Медсестра-заклинательница

– Приходи сюда, к пруду.
Вскоре из восточного крыла здания вышла медсестра в туфлях на высоком каблуке и спокойно подошла к ним. Кажется, слухи о том, что они встречаются, правда. Хан Арым чуть было не соблазнилась разболтать этот слух остальным учителям, вдруг они станут лучше к ней относиться.
– Что это? – спросил Инпхё у Ынён.
– Утенок, – глядя на птицу, ответила Ынён. – Это утенок…
  
Ынён собиралась еще что-то сказать, но мельком посмотрела на Хан Арым. Может, мне уйти? Утенок как утенок, что тут такого? Она, наверно, хорошо в них разбирается.
– Он опасен? – спросил Инпхё.
– Кто? Утенок? Или человек?
– Неважно кто.
– Не знаю. Мне кажется, все нормально.
– Тогда пойдем, – сказал Инпхё и потом обратился к Хан Арым:
– Я понимаю, что у вас много дел, но прошу, покормите утенка. Мне кажется, вы лучше разбираетесь в утках, чем мы.
Инпхё и Ынён ушли, оставив Хан Арым одну. Утенок пытался вскарабкаться на берег. После нескольких попыток он нашел самый низкий камень у берега и по нему выбрался на сушу. Он точно был очень смышленый. Хан Арым начала искать в интернете, где можно купить корм для уток.
Уже до начала большой обеденной перемены у пруда появился отряд школьников, которым так полюбился утенок. В основном это были дети из класса на первом этаже, расположенного ближе всего к пруду. Когда Хан Арым хотела покормить утенка, все один за другим протянули руки, уговаривая дать им покормить птенца. Поэтому она передала им пакет с кормом и объяснила, какое количество надо давать. Она отвечала за стоянку, но у нее самой машины не было, поэтому во время окна в расписании она поехала на автобусе в магазин, адрес которого нашла в интернете, и купила там корм. Когда она попросила продавца дать ей утиный корм, тот протянул ей корм для собак, в который входило утиное мясо, и ей пришлось уточнить, что ей нужен корм для уток. Маленьких пакетов в магазине не оказалось, и она еле доволокла в школу огромный мешок с кормом.
– А как он сюда попал?
– Может быть, из речки.
– Разве мы не должны сделать ему домик?
– Надо вернуть его туда, откуда он пришел. Он слишком мал.
Утенок совсем осмелел – выходил из пруда и постепенно осваивал территорию. Он гулял на клумбе рядом со стоянкой и щипал цветы. Иногда проходил под окнами класса, где шли уроки, и громко крякал. А дети каждый раз хохотали. Они боялись, что он может попасть под машину, и, окружив его толпой, ходили за ним следом – даже в мяч рядом с ним не играли. Утенок всегда целым и невредимым возвращался в пруд.
Хан Арым пришлось взять на себя разбирательство, как утенок попал в пруд. Это задание было не таким сложным. Школа располагалась на холме, с другой стороны которого стояла утиная ферма.
– Этот маленький утенок перешел через гору? – удивлялись учителя, услышав об этом. Утенок, без сомнения, был особенным, судя по его громкому кряканью и по тому, как четко он выражал свои желания, но навряд ли он мог перейти через гору своими мелкими шажками. Хан Арым позвонила на ферму и, рассказав хозяину о случившемся, сказала, что хочет вернуть ему утенка, на что тот согласился без особого энтузиазма.
Дети рыдали, провожая утенка. За эти несколько дней они сильно к нему привязались.
– Если вы вернете его на ферму, его рано или поздно съедят.
– Может быть, и так, но вы же не можете постоянно заниматься утенком. Это и к учителям относится. Если он не будет под присмотром, может попасть под машину.
– Мы построим для него вольер и огородим ему территорию.
– Но у него есть хозяин. Это не наш утенок, надо его вернуть.
Хан Арым долго мучилась, пытаясь посадить утенка в переноску, которую она одолжила у подруги. Дети совсем не хотели ей помогать. Только когда два других учителя стали загонять птенца, его получилось поймать.
Но, несмотря на все старания, спустя неделю утенок вернулся. Хан Арым не могла поверить своим глазам.
– Тот же утенок? – невольно пробормотала она, на что дети вокруг рассердились и загалдели:
– Конечно, тот же. Вы что, не узнали нашего утенка?
Дети закричали от радости. Перебравшийся через гору утенок их возгласов, конечно, не понимал, но выглядел еще мужественнее, чем в прошлый раз.
– Ничего не поделаешь, он наш талисман. Хан Арым, позвоните, пожалуйста, на ферму и попросите его продать. Скажите, что дети очень его полюбили, – попросил заместитель директора. И Хан Арым на автобусе с двумя пересадками поехала на ферму. Она целых два года не ориентировалась в окрестностях школы, а теперь освоила их благодаря утенку. Арым шла к входу фермы, размышляя о влиянии, которое может оказывать один маленький утенок. Лоферы на невысоком каблуке все перепачкались в грязи.
Как и в прошлый раз, хозяин фермы выглядел безразличным. Он выслушал длинную историю про утенка и назвал цену:
– 2600 вон.
…Вот оно как. Оказывается, кормовые утки не такие уж дорогие. Она была готова заплатить и несколько десятков тысяч вон. Конечно, хозяин не видел, какой популярностью пользовался утенок, и вряд ли имел представление о том, какой он дорогой.
Арым потихоньку привыкала заботиться об утенке, который рос очень быстро. Он стал таким важным и уверенным в себе. У него были красивая грудка и крепкие лапки. Дети по-прежнему очень его любили, он им не надоедал.
– Удивительно – у утки в языке есть кость, – каждый раз, когда Хан Арым рассказывала что-то новое про уток, дети впитывали, как губки. В такие моменты она получала большое удовольствие. Она надеялась, что благодаря утенку появятся желающие поступать в университет на биологию. Вдруг кто-нибудь обратится ко мне с вопросом по поводу выбора специальности. Надо отвечать им обстоятельно. Не утаивать от них правду и рассказать, что в университете животных, будь то утка или кролик, сперва долго варят, а потом оставляют только их кости для исследования. Вот такая вот учеба.
Завуч поманил ее издалека указательным пальцем – зовет ее, как школьницу, хотя она тоже учительница. Несмотря на это, Арым с улыбкой подошла к нему. Ей хотелось показать характер, но у нее это не получалось.
– Это самка или самец?
– Что?
– Я думаю, надо найти ему пару, раз мы взяли его под нашу опеку.
И Хан Арым стала пристально изучать утенка. Она слышала, что пол можно различить по кряканью и оперению на хвосте. Однако у нее не было других уток для сравнения, поэтому она не была уверена. В конце концов, когда утенок вышел на сушу, она быстро поймала его, перевернула и осмотрела его половые органы. Ничего. Значит, это была самка. Поскольку утки полигамны, для одного самца обычно приводят нескольких самок, но Хан Арым подумала, что в этом нет особой нужды, отправилась на ферму и купила одного самца. Хозяин фермы, пообещав найти хорошего самца, искусно переворачивал уток и нажимал им внизу живота, пока не выбрал подходящего. Хан Арым подумала, что фермер не такой уж и вредный.
Однако самец никак не мог привыкнуть к жизни в школе. В отличие от самки он тихо плавал на краю пруда и даже в период размножения был ужасно вялым. Утки не интересовались друг другом.
– Почему они не дружат? – расстраивалась немного Хан Арым. Она понимала, что с появлением утят у нее прибавится забот, но они же такие милашки.
– А если бы вы попали в одну комнату с самцом, вы что, сразу бы его полюбили? – спросила незаметно подошедшая медсестра.
– Я так старалась выбрать самого сильного и красивого.
  
– Энергетика слабая. Силенок маловато, думаю, ничего не получится.
Хан Арым улыбнулась, подумав, какая энергетика может быть у утки. Вскоре для пары построили домик. Сравнивая с человеческим жильем, наверно, его можно было бы назвать пентхаусом.
До самки в итоге добрался не самец, а кот из соседней деревни. Вот поднялся переполох. Самка гуляла в кустах рядом со школой, когда на нее напал проходивший мимо кот. Это случилось молниеносно. Кот, ясное дело, следовал простому инстинкту, но некоторые дети получили психологическую травму.