Жертва полуночи (ЛП)

— Хорошая идея, — сказал Мэнди.
— Я сегодня же ему позвоню. — Дэнни прижал Мэнди к своему плечу.
— Почему ты понимаешь моего брата лучше меня?
— Потому что вы слишком близки, — ответил Дэнни. — Я не рос с ним. Например, я считаю своих братьев занозами в заднице, но тебе они могут понравиться. Многим нравятся.
Мэнди рассмеялась.
— В этом есть смысл, хоть это и странно.
— Да. Странно. Это моя семья, — Дэнни рассмеялся. — Слушай, не мне давать тебе совет психолога. Я со своими проблемами еще не разобрался, — он посерьезнел. — Я вернулся из Ирака с посттравматическим стрессом вместе с травмой, — он поднял руку и смотрел на нее. — Я все еще не могу толком признать, как силен был ущерб.
Дверь открылась. Билл высунул голову.
— Дэнни? Я сделал тебе мешок со льдом.
— Спасибо. Я благодарен. — Дэнни похлопал Мэнди по плечу и встал. Они прошли на кухню. Мешок на молнии со льдом лежал на столе. Дэнни послушно положил лед на руку. Он взглянул на Билла. Брат Мэнди сидел на стуле за островом и раскачивался в быстром ритме.
— Может, перекусим, Билл? — спросила Мэнди.
— Я не голоден, — Билл покачал головой и раскачивался.
Дэнни попробовал:
— Может, посмотрим «Звездные войны» вместе?
Билл обнял себя.
— Не хочу.
Дэнни мысленно проклинал копа, посмотрел на Мэнди. Она набирала номер на телефоне.
— Джед, можешь привезти Милашку на время? — она взглянула на Билла. — Позже расскажу, — пауза. — Плохо, — она опустила телефон заряжаться на подставке и сказала брату. — Милашка скоро приедет, Билл.
Он замер на миг и стал снова раскачиваться. Дэнни ощущал беспомощность.
Пятнадцать минут ожидания казались долгими. От шума шин на гравии Билл чуть повернул голову. Через минуту Джед постучал в заднюю дверь. Мэнди впустила его. Милашка подбежала к Биллу. Собака прижалась головой к его колену, заставила встать со стула. Она прислонилась к его груди, опустила голову на его плечо. Он обнял ее, и она замерла.
«Наконец-то», — Дэнни выдохнул. Давление в груди утихло.
— Спасибо. — Мэнди вытерла слезу.
Дэнни не винил ее. От вида собаки, успокаивающей Билла, глаза Дэнни тоже слезились.
— Всегда работает, — радостно кивнул Джед. — Оставить ее на ночь?
— Это помогло бы, — голос Мэнди дрогнул.
Взгляд Джеда смягчился.
— Ладно. Я приеду за ней утром, — он тряхнул ключами в руке.
— Спасибо, Джед. Не знаю, что бы я делала без тебя и Милашки, — Мэнди открыла ему дверь.
Джед вышел из дома, но Дэнни успел заметить боль в его глазах.
Что-то с ним было не так. Шепот вернул внимание Дэнни к Биллу и собаке. Казалось, Милашка удерживала его.
— Поразительная собака, — сказал Дэнни.
— Она особенная, — Билл обнял ее крепче. Милашка облизала его лицо.
Пока Билл общался с собакой, Мэнди начала готовить. Она замесила тесто, но приглядывала за братом, пока он не вернулся в норму. Дэнни надеялся, что общество и разговор приободрят ее. Он хотел сделать больше.
Билл посмотрел на часы на печи.
— О, время «Финеаса и Ферба». — Билл выбежал из комнаты, собака за ним.
— Милашка — чудо. — Мэнди прошла к холодильнику и вытащила ледяной чай. — Я не понимаю, как она знает, что делать. — Мэнди налила два стакана и опустила один перед Дэнни. Мэнди взяла мешок, полный воды, у Дэнни. — Тебе нужен был лед?
— Нет. Но я смог придумать лишь это. — Дэнни сжал пальцы и скривился.
— Болит?
— Затекла, — он зажмурился. — Я почти не чувствую руку ниже локтя. Не нужно было трогать нож утром. У меня поврежден нерв от взрыва. Пальцы дрожат. Сложно принять, что это не изменится.
— Понятно. — Мэнди загрузила кексы в печь и выставила таймер. — Спасибо, что ты так добр с моим братом.
Дэнни нахмурился.
— Почему мне не быть с ним добрым?
— Многие не такие.
— Да. Придурки. — Дэнни встал, обошел остров и встал перед ней.
* * *
— Некоторые даже изображали, что добры с Биллом, чтобы подобраться ко мне, — сказала Мэнди. Даже годы спустя воспоминания потрясали силой. — А потом понимали, что это не работало, и больше к нему не приходили. Ему было сложно.
  
— Думаешь, я это делаю? — Дэнни провел рукой по ее щеке. — У тебя мука на лице.
— Я пеку не аккуратно, — она посмотрела на него.
«Держись», — но искренность в его глазах мешала этому. Она не могла сопротивляться Дэнни. Ее плечи опустились, решимость рушилась.
— Нет. Но не справедливо позволять ему привязаться к тебе. Ты уедешь, и он снова будет с разбитым сердцем, как когда уехал Рид.
— Билл может в любое время навестить Рида. — Дэнни провел пальцами по ее скуле.
Мэнди покачала головой.
— У Билла паника, когда он покидает Хантсвилл. Как только он перестает понимать, где он, он срывается.
Дэнни склонился к нему.
— Я видел шрам. Что с ним случилось?
— Когда он был малышом, они с моим папой попали в аварию. Билл чуть не умер. У него была травма головы, что помешала его развитию. Физически он крупный, как мой отец, но Билл ощущает себя семилетним. Хотя это не совсем так. Он все же умнее. У него хорошо развит язык, но математику он не понимает. Его эмоции не просто понять. Например, он понимает, что у мамы был сердечный приступ, и он помогал заботиться о ней. Я думала, что он перепугается, а этого не произошло. Он даже ходил к ней в больницу, хоть ему не нравятся чужаки, и он предпочитает, чтобы все было привычным.
— Что произошло с вашим отцом?
— Он ушел ночью и не вернулся. Просто так. — Мэнди щелкнула пальцами. Воспоминание той ночи было четким, как разговор с Дэнни сейчас. Она слышала мольбы мамы и отговорки отца. Она видела, как за ним закрылась дверь, ощутила предательство и потерю. Боль из-за его поступка была постоянной занозой в ее душе. Она была частью Мэнди. Сможет ли Мэнди отпустить это, как Дэнни смог пережить смерти родителей?
— Мне жаль, — Дэнни шагнул ближе.
— Не знаю, как мама справлялась. Мне сложно заботиться о ней, Билле и гостинице.
— Она сильная. — Дэнни обнял Мэнди, притянул ближе. Она не сопротивлялась. Казалось, напряжение из-за двадцати лет без отца ощущалось в ней. — Как и ты.
Дэнни гладил ее спину. Она выгнулась под его прикосновением.
— Ты такая напряженная. Тебе нужен массаж.
— Удачи с поиском спа. Мы живем посреди пустоты, если ты не заметил. — Хоть руки Дэнни хорошо подошли бы. Мэнди ужасно устала. Каждая часть ее тела болела. Его пальцы потерли спину между ее лопаток. Она чуть не заурчала.
Дэнни рассмеялся.
— Поверь, я заметил.
Вот. Дэнни не останется в Хантсвилле. Ее мама была права. Мэнди отодвинулась, напряглась, словно состояла из пружин.
— Я не могу. — Она ушла из кухни.
— Что не можешь? — спросил Дэнни, дверь за ней закрылась.
Мэнди заперла дверь своей комнаты. Чем она думала? Он чуть не поцеловал ее. И она этого хотела.
Ничто не могло произойти между ней и Дэнни. Она подняла край матраца и посмотрела на фотографии с угрозами, чтобы напомнить себе причину.
Она подумывала позвонить в полицию штата. Детектив Росси мог подозревать Лэнга. Горшок цветов не был угрозой. Многие знали, что она обожала фиалки. Если бы она не была так занята, крыльцо гостиницы было бы полно ими.
Она не могла рисковать, рассказывая другим об угрозах, когда, возможно, два человека следили за ней в городе. Полиция штата была далеко, не могла защитить ее семью, а Дуг Лэнг был бесполезен. Дэнни устанет от Хантсвилла за неделю и вернется в Филадельфию. Мэнди останется одна.
Ей нужно было подготовиться защищать свое.
Мэнди сделала то, что всегда делала, когда ей нужна была помощь. Она позвонила Джеду, ведь точно могла на него положиться.
— Знаю, ты только уехал, но ты не мог бы вернуться и побыть с Биллом и моей мамой час или два?
— Конечно. А что такое?
Она открыла сейф в шкафу и вытащила пули.