Инквизицию вызывали? Подработка для ведьмы (СИ)
— Ты проходи, проходи, милая, — указала старушка на свою дверь. — Сейчас мы все оформим, а я завтра премию получу. Чудеса, да и только!
К удивлению, кабинет выглядел довольно просторно и… уютно. Аккуратное окно, выходящее на красивый сад, очень милые занавески цвета морской волны, небольшой письменный стол с идеально сложенными стопками бумаг, аккуратные ящички вдоль стен, с нарисованными на них цветами, несколько мягких стульев для посетителей… На одном из них уже сидел молодой парень лет двадцати с абсолютно рыжей копной волос. Он поднял руку в знак приветствия и довольно улыбнулся.
— Это Нэш, — сказала женщина. — Пришел за двадцать минут до тебя. А это… Ты говорила, как тебя зовут, милочка?
— Лив. Лив Роншер, — Лив с запинкой произнесла свою новую фамилию.
— Роншер? — переспросила старушка. — Какое необычное семейство. Ну ты присаживайся, чего стоять. А я мисс Мод. Так и зовите. Мисс Мод. Два “М”. Значится так, милые мои. С завтрашнего дня вы будете работать на Великую Инквизицию. Будете помощниками э-э-э… — она достала из-под стола два бланка и поочередно посмотрела на двух кандидатов. — Значит, ты, — она указала на парня, — пойдешь к Демиану. А ты будешь работать с Тарваиром. Великолепные следователи, станут вашими учителями во всем. Но смотрите, спуску не дадут никому. И не приведите Боги, если кто-то из них на вас пожалуется.
Лив посмотрела на огорченного Нэша. Судя по всему, он был знаком со своим будущим начальством и не испытывал никакого желания с ним работать. А вот Лив о своем не знала ровным счетом ничего. Да и какая разница, когда у тебя есть задача куда важнее, чем становиться сотрудником месяца.
— Хотя нет, — быстро протараторила Мисс Мод. — Ты, — она ткнула пальцем в сторону Лив, — будешь у Демиана, а ты — у Тарваира. Так лучше будет, да.
Нэш едва не подпрыгнул на месте. Лив снова ничего не поняла.
— Так, а теперь, милые мои, расписываетесь здесь и здесь.
— Что это? — спросила Лив.
— Стандартная форма, что не имеете никаких претензий ни к инквизиции, ни к королю в случае своей смерти. И завтра в шесть утра приходите на свое рабочее место. Кабинет двести семь. Не перепутайте только ничего. Все поняли?
Нэш и Лив кивнули.
— Вот и славно, — старушка довольно откинулась на спинку кресла. — Неужели я смогу убрать это проклятое объявление.
Из кабинета Лив вышла в полном смятении. Сказать, что она ничего не понимала — это не сказать ничего. Она ожидала длинной очереди кандидатов, большого отбора и конкурса. Искренне боялась, что ее выгонят в первую же секунду или она опозорится на первом же испытании. Да что там говорить, план, который она озвучила Валероту в парке, на подходе к особняку все больше напоминал невыполнимую авантюру. А тут раз — и принята. Может, это Валерот постарался? Хотя он к инквизиции и на километр не подойдет, а тут такое.
— Нэш! Нэш!
Тот как раз выходил из калитки и даже свернул в нужную сторону.
— Я меняться не буду, даже не проси, — быстро протараторил Нэш, когда Лив его догнала. — И не посмотрю, что ты девушка. Меня таким не проведешь, сестренка. Будем считать, что я за равноправие.
— Ты о чем? — не сразу поняла Лив.
— О Демиане. Я с этим типом работать не стану ни за какие коврижки. Обещай, что хочешь, не буду и все тут. Это же злобный тиран и деспот во плоти. Он своего прошлого помощника чистить конюшню заставил. Три дня! Ты вообще представляешь? Три дня! Это же сколько там… э-эм всякого было?!
— Да я и не прошу, — безразлично ответила Лив. — Я вообще никого из них не знаю, мне все равно.
Нэш посмотрел на нее с недоверием, но увидев совершенно искренний взгляд, немного успокоился и даже заулыбался.
— Тогда рад познакомиться. И чего звала?
— Я спросить хотела. Почему мы одни на вакансию, да еще и так быстро работу получили? В чем подвох?
— А ты что думала? — удивился Нэш, перепрыгивая лужу. — Что тебя здесь пытать начнут?
— Нет, конечно, но это же инквизиторы. Почетная работа, не подчиняются никому кроме главного и короля.
— Ага, а еще мрут как мухи.
— В смысле?
— А ты не знала? — искренне удивился Нэш. — Самая опасная работа. Говорят, каждый четвертый умирает, а кто не умирает, так год поработает и уходит. Не выдерживают больше.
— И кто же их так?
— Как кто? Ведьмы, конечно. Еще и колдуны есть, но в основном ведьмы. Проклятий нашлют или еще чего. Никто в своем уме к ним не сунется.
— Настолько страшные? Ты хоть раз в жизни ведьму видел?
— Нет, — признался Нэш. — И не хочу. Они все скрюченные, жуткие, в бородавках, еще и едят всякую дрянь. Брррр…
В Лив проснулось сумасшедшее желание рассказать парню, что рядом с ним идет самая настоящая потомственная ведьма. Правда, без бородавок и предпочитающая исключительно вкусную еду. Но, как ни крути, ведьма.
— Тогда зачем же ты сюда работать пошел? — спросила она, подавив нахлынувшее желание.
— Не берут больше никуда. Я за три года сменил несколько десятков работ с отвратительной характеристикой. Дураком был, пока родители не заболели. А теперь мне их, да и всех братьев и сестер кормить надо, а нас в семье десять человек и я самый старший. Больше никуда не берут. В общем, мне дорога только в инквизиторы. А ты чего?
Лив задумалась. К своему стыду, она не успела придумать ни одного ответа на этот вопрос. Пока шла, придумала ответы на все что угодно, а на такой банальный вопрос — нет.
— Хочу преступника поймать.
— Достойное желание, — понимающе кивнул Нэш. — Искательница приключений, значит. Ну бывай. Завтра встретимся, если не испугаешься.
Он засмеялся, перешел дорогу и быстро скрылся в проходе между двумя домами. А Лив пошла дальше, пытаясь понять, во что же она на самом деле вляпалась на этот раз.
Глава 3
Подниматься с первыми петухами — сомнительное удовольствие. Особенно, если эти петухи отчаянно бегают по небольшой комнате, взлетают, орут и теряют перья в схватке с голодным волком.
Именно так этим утром проснулась Лив. Не от приятного запаха еды или свежескошенной травы и даже не от мягкого солнечного света, ласково струящегося в открытое окно, а от мощной куриной ноги, пробежавшей по ее лицу.
— Да что здесь происходит, инквизиторы меня задерите! — прикрикнула она, в ужасе садясь на кровати.
В комнате творилось непонятно что. Вокруг перевернутой мебели летали перья, все вещи были разбросаны как после урагана, половики смяты и загнаны в угол, а посреди всего этого безобразия сидел ошарашенный волк с петухом в зубах.
Он с презрением посмотрел на Лив и недовольно сплюнул.
— А что предлагаешь делать? — спросил он. — Ты, милочка, если собиралась в городе жить, так завела бы магического кота. Он бы у тебя лежал пузом кверху весь день и жрать просил. А я в этих четырех стенах сдохну скоро. Мне охота нужна, простор, понимаешь?
— Ты же сам сказал квартиру снять, — припомнила Лив. — Вот как есть, сказал “едем в город, снимай квартиру”.
— И что? Я теперь должен самого себя на цепь посадить? Э-нет, родная, из свободного волка собаку не сделаешь. Приручить не получится. Я дикий зверь, всегда сам по себе, всегда сам за себя.
Тяжело вздохнув, Лив встала с постели и подняла тушку придушенного петуха.
— Тебе отварить?
— Лучше просто ощипай, — лениво ответил Валерот. — Промой и разделай на пять частей, грудку отдельно, а из потрохов суп свари. Мне, может, завтра утром чего-нибудь этакого захочется.
Проклиная все на свете, Лив пошла на кухню. До выхода оставалось не больше часа, так что Валерот обойдется без супа. В конце концов, выживает же он как-то месяцами шляясь непонятно где. Вот и в этот раз от голода не умрет. А тушки она порежет — чего зря добру пропадать.
В спешке, пытаясь сделать сразу все: разделать петухов, убрать перья, вернуть на место мебель, помыться, одеться и перекусить — она и не заметила, как волк довольно устроился на своем соломенном лежаке возле окна и теперь с интересом наблюдал за ее паникой.