Медсестра-заклинательница

Кажется, Ынён ответила тогда, что понятия не имеет.
– Склони голову, ничтожество.
При этих словах Ынён чуть не засмеялась.
– Отвали, – закончил он.
Тут Ынён уже не смогла сдержаться от смеха. Она никогда не была в Вашингтоне и не видела таких давящих зданий, но отчетливо могла почувствовать это ощущение.
Такое же чувство она испытала перед особняком Джошуа Чана. Не бойся, заходи. Если я поймаю привидение, которое бродит в этом доме, может быть, Лэйди возьмет для меня автограф моего любимого таланливого кумира.
  
Когда Ынён нажала на звонок, дверь открылась. В прихожей она сняла обувь и вошла в коридор, где сразу почувствовала сильный холод, исходящий от мраморного пола. Она поджала пальцы и огляделась – не мудрено, что в доме панк-музыканта не было тапочек для гостей.
– Сюда, пожалуйста, – позвал ее кто-то изнутри. Но Ынён не могла понять, куда идти. В квартирах, даже в очень больших, не так сложно ориентироваться, а в этом доме она чувствовала себя слепым котенком. Когда она, наконец, нашла гостиную, прошло уже столько времени, что скрыть, что она заблудилась, было невозможно. Женщина, сидевшая на диване, смотрела на нее. Ынён не знала ее имени и промолчала, неуверенно сев рядом. Не скажешь же: Вы мама Лэйди? Здравствуйте! Женщина была в халате, видимо, сразу после душа, и Ынён, не зная, куда себя деть, покраснела. Как она может сидеть в одном халате? Я, конечно, всего лишь медсестра, которая ловит привидений, но все-таки работаю в школе ее дочери.
Женщина выглядела не намного старше Ынён. В голове Ынён пробежало множество слухов относительно Лэйди. Вообще-то, говорят, что она дочь Девушки Божьей коровки… Девушка родила ее от другого мужчины, но тот смертельно заболел, и девочку пришлось сдать в детский дом… ДНК девушки скопировали, и девочку родила суррогатная мать… У женщины было белое лицо с размытыми чертами, но с макияжем она была бы красавицей. Она была совсем не похожа на Лэйди. Было видно, что она не имеет никакого отношения к этим слухам. Значит, именно ее Лэйди называет мамой.
– Эта женщина бродит по дому, – первой заговорила мама Лэйди. Обычно Ынён была не очень догадливой, но, услышав слова «эта женщина», не стала переспрашивать, кто это. Значит, здесь бродит Девушка Божья коровка из песни.
– Можно мне тогда осмотреть дом? – с этими словами Ынён многозначительно взглянула на маму Лэйди, намекая, что она не просто спрашивает разрешения, а просит ее перед обходом убрать кое-что в комнатах. Дело в том, что по дороге в гостиную, проходя мимо других комнат, она почувствовала отчетливый запах травки. Ынён прекрасно знала, что это за запах. Раньше, когда она ездила к маминой сестре в Германию, она несколько раз чувствовала там этот запах – запах травки, которую по воскресеньям курили подростки, сидя после обеда на ступенях храма. Кажется, они легко доставали марихуану, потому что жили недалеко от границы с Нидерландами. Кто-то предложил и ей, но она отказалась, сказав, что будет работать медиком, поэтому нельзя. Анализ ее волос сразу бы показал содержание наркотических веществ. Ынён вдруг вспомнила, что Джошуа Чан в начале нулевых не смог выступать по телевидению из-за скандала с травкой. Любопытно.
– Вы одна справитесь? Дом не такой большой, трудно заблудиться, – женщина, похоже, совсем не беспокоилась. А если я заявлю в полицию, что вы будете делать? Ынён увидела, как мама Лэйди легла на диван. Она что, голая под халатом? Ынён решила успокоиться, сконцентрировавшись на проблеме, которую ее позвали разрешить. Пока она медленно ходила по дому, ноги ее замерзли.
Она дважды все обошла, но ничего не обнаружила.
Ничего клейкого, ничего текучего, ничего спрятанного, злобно смотрящего – вообще ничего.
Был один человек, которого она приняла за привидение – басист Джошуа Чана, который любил одеваться в готическом стиле. Ынён невольно крепко сжала меч в сумочке, но он оказался обычным музыкантом, пытающимся произвести впечатление. Ынён, открывая дверь очередной комнаты, наталкивалась на людей, которых можно было принять за привидения. Среди них были даже певцы рэгги, которых трудно было связать с панками.
– Те люди постоянно у вас живут? – на следующий день спросила Ынён у Лэйди в школе.
– Ну, их можно сравнить с нахлебниками. В старой Корее дворяне постоянно принимали у себя гостей, так и мой отец многих кормит. Привечает даже уличных музыкантов – не спать же им на улице. Папа говорит, что давать им крышу над головой – долг старшего товарища.
Понятно, большой особняк для большого человека. Наверно, он изначально построил дом с такой планировкой, чтобы содержать таких людей. Ынён подумала, что ее догадка звучит очень правдоподобно.
Мама Лэйди звонила еще два раза, поэтому впредь Ынён чувствовала себя у них дома спокойно. Большой особняк не кричал: «Отвали!», а приветствовал ее. Входя внутрь, она чувствовала себя спокойно, а когда уходила, ей, наоборот, было неловко, потому что визиты ее были бесполезны – она так ничего и не нашла.
– Я ее точно видела, – сказала мама Лэйди, не особенно стараясь убедить Ынён. Она и сегодня была в халате, но другого цвета, а голова была мокрой после душа. Ынён подумала: «Какой пушистый халат! Плотность ниток 80 дэн, не меньше».
– А как она выглядела? Страшно?
– Она истекала кровью – это всем и так известно.
– Она вас мучила, пыталась навредить?
– Она все время протягивает руку и пытается испачкать меня кровью. И это все. Но взгляд очень неприятный.
Ынён подумала, если это все, тогда привидение и в самом деле можно назвать «девушкой» – за 20 лет так хорошо сохранилось.
– А вы случайно не знаете, какой она была при жизни?
Вопрос, конечно, неудобный, но Ынён очень нужна была информация.
– Мой муж не так часто об этом говорит… Они оба были совсем молоды и встречались не очень долго. Она была его невестой, но все получилось спонтанно – во время вечеринки с друзьями решили устроить помолвку. Они реально и не планировали сыграть свадьбу. В том возрасте не задумываешься о таких вещах. Все происходит импульсивно, необдуманно и невсерьез. Почти сразу после этого они попали в аварию.
Лицо женщины омрачила печаль.
– А вы когда поженились? Привидение появлялось все время или только в этом доме?
– Прошло шесть лет, как мы поженились. Мы все время жили здесь. Привидение появилось четыре года назад.
Ынён понимала, в каком положении оказалась эта женщина. Давний короткий любовный эпизод превратился в большую, навеки запечатленную историю любви. Из-за этого женщина, которая и была настоящей половинкой Джошуа Чана, чувствовала себя подделкой… Ынён снова подумала о том, что пришло ей на ум еще во время прошлого визита. Возможно, в этом доме ничего и нет, и это чисто психологическая проблема. Галлюцинации Ынён увидеть не могла.
Однако если Ынён скажет об этом, женщина, возможно, совсем забьется в угол, сняв и халат. Поэтому Ынён вела себя осторожно, не зря она работала когда-то в отделении психиатрии.
– У меня такое ощущение, что вы необычно познакомились с мужем.
Ынён напрягла все мускулы лица, пытаясь натянуть на себя милую девичью улыбку. Мама Лэйди, не обратив внимания на ее неестественную гримасу, спокойно ответила:
– Моя близкая подруга была поклонницей моего мужа. Я пошла с ней на концерт и на встречу с поклонниками. Он вышел на сцену. Я стояла в первом ряду и не подпевала вместе со всеми. Я была на высоких каблуках и не могла прыгать под музыку. Кажется, поэтому он и заметил меня. Я не ожидала, что все будут так скакать. Меня это раздражало все сильнее и сильнее. Подумала, зачем подруга договорилась со мной о встрече, а сама притащила меня сюда. Мой муж спел куплет очередной песни и, посмотрев на меня, спросил: «Зачем вы пришли, вы же не моя поклонница?»
  
– Не может быть! Спросил прямо в микрофон?
– Нет, во время паузы, когда фанатки пели за него припев.