Здравствуйте, я – быдло, обретшее силу Князя тьмы! (СИ)

— Думала, вилку в глаз воткну…
— Кому? — испугавшись такой реакции от мамы, спросила Ария.
— Щенку Марлини. Он буквально насиловал меня взглядом, пока дом обыскивали. — Охватив себя руками, с настроением темнее тучи, женщина оделась в более теплые одежды. Да, ей сегодня пришлось несладко.
— Думаю, данный визит принца Зарберга последний. Если уважаемая Ария сообщит второй принцессе о случившемся, а та, в свою очередь, отправит жалобу в исполнительный орган, принца арестуют и призовут к ответу.
— Вот только он пришёл, нагадил нам на крыльцо и свалил, — произношу я, ставя на место поваленную витрину с сорванными полочками. Оглядывая лавку, вход, что по себе олицетворяет лицо любого магазина, вижу сорванные полы, продырявленный потолок, всё верх дном. Понадобится немало времени и средств для ремонта, а ведь завтра уже нужно вновь открывать магазин и, возможно, браться за заказы от Коронет.
Читая мои мысли, видя озабоченность на моём лице, Катрин говорит:
— Завтра лавка не откроется, да и послезавтра, наверное, тоже. Деньги ещё есть, пока вы на учёбе, я займусь заготовками, закуплю инструменты, закажу новую мебель и материалы. Люциус, вы ведь поможете нам с ремонтом?
— Разумеется, хозяйка Катрин. — Словно я мог ей отказать, приклоняю голову.
— Чудесно, ещё и новенькой время прийти в себя будет. — Скрестив ладошки в молитвенной позе, сквозь всю печаль и подкативший от обиды к горлу ком, наигранно улыбается Катрин. Ей тяжело, и всё, что я мог, -лишь подыграть, сделав вид, что не вижу её страданий. Нельзя жалеть человека, когда он на публике старается казаться сильным. Нельзя, иначе все старания будут обесценены.
— Так и сделаем, но только сейчас. — хлопнув в ладони, словесно поддерживаю самого главного человека в доме. Возвращая взгляд на растерянную, сидящую на стульчике синевласую рабыню, добавляю: — Нужно браться за работу, некогда грустить. Работы сегодня много, нужно прибраться, вернуть всё по местам и оценить нанесённый ущерб, чтобы госпожа Ария вечером смогла выставить счёт семейству Коронет. Пусть наши новые защитники видят последствия неисполнения своих обязанностей. Мы на них рассчитывали, а помощи нет, одни слова. Подобное в светском обществе недопустимо, или я ошибаюсь, Шалли, как думаете?
— Вы полностью правы, — кивнула вампирша, — пусть София Коронет берёт на себя ответственность. Мы же соберём все сливки, отыграем роль жертвы, заполучим и помощь, и людей для дальнейшего развития предприятия уважаемой Катрин.
— Подождите, нас ведь только…
— Нужно использовать момент, — перебила женщину вампирша, — мы обязаны по максимуму извлечь выгоду. Можно даже слух пустить, что после сегодняшнего торгового успеха семейства Блэкберри недоброжелатели и завистники Марлини устроили налёт. Это ещё больше настроит горожан против Марлини и заставит сострадающих и лояльных Коронет прийти к нам на помощь. Словом, покупкой или заказом, люди могут поддержать ваше предприятие.
— В этом есть смысл, молодец Шалли. — Подняв большой палец вверх, говорю я, поздно осознав, что этого символа местные не понимают. — Ладно, проехали, перестаём жевать сопли и за работу.
— А я… а что мне делать? — донеслось со стула из центра комнаты. То наконец-то подала голос рабыня.
— А тебе, дорогая, я сделаю отвара, принесу одежду и перекусить. Подожди немного. — С привычной для себя, подкупающей каждым словом добротой отвечает Катрин.
Работа кипела по всему дому. Сила Дьябло оказалась невероятно полезной в ремонте, строительстве. Мне не требовались молотки, плоскогубцы, гвоздодёры, да даже болгарка. При необходимости и нужде я мог ножом для масла идеально ровно рассечь доску или же ногтём заточить зубья ручной пилы, что тоже присутствовала в коморке хозяйственной Катрин. Для того чтобы магазин и мастерская как можно скорее начали функционировать, я, после согласования, вырываю доски из жилых комнат и кладовой. Самые хорошие идут на настил в лавке, средние — в мастерскую, чтобы работницы не пострадали, ну а оставшееся… Придётся делать заказ на пилораме и стараться не убиться. Так, за три часа мы восстановили все рабочие площади, а также помогли бедной Катрин вернуть искреннюю улыбку. Сделав кое-какую перестановку, расширив лавку за счёт уменьшения неиспользуемой площади кухни, вынесли примерочную за внутренние витрины. Добавили к старым покрывалам несколько крючков, чтобы шторка примерочной не отъезжала и покупатель чувствовал себя более уверенно. Когда мы уже заканчивали, узнав о случившемся, проведать нас пришла розоволосая толстушка Жозет. Она была в ужасе и, увидев новую работницу в старых одеждах Арии, чуть в обморок не упала. Бабулька близорукая и подумала, что это Ария, даже цвет волос её не смутил. Ну, как бы тёмно-синий и блонд… В общем, старикам лишь бы поохать и ахать, а тем временем, я уже заканчивал с ремонтом петель и полок прилавка. Лавочка, старательно намытая и вычищенная, буквально сияла. А мы, вернее, я и Ария, уже перешли ко второй фазе и должны были готовиться к отправке на званый ужин.
  
— Ой, Люциус, у вас жакет порвался, — говорит Катрин, вгоняя меня в депрессию. Боже мой, да сколько можно… Это какой, второй или третий костюм? Если я и дальше продолжу каждый день по костюму убивать, Маркус может расстроиться. Катрин приступает к ремонту, слава богу ничего страшного в надрыве между швов нет. Поглядеть, как, что, к чему подходит и наша девочка со шрамом. Лицо у неё до безобразия пугающее, а вот ведёт она себя с нами почти как Ария. Только молчит всё время и любого громкого звука да резкого действия шугается. Жертву насилия видно сразу.
Пока моя одежда восстанавливалась умелыми руками, подогрел и принёс Арии воду с полотенцами. Попросил Шалли забрать золото, приглядеть этим вечером за лавкой. К сожалению, исполнить эту просьбу сегодня она не могла, так как также была званым гостем, что для поддержания своей истории был обязан явиться на «свидание» к одному из толстосумов. У нас не оставалось выбора, кроме как искать кого-то на стороне. Тут нам улыбнулась удача. старушка Жозет имела достойную кандидатуру. Её муж, старший егерь в отставке, имел огромный боевой опыт и трёх сослуживцев, что, по заявлению тётушки, могли и давали фору молодым, проводя тренировки для новобранцев. Все как один достойные, и, на этой неделе, свободные.
— За бочонок брожёного они хоть до утра следующего дня просидят. Да и я бы, со своей подругой, винца дябнула, — потирая ладони, пока Катрин не слышит, говорит Жозет.
— Они точно не нажрутся? — косясь на хозяев, спрашиваю я.
— При мне не посмеют, — отвечает она, — в Егерях до старости мало кто доживает. Будь уверен, наши мужики умеют следить за окружением и обстановкой.
За неимением лучшего, вложил в руки старухи два золотых вместо одного, попросил позвать чуть больше народу, тех же подруг. Она долго не сопротивлялась, лишь раз буркнув: «Это слишком много», — деньги взяла, сменив показушно растерянное лицо на вполне себе деловое, серьёзное, кивнула. Львиная доля людей в этом городе имела вторую, тёмную сторону, и Жозет не была исключением.
Вскоре Шалии покинула нас, ей также требовалось сменить одежду, посетить баню. Обтереться от пота стоило и мне. Хоть, по факту, я и не чувствовал исходящего от себя запаха, это ведь не гарантировало стопроцентной чистоты. К тому же руки, лицо, стоило обмыть как минимум от домашней пыли. Для мыльно-рыльных процедур мне выделили комнату Арии. Используя оставшуюся тёплую воду, подгоняемый опасностью опоздать на ужин, быстро раздеваюсь, начиная обтираться и слышу скрип лестничных ступенек. Мелкая извращенка Ария решила через отсутствующую замочную скважину подглядеть за своим фамильяром. Как мило…