Сказания о Преподобном Демоне (СИ)

Ду Цзэ ничего не доложил, он всю ночь медитировал. А вот один из набивающихся в друзья мальчишек принес интересные слухи. Дело в том, что, когда Ду Цзэ относил технику Фан Юаню, Не Ли увидел работающую со свитками в библиотеке Е Цзыюнь и начал к ней приставать. Она была крайне вежливой со всеми и даже слугам говорила спасибо за выполненный приказ. Поэтому не смогла прогнать его сразу, хоть и пыталась. Однако в какой-то момент Не Ли заметил ее свитки и что-то в них изменил. После чего она озадаченная ушла.
  
Для Фан Юаня ситуация была понятна и его не беспокоила. Другое дело, что Не Ли вообще пытается добиться Е Цзыюнь. Он просто любит ее? Они были близки в будущем? Или это только чтобы навредить Священной семье? Фан Юань уже знал, что Светозар будет разрушен. Учитывая отношение Не Ли, Священная семья могла в этом участвовать, или, по крайней мере, он так считает, он мог просто не знать, что тогда происходило. Например, война между кланами, где агрессором могла быть Священная семья, а могла и не быть, но ее таковой выставили. Что же касается Е Цзыюнь, он мог встретиться с ней уже после разрушения города. Так как много людей остаться не могло, значит, была лишь небольшая группа, а ее бы обязательно спасли из-за статуса. Но потом у выживших исчезла иерархия, и они могли беспрепятственно общаться. Много допущений, но вариант рабочий.
Стоило закончиться урокам, Фан Юань отправился обедать. Он уже не покидал академию несколько дней и не собирался этого делать, слишком много событий происходило. И во время обеда его снова нашли, похоже, школьная сеть добровольных осведомителей начинает приносить пользу.
— Молодой господин, там этот Не Ли с молодой госпожой Е Цзыюнь, они в библиотеке, мы не посмели на него при госпоже напасть, — один из знакомых парней начал распинаться.
— Похоже, мне стоит к ним присоединиться, — оставив обед, Фан Юань направился в библиотеку.
Фан Юань подошел вовремя, Не Ли и Е Цзыюнь сидели друг напротив друга за столом в библиотеке и разговаривали. На столе лежали свитки с символами, а в руке Е Цзыюнь держала кристалл души, но, кажется, еще его не активировала. Фан Юань не мог позволить ей получить технику от Не Ли. И дело было не в том, что он не хотел дать ей стать сильнее. Сильная Е Цзыюнь также могла стать пешкой в планах Фан Юаня. Дело было в другом. Не Ли пока дал лишь три техники: ему, Ду Цзэ и Лу Пяо. Нищий простолюдин, привязанный к Шэнь Юэ, и мелкий благородный, на которого, похоже, плюнула даже собственная семья. Их никто не будет исследовать. Да и в будущем Фан Юань может от них легко избавиться. Другое дело Е Цзыюнь, она каждый день контактирует с несколькими стальными заклинателями, а есть еще легендарный Е Мо, хотя он вроде сейчас не в городе. Даже если она сама не расскажет отцу о технике. Без скрывающих способностей через час изменение в ее технике заметят. Начнется расследование, и выйдут на Не Ли, а за техники, которые он раздает, начнется война. А Фан Юань слишком слаб. Значит, надо не дать ей получить технику и рассорить их так, чтобы он не смог с ней даже заговорить.
Фан Юань встал рядом с их столом и обратился к Е Цзыюнь:
— Я думал, что лучше тебя знаю, не знал, что ты такая, — холодно произнес Шэнь Юэ.
— Шэнь Юэ, я не понимаю, о чем ты, если ты о Не Ли, то мы просто болтали о символах, — Е Цзыюнь не понравился тон Шэнь Юэ, но в нем было слишком много осуждения, и она задумалась, могла ли она сделать что-то плохое.
— Да что ты вообще можешь о ней знать?! — вспылил Не Ли, защищая возлюбленную.
— Ну, как сам видишь, ничего, может быть, ты мне расскажешь! — чуть не рыча, сказал Шэнь Юэ.
— Она употребляет вместе с едой лепестки орхидеи, так как считает, что это укрепляет ее духовную силу. Е Цзыюнь любит исследовать, разбираться в новых книгах. А еще она часто сидит у окна, представляя, как она будет изучать внешний мир, — красуясь перед Е Цзыюнь, стал рассказывать Не Ли, по удивлению в ее глазах он понял, что попал в точку, и продолжал: — А еще на ее теле есть родинка в виде бабочки, знаешь, где она находится?
Мозг этого парня, или старика, или сколько ему там было лет, точно съели собаки. Даже Фан Юань с пятью сотнями лет опыта не смог на мгновенье удержать лицо и вышел из роли, которую он разыгрывал. Он собирался обвинить Е Цзыюнь в том, что она общается с насильником ее подруги. Но Не Ли умудрился сам все сделать, он сказал то, что можно интерпретировать только как то, что он за ней подглядывал. Хотя сам Фан Юань и понимал, что скорее всего она сама ему все это рассказала в будущем
— Да как ты посмел подглядывать за мной?! — вскрикнула Е Цзыюнь, она стала собирать свои вещи и собиралась уйти.
— Я пришел вызвать тебя на дуэль за то, что ты сделал с Сяо Нин, но теперь у меня появился еще один повод размазать тебя! — в праведном гневе закричал Шэнь Юэ.
Все в библиотеке уже некоторое время слушали их разговор, но по крайней мере делали это незаметно, но теперь абсолютно все смотрели на них с немым вопросом. Е Цзыюнь тоже остановилась.
— Шэнь Юэ, что ты сказал про Сяо Нин?! — в панике спросила Е Цзыюнь, раньше они были подругами с Сяо Нин, и она искала способ восстановить их дружбу, но если этот Не Ли что-то сделал с Сяо Нин, то она лично готова его убить.
— Как будто ты не знаешь, ублюдок обесчестил твою подругу Сяо Нин вчера ночью прямо на учебном полигоне, сейчас она вся в слезах и синяках лежит в госпитале, врач даже сказал, что она может навсегда лишиться возможности иметь детей! Его сам проректор поймал, а стражники у входа в библиотеку стоят, чтобы он не сбежал, пока идет следствие. Об этом вся академия говорит. А ты вместо того, чтобы утешать свою подругу, которая была в шаге от смерти, с этим мусором воркуешь, как будто ничего не произошло! — праведно крича, Шэнь Юэ брызгал слюной изо рта, он был в бешенстве.
Конечно, Фан Юань просто играл, он даже не соврал ни разу. Кто же виноват, что синяки и лежание в госпитале вызвано совершенно другими причинами, обесчестил может быть вообще чем угодно, от грубого слова в адрес женщины до изнасилования, и почему все подумали о последнем? Кроме того, хорошим вариантом было не только подавить Не Ли, но и вызвать чувство вины у Е Цзыюнь, это позволит ее лучше использовать. А то, что никто в школе об этом не знал, и он сам всем об этом только что поведал, так это мелочи. Слуги и охранники все видели, и слухи все равно бы поползли.
— Ты, ты правда это сделал? — дрожащим голосом спросила Е Цзыюнь, и в ее руке появился меч, вынутый из пространственного кольца.
— Почему ты ему веришь, он все врет, все было не так!
— Я вру? Я своими глазами видел, в каком она состоянии, сам я свечку не держал, но персонал госпиталя об этом говорит. Или, может, тебя вчера не поймали с обнаженной Сяо Нин, или, может, она сейчас здорова и не в госпитале, или проректор не объявлял о запрете тебе покидать территорию академии и не приставил к тебе стражу? Скажи, в чем я вру?
— Да, но ты все искажаешь, у нас ничего не было, я люблю Е Цзыюнь!
— Даже я тебе не верю, я подумала, что тебя просто не понимают другие. Символы, которые ты написал, были правильными, и думала, ты любишь учиться, а ты... а техника, которую ты мне предлагал, это тоже какой-то обман и подлость. Я пойду к Сяо Нин, и, если хотя бы половина того, что сказал Шэнь Юэ, правда, я вернусь и разрублю тебя на кусочки.
— Иди и помоги подруге, и без тебя хватает тех, кто сможет позаботиться о мусоре, — властным голосом произнес Шэнь Юэ.
Е Цзыюнь развернулась и ушла, даже не собрав свои вещи со стола.
— Думаешь, сможешь меня одолеть, так давай посмотрим, можешь ли ты что-то или только говорить, — Не Ли принял боевую стойку.
— Ты тупой кусок говна, это библиотека, у академии шесть боевых арен и свой дуэльный кодекс, идем на арену, — тяжело вздыхая, поучительным тоном сказал Фан Юань, а потом показал на случайного парня и приказал: — А ты не стой столбом, приведи проректора, а то если я убью ублюдка, меня будут судить, а если проректор допустит смерть, то это будут его проблемы.