Его Муза. Часть 3 (ЛП)

И независимо от моих чувств, мы с Логаном можем двигаться только вперёд от того, где сейчас. Мне нужно набраться терпения. Может, когда будем вдвоём в четверг на чердаке ДиК, я намекну на что-нибудь. Или, может, просто разорвем друг друга до бесчувствия. Это будет известно, когда придёт время, говорю себе.
  
Глава 15
 
На следующее утро, направляясь на лекцию доктора Т., встречаю Мадлен, выходящую из аудитории на костылях.
— Что случилось?
Она смотрит на свою лодыжку в гипсе, затем снова на меня с широкой улыбкой на лице.
— Друг позвал с собой покататься на сноуборде на каникулах. Это было лучшее время в моей жизни.
Её сумка соскальзывает с плеча и цепляется за костыль. На мгновение кажется, что она теряет равновесие, но Мадлен восстанавливает его.
Я хватаю сумку.
— Позвольте помочь. Вы не должны себя так нагружать.
— Спасибо, Ава. Я до сих пор не привыкла так ходить.
— Я скажу доктору Т., что провожу Вас до офиса. — Она начинает протестовать, но я обрываю её.
— Некоторые тропинки скользкие. Я настаиваю. Подождите меня здесь.
Я иду к передней части аудитории, чтобы сказать доктору Т., что опоздаю. Возвращаясь по проходу, вижу, как Кейси спускается вниз, одетая в юбку до пола и армейскую куртку.
Она останавливает меня в проходе.
— Верни ключ, — говорит она.
— Что? Почему?
— Сейчас мы будем уделять больше времени нашему искусству.
Я думаю о куклах, свисающих со стропил. Мне трудно думать об этом как об искусстве.
— Но ты же говорила, что я могу приходить по четвергам. — Осознаю, что ною.
— Мы никогда не говорили, как долго. Тебе придётся снова использовать студию кампуса.
— Расписание полностью забито, — бормочу я, роясь в поисках связки ключей с кисточкой. — Сейчас трудно получить индивидуальное время.
— Если ты действительно в отчаянии, то можешь приехать и порисовать с нами несколько часов. Всё равно ты уже видела наши проекты.
— Всё в порядке. — Нет никакого смысла, если они там будут. Использование их пространства всегда больше связано с любовью, чем с искусством.
Когда я протягиваю ключ, Кейси прищуривается.
— Ты ведь держала это в секрете, не так ли?
— Конечно. Не сказала ни одной живой душе. — Только Логан знает. Но она излишне параноидальна.
Ее секрет — ничто по сравнению с моим.
— А где Деррик? — говорю я, оглядываясь по сторонам. Их редко можно увидеть порознь.
— Снаружи, — говорит Кейси, опускаясь на сиденье у прохода и вытаскивая свой блокнот.
Я вспоминаю, что Мадлен ждёт меня, и иду по проходу. В глубине зала наблюдаю, как садится Ронни.
— Не спи на этом уроке, — говорю я ему. — Мне понадобятся твои записи.
— Конечно, — говорит он, улыбаясь. Затем выпрямляется и достаёт блокнот.
Снаружи замечаю Деррика, разговаривающего с Мадлен. Хотя нет. Она пытается крутиться на костылях, а Деррик снимает её маленькой камерой. Она смеётся от своих усилий, но боюсь, что женщина свалится на лёд. Уже собираюсь что-то сказать, когда он останавливается.
— Спасибо, Профессор Хэйр. Мне нужно идти в класс.
— В любое время, Деррик. И зови меня Мадлен! Удачи с проектом.
Деррик ныряет в зал.
— Что это значит? — спрашиваю я, забирая её сумки с ближайшей скамейки.
— Кто его знает! Что-то связанное с его проектом на конец года. Хотя, зачем ему понадобилась женщина, пытающаяся вертеться на костылях — выше моего понимания.
— Определенно странно, — говорю я. Я иду к её кабинету, чувствуя себя подавленной и разочарованной. Больше никаких четвергов. Что же нам теперь делать?
— Сюда, Ава, — говорит Мадлен, поворачивая в другую сторону. — Я вернусь в квартиру, чтобы отдохнуть. Уже договорилась о подмене для следующего занятия. Слишком утомительно так ходить. — Но она всё ещё улыбается. После того, как ей было грустно в прошлом семестре, приятно видеть её такой счастливой теперь.
— Так кто же позвал Вас покататься на сноуборде?
Её глаза мерцают за стёклами очков, губы изгибаются в озорной улыбке.
  
— О, просто друг.
Я приподнимаю бровь.
— И этот друг стоит сломанной лодыжки?
Она моргает и улыбается ещё шире.
— На самом деле, да.
— Но Вы не можете сказать мне, кто это?
Она качает головой.
— Не то, чтобы я считаю, что ты не умеешь хранить секреты.
Она подмигивает мне. Она на что-то намекает? Или у меня сейчас паранойя? Я веду себя хладнокровно и беззаботно, пока мы поднимаемся по лестнице в здание факультета. Лицо Мадлен сосредоточенно морщится, когда она медленно поднимается по лестнице.
Оказавшись внутри, она стоит перед лифтом и говорит:
— Я живу на третьем этаже. — С улыбкой добавляет она. — Как и профессор О'Шейн.
Я замираю. Не смотрю на неё, но интересно, она что-то подозревает? Не могу быть уверена на сто процентов.
Двери лифта открываются. Она заходит внутрь, и я возвращаю ей сумку.
— Ты можешь присоединиться ко мне за чаем, Ава. — Она многозначительно улыбается мне.
— Гм, в другой раз. Мне нужно вернуться в класс.
Я спешу обратно в класс. Прочь из профессорских апартаментов. Мадлен видела, как я выходила из квартиры в прошлом семестре? Она знает обо мне и Логане? Что ещё более важно, если она знает, то собирается ли сообщить об этом?
Пытаюсь перейти по одному мосту за раз, но они, кажется, рушатся подо мной.
***
Когда пишу Логану плохие новости о лофте ДиК, он говорит, что спросит доктора Т., сможет ли снова одолжить Aston. Не хочу рисковать, возвращаясь в гостиницу, где работает Ронни, так что, похоже, наш единственный выход — направиться к мотелям вдоль шоссе. При мысли об этом чувствую себя дешёвкой. Это означает ожидание до воскресенья.
Когда мы, наконец, оказываемся наедине после того, как Логан забирает меня перед «Steady Drip», регистрируемся в отеле неподалеку от ж/д вокзала, я готова вновь пережить игривую близость, которая была у нас в Нью-Йорке. Но Логан кажется отстранённым. Я подумала, что у него возникли трудности с матерью, но он это отрицает. Он только что интенсивно работал над своим романом.
— И я всё ещё жду вестей от Лоуэлла об этих главах. Он не торопится читать их.
— Он скоро выйдет на связь, не волнуйся.
— Мне нужно, чтобы этот роман был хорошо принят. Я уже потратил аванс от издателя, и эта должность преподавателя не так уж прибыльна. К тому же, были непредвиденные расходы в Нью-Йорке.
— Неужели субаренда провалилась?
— Да. Это и многое другое. — Кажется, его мысли в другом месте. Я помню, как в прошлом семестре он намекал, что у него есть дела, которые нужно решить.
— Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Он бросает на меня быстрый вопросительный взгляд.
— Почему ты спрашиваешь?
Я пожимаю плечами.
— Просто интересуюсь, не хочешь ли ты поговорить.
— Я в порядке. Прости. Переживаю напрасно. Это всего лишь вопрос времени и терпения. — Он начинает грызть ногти. Я вытаскиваю его пальцы изо рта.
— Жаль, что я бросил курить, — говорит он, нахмурившись.
Он сердитый. Я хочу подбодрить его. Целую кончики его пальцев, думая о том, как на днях сказала себе, что должна быть терпеливой. Иногда только время, а не слова или действия решает конкретные проблемы или предоставляет конкретные возможности.
— Есть много других вещей, которые ты можешь сделать своим ртом, — шепчу я, наклоняясь, чтобы поцеловать его.
Он отвечает.
Мы оба закрываем глаза, чтобы не видеть безвкусного убранства мотеля, и следующие два часа теряемся в телах друг друга. Нам удаётся отодвинуть наши заботы, и, хотя оба остались довольны и хотим большего, сладкая магия Нью-Йорка ускользает от нас.
  
Глава 16
 
Хотя мне немного грустно, что мы не можем восстановить наши Нью-Йоркские встречи, я понимаю творческий стресс, который испытывает Логан, потому что чувствую тоже самое. Мне пришлось вновь конкурировать за студийное время, и в конечном итоге выбила хорошее количество окон по утрам. По крайней мере, пара приятелей Дженни из театрального отдела готовы попозировать с утра. Они привыкли вставать рано для тренировок, и я благодарна, что они могут отказаться от нескольких из них ради меня. Иногда они кокетничают во время сеансов и приглашают меня разделить пиво, которое я предлагаю в качестве оплаты. Каждый раз приходится напоминать им, что я не смешиваю работу с удовольствием. Они добродушно разочаровываются и стараются не заострять на этом внимание.