Укрепить! (СИ)
А Хирако пока не видел, на что.
— Минус две торпеды. — Отчитался капитан «Кармана». — Могу дать залп роевыми…
— Рано. Отстреляешься, как только они зайдут на первый круг. — Попытаться уменьшить число истребителей, — а системы «Удачи» к нынешнему моменту уже опознали в москитах восемь не таких уж и старых истребителей имперской постройки, — было разумно, но вероятность попадания на таком расстоянии и при ведении плотного заградительного огня была минимальной…
— Астероид разворачивается. — Хирако аж дёрнулся от неожиданности, когда над самым его ухом раздался необычно тихий голос Аполло. — Возможно, там — то, на что они надеются.
— Всему флоту — смещение по направлению 9–9! — Для верности пиратский капитан сравнил нынешнее положение астероида с таковым минуту назад, определив направление, в котором тот вращался. А ведь если бы не Аполло, то этот момент они могли и прошляпить. — Кулак, бросьте торпеды, попробуйте отрезать МЛА от их базы огнём.
— Принято, кэп.
— Движки не гнать, равнение по «Удаче»! — Хирако отключил связь. — Установите скорость, чтобы просто сравняться со скоростью вращения астероида. И отчёт мне, если он ускорится или замедлится…!
— Он уже пришёл в движение, капитан Хирако. — Лишь в присутствии подчинённых Аполло обращался к «презренному пирату» так, как должно. Но это мужчину только нервировало, как, впрочем, и всё необычное. — Предположу, что он хочет воспользоваться набранным ускорением для резкого разворота.
— Выгорит только в том случае, если у него под боком целая батарея. — На автомате ответил Хирако. — Расстояние до астероида?
— Пятьдесят семь тысяч метров. Сокращается.
— Курс на москитов. Есть шансы загнать ему ракеты в дюзы?
— Не под таким углом, кэп. — Ответил капитан «Кармана», единственного корвета, чьё вооружение состояло сплошь из пусковых установок и зенитных орудий. — И мусора многовато.
— Приправьте сообщение о сдаче угрозами… и откройте огонь по астероиду, не дожидайтесь синхронизации залпов. — Хирако сосредоточенным взглядом проводил вереницы изрыгаемых флотом снарядов на схеме поля боя, после чего вернулся к наблюдению за треклятым москитным флотом. Те уже две минуты как единой группой кружили вокруг, даже не пытаясь зайти на курс. Можно сказать, что сброшенные торпеды — это первая и последняя их попытка достать врага…
Но даже полный профан не мог не понимать, что на расстоянии в шестьдесят километров, с которого они эти торпеды пустили, шансов попасть по флоту из бригов и корветов просто нет.
— МЛА разворачиваются. И… Да, с астероида транслируют сигнал о сдаче.
— Прекратить огонь, движение продолжаем, цели ведём. — Не всегда сдающийся пират — это действительно сдающийся пират. — Что с астероидом?
— Сбрасывает скорость, но очень и очень медленно. У него, похоже, всего пара маневровых приспособлена под это дело. Неповоротливая глыба…
— А на правом или левом борту — батарея орудий ближнего радиуса действия. Иначе ему нет смысла сближаться, рассчитывая на разворот. — На лицо Хирако выползла довольная, ехидная ухмылка. Коснувшись панели управления перед собой, он переключился на вещание по всему своему флоту. — Поздравляю, господа. Скорее всего сегодня мы сорвали джекпот.
Ответом пиратскому капитану стали довольные где крики, а где и просто голоса членов экипажей маленькой, но опасной флотилии. Особенно сильно радовались те, для кого этот вылет под командованием Хирако стал первым. И сразу — удачный. Хорошая примета.
Очень хорошая…
* * *Гуманоид в массивном скафандре стоял посреди то ли рубки, то ли просто заставленной техникой комнаты, сверля тяжёлым взглядом массивный рычаг. Обычно он находился под защитным колпаком, но обычно на станцию и не кидалась целая пиратская флотилия. Да ещё и тогда, когда капитан Пьер вместе со всеми кораблями, — кроме грузовиков, служащих станции двигательными установками, — отправился на очередную «миссию», как он сам любил говорить. Понятно, почему. Бюджет на строительство такой махины сам себя не пополнит, а имеющиеся запасы кредитов уже давно истощились.
Пиратам объясняй, не объясняй, что станцию из дерьма и палок не слепить — им было всё равно. Пока Стрейт не предложил просто себя пристрелить, они и не верили в то, что для дальнейшего строительства реально нужна прорва расходников и с десяток специфичных дроидов.
Сейчас же…
Признаться честно, рабство некогда старшему инженеру, а теперь беспомощному разумному на окраине галактики сильно надоело. Надоело настолько, что он был готов потянуть за рычаг, задействовав ущербную систему аварийной остановки реактора. Остановиться-то он остановится, но слепленная на коленке система охлаждения это не переживёт, и через четверть часа астероид просто взорвётся.
Смену богатства, любовниц, собственных яхт и личного острова на небольшой туристической планетке срединного региона на толпу пиратов, которых с трудом можно было назвать разумными существами, Стрейт пережил с большим трудом. Даже не условия, а компания ведомых инстинктами животных без амбиций тяготила его, заставляя задумываться о темах, в цивильном обществе являющихся табу.
Мужчина протянул руку, крепко ухватившись за рычаг. Но ни через минуту, ни через две, ни через три он так и не решился за него потянуть. Выбор между лёгкой смертью и новым витком рабства оказался не таким уж и простым: сознание жаждало забытья, но все остальные части тела были резко против расщепления на атомы. Руки одновременно и налились свинцом, и дрожали в судорогах. Перед глазами заплясали красно-чёрные пятна, а стук сердца эхом отдавался в ушах.
Состояние, прежде никогда инженером не испытываемое.
Но необычное… и забавное.
Тяжело вздохнув, он убрал руку от рычага и захлопнул крышку, разблокировать которую могли только трое: капитан Пьер, его заместитель Мидалли и разумный, ответственный за станцию — инженер Стрейт. Он сделал выбор в пользу пусть паршивой и гадкой, но всё-таки жизни. Да и не хотел он брать на свою душу грех, подорвав всех тех пиратов, что уже брали псевдо-станцию на абордаж.
Ещё раз окинув взглядом сердце станции, Стрейт отправился сдаваться. Его пленителей как раз должны добивать, так что сейчас для этого самое время…
Глава 6
Тем временем…
В момент появления в точке входа-выхода подпространственного маршрута гравитационных аномалий PR-0 находился в «гнезде» на мостике «Немезиды», и потому узнал об этом событии лишь на четыреста миллисекунд позже юнита, обрабатывающего поступающие с сенсоров флота защитников данные. И несмотря на то, что палач отвлёкся от процесса интеграции новых программ, самостоятельно проанализировав ситуацию, его непосредственное вмешательство не потребовалось.
Всю работу выполнили три связанных воедино юнита с установленными на них пакетами модифицированных, очищенных от информационного мусора и поверхностно оптимизированных под конкретные задачи программ из «серой» сети. Они были созданы специально для того, чтобы контролировать происходящее в системе Каюрри, и на данный момент превосходно справлялись со своими задачами.
Первый юнит был смонтирован на фрегате капитана Люмэя Сорка, и отвечал за координацию оборонительного флота и платформы. Для этого ему было достаточно мощностей фрегата и сравнительно простого вычислительного блока, установленного в непосредственной близости от реактора звездолёта — самом безопасном месте, повреждение которого возможно лишь в том случае, если флот защитников падёт.
Второй юнит располагался на поверхности Каюрри-2, в подземельях космопорта, куда стекалась вся информация, ранее поступавшая в диспетчерский пункт.
Эта машина была создана для того, чтобы минимизировать влияние органиков на процесс координации всех не входящих в оборонительный флот судов, с чем, согласно проанализированным палачом логам, на планете были определённые проблемы. Экс-хозяин системы, старик Молли, не видел смысла в поисках квалифицированных специалистов для этой сферы, отдавая предпочтение офицерам, рабочим и техникам. Из-за этого прибывающие в систему и покидающие её корабли не получали полных инструкций, регулярно создавая массу аварийных ситуаций.