Башня Богов (СИ)

Но Бран явно хотел, чтобы я тоже шёл путём проклятия. Чужая сила начала клонить меня к решению, которое моё нутро отчаянно не хотело принимать. Я вспотел, на руках и на шее от напряжения выступили жилы, но моё тело медленно, мускул за мускулом, начинало переходить под чужой контроль!
Прокачать дар на −1, шептало внутри, прокачать дар на −1, билось в венах.
— Нет! — заорал я и вложил свободное очко в волю.
Хватка чужой души ослабла. Он был совсем рядом, я кажется слышал дыхание Брана, хотя это было моё собственное сбившееся дыхание. Но внутри меня жил не человек, а лишь тень человека — потерянная и не понимающая, что происходит. Он не пытался поработить меня осознанно, по желанию, а лишь тянулся, куда вели инстинкты расколотой души. Получив отпор, Бран замолчал и замер, вернулся в свой глубокий летаргический сон.
Наступила тишина.
— Клааасс, — протяжно произнёс Ключник, который наблюдал битву в прямом эфире, включая ментальное сканирование обоих наших разумов.
Я утёр лицо и выдохнул. И от сердца сразу отлегло, будто камень с души свалился. Проклятье −10-го дара откладывалось! Может, я сейчас совершил ошибку, а может, наоборот. Скоро узнаем.
Быстро прокачав умение «Медик» до 2, я ощутил, как ещё годовая порция теоретического и практического опыта вливается в голову. Теперь я уже выпускник меда, наверное. Универсальное очко потратил на прокачку способности «Движение ауриса» до 3-х, теперь моё ускорение раз в сутки достигало 30%. И, главное, открылись две способности этой ветки: «Фазовый прыжок» и «Мерцающая защита». Их обязательно нужно качать, как только будет возможность.
— Разочаровываешь, — недовольно сказал Ключник, поджав пушистые мурзы и ощетинив густые усы ёжиком. — Какой смысл в проклятии, если ему не подвергаться? Хельбранд в своём камне от возмущения переворачивается!
— Потерпи немного, ты всё равно бессмертный, — пожал плечами я.
И уже собирался идти, когда кот хмыкнул:
— Ты кое о чём забыл.
Хм. О чём же?
— Точно! А ну гони моё первое халявное слово!
Словно по мановению волшебной палочки выплыло системное окно:
Вы покорили пять этажей и открыли доступ к Легендару: языку, состоящему из слов силы. Этот древний язык был создан в незапамятные времена Драконами Тьмы и Света. Мудрые говорят, что это код пра-вселенной, и она отзывается и послушна воле познавшего речи тьмы и света. Сегодня Легендар применяется для получения доступа к особым, скрытым возможностям Башни Богов. Каждый восходящий может открывать новые Слова и расширять свои возможности. Доступ к изучению появляется независимо от ранга, но лишь у тех, кто совершил выдающееся деяние.
Выберите одно из трёх начальных Слов:
Ро’Мел: жар силы, позволяет лишиться усталости и не знать её в течение одного витка миров. Но только раз за один оборот планет.
Дун’Маор: мягкая крепость, открывает серебряную дверь в место изобилия. Сколько угодно раз, но на каждый поглощает любой источник энергии, и мера изобилия зависит от силы, принесённой в жертву.
Хин’Лу: шёпот мёртвой воды, позволяет считать место, находясь в нём. Сколько угодно раз, но на каждый поглощает любой источник энергии, и мера знания зависит от силы, принесённой в жертву.
— Вау.
Здесь было о чём подумать. Первое слово казалось самым простым: «виток миров» это, судя по справке системы, человеческая неделя. Целую неделю не знать усталости и качаться, качаться, не думая о сне — идеально для старта восхождения, верно? Пусть это слово можно применять лишь раз в год, но ведь именно первые дни самые главные! Нет, всё же очень нишево…
Третье слово казалось полезнее всего: навсегда получить возможность просканировать неизвестное место и что-то узнать? Скорее возьмите мои деньги! Да, оно требовало вложить компонент, мерц или крис, в общем, почти любой расходник, или пожертвовать ненужную магическую вещь. И на расходники слабого ранга скорее всего давалась самая малость инфы. То есть, применение этого слова стоит недёшево. Но ведь крайне полезно, причём, почти всегда.
 
И наконец второе слово.
— Ключник, Дун’Маор и открывает ту самую дверь в…
— Харчевню Жруни, да, — кивнул кот, и даже причмокнул от удовольствия и воспоминаний.
Похоже, он с самого начала легонько манипулировал мной, чтобы заинтриговать, поселить желание попасть в эту харчевню. Но это не значило, что мне туда не нужно, и стоит только из принципа сделать напротив. Тем более, для мастера менталиста такая прямая и легко считываемая манипуляция кажется странной. Уж скорее тогда он хотел, чтобы я подловил его на восхвалении харчевни и передумал туда идти.
Ладно, лучшее средство противодействия манипуляции: вообще не брать в расчёт манипуляторов и их поведение, а отсекать и решать самому. Так я и сделал.
Вход в харчевню тоже требовал потратить источник силы, будь то компонент или ненужная магическая вещь. Принести в жертву и открыть серебряный портал. Но, в отличие от шёпота познания, здесь сила приношения была не так уж и важна. Ведь зачем вообще нужна харчевня? Поесть я могу и сам. А гораздо важнее сам факт попадания туда, потому что в ней будут другие люди, и с ними можно общаться, торговать, делиться секретами Башни и заключать союзы. А именно сегодня там должны быть не просто люди — а топовые игроки, которые первыми из всего человечества прошли пять этажей, как и я, и из начальных Слов Силы выбрали… общение.
Поэтому, как бы мне не хотелось взять Хин’Лу, я выбрал Дун’Маор.
Окошко исчезло, а на вершине отрезка чёрной лестницы, ведущей с пятого этажа на шестой — появилось три призрачных двери вместо двух: чёрная, прозрачная и серебристая. Последняя была крошечной и формой с мою ладонь. Всё ясно: приложи руку, потрать энергию — и дверка откроется.
Я поднялся, приложил ладонь и потратил крис воды зелёного ранга «необычный», который мне всё равно был не нужен. Вот и пригодился. Можно было пожадничать и отдать один из грибочков серого ранга, которые я насобирал в голубом лесу. Но если есть возможность войти в место изобилия и получить там немного больше изобилия, то лучше ей воспользоваться.
Крис исчез, а серебристый портал раскрылся и принял вид призрачного, жарко пылавшего очага. Остроумно! Полезай, путник, в наш очаг.
— Ох, как я тебе завидую, — мечтательно сказал Ключник и потянулся, встопорщив шерсть и показав опасные титановые когти.
— Там настолько вкусно кормят?
— Ты даже представить не можешь. Знаешь, что такое лалангамена?
— Хм, что-то знакомое.
Странное слово вертелось в голове, но упрямо не хотело вспоминаться.
— Узнаешь, — пообещал кот.
 Глава 16 
 Жруня и другие (не)люди 
— D20 мне в лоб! — воскликнул я, впервые увидев это место.
Зал харчевни был возведён из серого камня и морёного дерева. Большой и круглый, он умудрялся быть одновременно и просторным, и уютным. Слева пылал очаг, справа журчал родник в гроте, обтекая растущие кристаллы. Посередине зала стоял невысокий рунный камень, покрытый мохом, а на нём возлежала Книга (с маленькой буквы её писать палец не повернётся). Под остроконечным потолком величаво крутился компактный тучеворот — то есть, сизый вихрь, в котором проскальзывали крохотные молнии, оттуда изредка доносился ворчливый гром.
Погодите, это четыре стихии? Слева и справа огонь-вода, сверху и снизу воздух-твердь. А что там впереди, на дальнем конце от входа? Ниша-альков с пышным зелёным деревцем, окружённым густыми снопами цветов. Похоже, виталис, стихия жизни. Но тогда прямо на входе должна быть смерть, негатос. Я опустил глаза и увидел, что на пороге начертаны символы черепов разных рас, и сам он сделан из чьей-то крупной кости, обточенной добела. Хм, слегка зловещее приветствие для гостей. Но вообще-то в славянской культуре издавна была традиция хоронить прах предков под порогом. Считалось, что их души поселятся в доме и уберегут его от нечистой силы. Здесь наверняка было не поверье, а реальность — какой-нибудь некрозаговор против зла. А сверху над дверью висел череп монстра с рогами, опущенными вниз, как концы подковы. На удачу