со мной, что это не Натан, — сказал Дэнни. — Почему теперь ты уверена, что это он?
Она побежала в крыло семьи. Мэнди вернулась с ружьем на плече, парой носков в одной руке и тремя конвертами в другой. Ярость в ее глазах пугала Дэнни.
— Давай. Посмотри. Я все время врала. Можешь меня ненавидеть, но не мешайся.
Дэнни вытащил бумаги из конвертов.
Черт. Фотографии Билла с угрозами на них и фотография Мэнди и Натана, соединенных в страстном поцелуе.
— Когда ты это получила? — Предательство пронзило его острым ножом. Боли было еще не так много, но он знал, что вскоре боль его уничтожит.
Джед раскрыл рот. В его глазах Дэнни видел свои шок и предательство.
Ее голос стал монотонным.
— Одно пришло на следующий день после исчезновения Натана. Другое — в день твоего прибытия. Третье — после того, как ты переехал в гостиницу.
Дэнни повернул голову. Мэнди не смотрела на него или Джеда. Она выдвинула вперед челюсть. Отсутствие эмоций на лице сообщило, что она мысленно была там, где не было эмоций. Место, где человек работал на автопилоте, чтобы выполнить задачу. Там не было места для чувств или реакции. Он знал, ведь был там.
И с этим доказательством, что она врала ему в лицо, он подумывал наведаться снова в то место.
Мэнди забрала у него фотографии, сунула их в конверты, прошла на кухню. Она бросила их на карту и придавила фотоаппаратом.
У нее уже не было повода врать. Натан забрал Билла. Ей было некого защищать. Она теперь винила себя. Взгляд в прошлое был жестокой штукой.
Мэнди взяла сумку. С ружьем в руке она вышла за дверь. Джед встряхнулся, как ретривер, и направился за ней. Он мог скрывать эмоции. Собака пошла за ним.
Дэнни взял сумку и присоединился к Мэнди и Джеду в грузовике. Они с собакой сидели сзади. Как она могла врать ему все это время? Ее обман обжигал изнутри. Ни одна женщина не вызывала у него такую сильную реакцию. Она врала о чем-то еще? Все между ними было игрой? Как он сможет теперь ей доверять? Дэнни зажмурился и ударил кулаком по бедру. Не время. Хоть Мэнди предала его, пропали люди. Бедный Билл был где-то один и напуган. Предательство между ним и Мэнди подождет. Ирак научил его выбирать приоритеты.
Его телефон загудел. Конор.
— Я в пути. Что происходит?
Дэнни рассказал ему. Никто не мог помочь ему лучше Конора.
— Мы едем к озеру Уолкер.
— Не трать время, Дэнни. То, что произойдет, будет этой ночью.
— Что ты узнал? Говори быстро. У меня почти нет связи, мы уезжаем из города.
— Ты слышал о Белтейне?
* * *
Лодка плыла по воде озера Уолкер. Мэнди держалась, Джед отъехал от озера и припарковался. Они забрались на покачивающуюся лодку. Собака заняла место впереди, нюхала воздух. Мэнди села рядом с Милашкой.
— Начнем там, где ты нашла фотоаппарат. — Джед завел мотор и поплыл вдоль берега. — Мы в получасе от конца тропы, где были девушки.
Мэнди молчала всю дорогу. Дэнни и Джед обсуждали поиски, но никто не упоминал ее признание. Волны гнева и боли доносились от мужчин, но Мэнди не реагировала. Все силы в ней были сбережены для того, чтобы голова оставалась на плечах, пока она искала брата.
Мэнди подавляла панику, делала только это. Ей было больше нечего дать.
Она сверилась с часами. Судя по словам брата Дэнни, то, что задумал Натан, произойдет этой ночью.
Билл боялся темноты.
Еще полчаса они плыли по реке. Джед повернул мотор, и они вытащили лодку на берег и привязали к дереву. Милашка выпрыгнула. Она стала бегать по берегу, скуля.
— Ей не нравится запах, — отметил Джед.
Собака побежала по склону к деревьям.
— И мне, — Дэнни, тревожно хмурясь, пошел за ретривером. Мэнди и Джед пошли в двадцати ярдах по сторонам от него.