Его Муза. Часть 3 (ЛП)

— Итак, очевидно, профессор Хэйр была твоей моделью для этой картины, — говорит Доктор Т. — Но чьи это руки на другой?
Я быстро переглядываюсь с Мадлен и говорю:
— Неважно.
Два бокала шампанского ударяют мне не только в голову, но и прямо в мочевой пузырь.
Я выхожу из галереи через боковую дверь, ведущую в туалет.
  
Глава 22
 
Зал освещён люминесцентными лампами, гудящими и подчеркивающими гулкий стук моих каблуков, которые, к счастью, не так высоки, чтобы быть неустойчивыми в моём подвыпившем состоянии.
Сходив в туалет, мою руки, взбиваю спутанные волосы и вытираю немного блеска для губ. Вернувшись в холл, я с удивлением замечаю Логана, прислонившегося одной ногой к стене. Смотрю вверх и вниз по узкому коридору.
— Ты не должен быть здесь.
Он смотрит на меня своими пронзительными зелёными глазами. Я вижу желание и вызов в его тлеющем взгляде.
Он берёт меня за руки, целует кончики пальцев и кладёт их на свою молнию. Я чувствую его твёрдую, как камень, выпуклость.
— Логан, мы не можем.
Мои протесты так же слабы, как и колени. Я не могу ему отказать. Не хочу говорить «нет». С ним я всегда хочу говорить «да», но вечеринка, на которой мои друзья, семья и преподаватели, находится всего в двух шагах. И мы так близки к концу этого испытания. У меня кружится голова и от страха остаться с ним наедине, и от желания стянуть с него джинсы и взять его в рот.
Он ведёт меня по коридору, подальше от вечеринки, не обращая внимание на моё кроткое сопротивление.
— Нам действительно пора возвращаться на вечеринку, — говорю я. — Мы договорились, что больше не будем рисковать.
Не отвечая, он свободной рукой открывает еще одну дверь и толкает меня внутрь, в беспорядок из технических принадлежностей.
— Логан, не думаю…
Он прикладывает палец к моим губам.
— Ш-ш-ш... молчи.
Он целует меня и растапливает всё сопротивление во мне, что в любом случае является простой пристойностью. Его губы, взгляд, прикосновения всегда разжигали желание.
Он расстёгивает пряжку, пуговицу, выпускает свой возбуждённый член в спёртый, но очищенный воздух маленькой уборной. Когда я перемещаю свой вес, чтобы соскользнуть с каблуков, готовая упасть на колени и взять его в рот, он кладёт обе руки на мои бёдра, останавливая меня. Затем опускается на колени и касается внутренней стороны моей голени, сначала правой, потом левой. Он задирает юбку и утыкается носом в шелковистый треугольник стрингов, которые становятся всё более влажными с каждым его горячим выдохом.
Логан проводит кончиком носа по моему клитору. У меня перехватывает дыхание, и я издаю тихий стон.
Его язык огибает шёлковый шов трусиков и скользит в меня, расширяясь и наполняясь с каждым лизанием и пробой. Позади меня есть металлическая полка, я упираюсь в неё руками, чтобы не упасть.
Мои колени, и без того слабые, почти подгибаются. Я крепче сжимаю металлический обод полки, а остальная часть комнаты и её содержимое расплываются и растворяются перед глазами.
Пока его язык творит свою магию, он просовывает в меня два пальца. Я начинаю ритмично тереться о его рот. Затем он откидывается назад, прохладный воздух врывается туда, где раньше были его губы, и я снова стону, на этот раз в знак протеста. Его пальцы продолжают двигаться и танцевать в моей мягкой, влажной и теплой пещере, и я сосредотачиваюсь на этом, синхронизируя свой ритм с его движениями, добавляя свой собственный. Его язык блуждает вдоль складки на верхней части правого бедра, которая обнажена выше моих чулок.
Его член касается моей лодыжки. Я чувствую его руку, гладящую, прижимающую кожу к моей икре, обтянутой шелком. Когда он трётся, то создаёт небольшой приятный ожог. Его рот движется к моему другому бедру, минуя клитор, который болит от пренебрежения. Пытаюсь качнуться вперёд, чтобы поймать его губы, но его пальцы глубоко внутри удерживают меня. Я испытываю искушение отпустить полку одной рукой и заставить его голову вернуться к моему центру, где оргазм висит на краю, готовый взять меня, но у него, кажется, свои планы, хотя чувствую, что через несколько секунд взорвусь. Я сдерживаю переполняющее меня возбуждение, чувствую, как оно заполняет живот и сердце, когда Логан прикусывает и сосёт мое бедро.
  
Теперь его член трётся о мою другую ногу, его рука работает ровно, ритмично, скользя вверх и вниз по его длине.
Он мог кончить сам от своих же прикосновений; мы оба могли кончить. Я могла бы отпустить полку и одним движением провести по клитору, перелететь через край и растаять на полу. Ещё несколько быстрых рывков рукой — и он растечётся по полу лужей. Но сладкий эликсир, которому мы сопротивлялись, сдерживая друг друга, почти болезненное сдерживание удовольствия, расширение голода за мгновение до того, как он будет удовлетворён — на этот раз и вне всего — это подарок, которым стоит поделиться.
Прежде чем кончить, я хочу, чтобы он вошёл в меня. В киску, рот — неважно. Жаль, что он не может быть в обоих местах одновременно. Пытаясь представить себе эту картину, я стону с силой того, что накапливается внутри, и это похоже на песню для него; его рот сжимает мой клитор на долю секунды, и я издаю более высокий пронзительный всхлип удовольствия, когда он отрывает свои пальцы от меня и погружает свой язык в пространство, которое они занимали, но ненадолго.
Мгновение — и он уже далеко от меня.
Я растекаюсь на металлической полке и дрожу, когда он хватает меня за бёдра и разворачивает к себе. Держа меня крепко, он отворачивает моё тело от себя. Мои руки снова тянутся к полке для равновесия, его колени вклиниваются между моими изнутри, широко раздвигая мои бёдра.
Его правая рука тянется к моей киске, левая оттягивает стринги в сторону, и я чувствую, как кончик его члена скользит по щёлке моей задницы. С внезапным толчком он вбивает всю длину своего члена в моё влажное отверстие. Я задыхаюсь, стону и выгибаю спину, прежде чем он снова входит, ощущая, как скользит внутрь и наружу, толкаясь глубже, а затем отступая, затем погружаясь с силой.
Снова.
Двумя пальцами он играет с моим клитором, словно на клавишах пианино, затем начинает вращать ими. Такая нежность по сравнению с его жёсткими толчками. Я протягиваю руку вниз, желая почувствовать всё  — его пальцы, прикасающиеся ко мне, его член скользит внутрь и наружу, но он ловит мою руку и заставляет вернуться на место на полке, а затем он входит в меня сильнее. Его пальцы ненадолго покидают мой клитор и опускаются вниз, чтобы почувствовать, как мы соединяемся, его длинный, толстый, скользкий член проникает в мои набухшие складки. Он забирает то, что я хотела для себя. Поэтому снова вгоняю его в себя. Ему это нравится, хотя он хочет быть тем, кто двигает нами, и тогда я отстраняюсь, прижимаясь к нему всем телом так, что его кончик чуть не выскальзывает наружу. Он хватает меня за бёдра, прижимает к себе, а затем толкает сильнее, глубже и быстрее, так что я ударяюсь о полку. Его пальцы смещаются и прижимаются к моему клитору. Он ускоряет свой ритм. Другой рукой он держит основание своего члена, хотя я не могу видеть эту руку, но чувствую, как его большой палец вдавливается в мой анус, и давление там, когда он пронзает меня, в то время как его пальцы опустошают мой клитор, приводит меня в дикое забытье. За закрытыми глазами расплывчатые цвета кружатся и взрываются, моё дыхание хриплое, и я вскрикиваю от облегчения. Металлическая полка впивается в мои ладони, и всё, что я чувствую — это удовольствие, исходящее от моей киски, распространяющееся по сердцевине моего существа и сочащееся из пор. Он делает ещё несколько глубоких толчков, каждый медленнее предыдущего, когда стонет от собственного удовольствия в мою спину, опустошая похоть, которую он нёс в горячий влажный центр меня, добавляя своё тепло, свое жидкое предложение и насыщенное желание.
Мы стоим так несколько мгновений, дыша в унисон, он прижимается ко мне, пока я прижимаюсь к полке.