Интеграция (СИ)

— Твои друзья говорили, что ты добряк, — расстроенно вздохнул Пётр. По крайней мере выглядело это именно так. — А ты какой-то злой…
— Успокойся, Петь, — это произнесла за моей спиной Ольга. Видимо, она поняла моё настроение и решила разобраться с бывшим императором самостоятельно. — Не буди бурю. Макс бывает злым только для врагов. А раз ты жив, значит, ты, как минимум, не враг ему. Подумай над этим.
Вот же «Ведьма». И как ведь хорошо сказала.
— Ла-адно, — протянул в ответ Пётр. — Умываю руки.
До оружейной лаборатории добрались без приключений.
Там нас лично встречал профессор Бессмертнов. Мы быстренько распрощалась с девушками и отправили их в жилой сектор. Добраться им до туда вместе с ранеными вызвались помочь выжившие в бункере, которые прибыли вместе с профессором.
После этого остались только те, кто пойдёт в составе боевого отряда прорываться через кольцо заражённых. А, вернее, уничтожать последних по максимуму, чтобы выход из аномальной зоны стал возможным.
— Ох, ребята, заставили же вы нас понервничать, — при первой же возможности вышел с нами на связь подполковник Кудрин. — Оплакивать павших будем позже. А сейчас скажу только, что очень рад, что вы живы.
— Тем не менее, самое сложное впереди, — отвечал ему «Порохов». — Нам придётся сделать то, чего ещё никто никогда не делал.
— Такая наша работа — быть первопроходцами в самых опасных уголках планеты, — заявил Кудрин. — Но вы будете не одни. Вам на помощь будет отправлена вся техника, которая может передвигаться в зоне. Также мы приведём в полную боеготовность артиллерию и поднимем в воздух истребители. Мы поддержим вас огнём из всех стволов, которые сейчас имеются рядом с вами.
— Вы хотите устроить настоящую войну? — с энтузиазмом проговорил Борис. — Мне это нравится.
— А эта ваша артиллерия нас самих не накроет? — а вот «Ключ» к данному заявлению отнёсся скептически.
— Наши экзоскелеты оборудованы системой корректировки артиллерийского огня, — попытался успокоить Фёдора профессор Бессмертнов. — Если там, на поверхности, вы сможете найти причину, по которой нет связи, и устранить её, то получите доступ к системам залпового огня. А те, как заверил подполковник Кудрин, ударят по полученным координатам, как только вы их предоставите. Главное, не кидайте свои координаты.
— Только с бомбардировкой надо поаккуратнее, — на связи также был профессор Ногтев. — Неправильные действия могут повлечь за собой хаотичное поведение диких. И они могут начать разбегаться во все стороны. А нам необходимо, чтобы агрессия заражённых была сконцентрирована только на вас. Так мы сможем обезопасить всех, кто находится рядом с границами зоны.
— В любом случае, оцепление уже находится в повышенной боеготовности, — добавил Кудрин.
— Да уж, — протянул я, — перспективы у нас не радужные. Артиллерия — это конечно хорошо, но в моменте наш небольшой отряд будем сражаться против сорока тысяч противников. Это серьёзный вызов.
— Как бы пафосно это не звучало, — не удержался от комментария «Крот», — но только вы и сможете это сделать.
— Всё, как всегда, — вспомнил Порохов, что он десантник. — «Никто, кроме нас».
После этого последовал непродолжительный брифинг, во время которого мы составили примерный план действий и определи все ключевые моменты. Решили, что покидать бункер будем другим путём — через шахту, которая ведёт к станции ведущей на поверхность. Впрочем, это была та самая станция, которой нашему отряду не удалось воспользоваться в самом начале миссии.
Ну, а дальше всё будет зависеть от того, насколько хорошо покажут себя в реальном бою тяжёлые экзоскелеты. Операторы последних, кстати, уже приноровились к своим шагающим танкам и управлялись с ними так, будто всю жизнь в них провели. По крайней мере, они сами так говорили.
Затем бойцы разобрали оставшиеся экзоскелеты. Кроме нас с «Порохом» и трёх операторов тяжёлых версий, высокотехнологичными костюмчиками так же обзавелись ещё восемь человек. А тех, кому они не достались (по логичным причинам это были комикконцы), мы решили оставить в бункере. Никто не стал спорить, что брать их с собой будет слишком опасно.
 
В довесок к экзокостюмам мы захватили с собой всё оружие и боеприпасы, которые смогли унести. Также Кудрин обещал сбросить нам ящики с боеприпасами прямо на поле боя.
Примерно через час, полностью готовые к бою, мы прибыли на станцию на нулевом уровне. Чтобы попасть на железнодорожные пути мне пришлось сделать очередную лазейку.
— Ну, удачи нам, — проговорил «Порох», когда мы спрыгнули на рельсы с перрона.
А затем в темени шахты замелькали силуэты заражённых.
— Валим их, — добавил «Кулак».
  
Глава 25
 
Конец дня
 
Рязань-ЭКСПО.
Подземные железнодорожные пути.
13 июня 2024 года.
Московское время — 23:55.
Аномальное время — 23:29.
«Порох» не ошибся. Подземные железнодорожные пути и впрямь были до отказа заполнены заражёнными. И потому мы столкнулись с ними сразу же, как только покинули секретную базу.
Десятки рычащих противников выбежали из шахты на станцию и сразу же наткнулись на упокоительный огонь из наших новеньких пулемётов «Жора».
Возможно тварей привлёк свет фонарей, которые были установлены на всех наших экзокостюмах и оружии. Или же потому что мы шумели и громко разговаривали. Я бы даже сказал, кричали. А, может, в этом вся суть диких — бросаться на всех, кого учуют.
Так или иначе первая волна заражённых пошла атакой на нас ещё до того, как мы успели отойти от перрона.
Обычно в случае вражеских подобных атак мы старались закрепиться на местности, чтобы эффективно отбивать все волны нападающих. А иногда даже отступали, чтобы сохранять дистанцию. Но сейчас нашей задачей была не оборона, а атака. Поэтому мы смело шли навстречу врагу, обильно шпигуя его свинцом.
Поначалу впереди шагали я, «Порох» и «Ведьма».
Я с Ольгой в своих легких экзокостюмах, занимались отстрелом врагов из пулемётов. А командир, в виду экономии патронов, огонь не открывал. Вместо этого он занимался поддержкой — использовал встроенную в его средний экзоскелет вспышку, способную буквально выжигать глаза противнику. Причём этот эффект достигался несмотря на свет других фонарей, из-за которых твари итак постоянно спотыкались о шпалы и сталкивались друг с другом. Ну, а когда Порохов начинал «стробоскопить», те и вовсе сходили с ума из-за полной потери зрения. И, будто забывая про нас, начинали хаотично разбегаться в стороны и тут же сталкивались со стенами.
В общем, как я для себя подметил, глазовыжигшающая вспышка «Пороха» работала в тёмном тесном пространстве не менее эффективно, чем способность нашего «Бесячего».
Изначально предполагалось, что я буду убивать энергетическими лезвиями всех тварей, которые сумеют приблизиться. Но в итоге оказалось, что те и на полсотню метров не могли к нам подойти. Примерно на такое же расстояние била и вспышка «Пороха».
Когда ленты в наших «Жорах» закончились, мы с Ольгой переместились в середину колонны на перезарядку. А нам на замену выдвинулась следующая двойка облачённых в легкие экзокостюмы — Анна и Борис. Под вспышку «Пороха» они приняли нашу эстафету истребления противника. Только теперь на телах врагов появились красные отметки, показывающие их слабые места. А я про эту способность нашей медички даже забыть успел.
Борис тоже не стеснялся применять свою способность. С его пальцев периодически срывались кривые молнии, а затем цепной реакций проходили сквозь толпу диких.
По ощущениям, Анна с «Мехом» отстреливали свои ленты чуть дольше, чем мы с Ольгой. Видимо, сказалось влияние способности медички. Благодаря ей, они тратили гораздо меньше бронебойно-зажигательных патронов, чем мы.
Но, как ни крути, пришло время и им уступить место во главе колонны следующей двойке. В этот раз пошагать рядом с «Порохом» и применить пулемёты «Жора» на врагах выдвинулись последние двое, которые были одеты в лёгкие экзоскелетах — «Милаха» и Пётр. Если последний просто стрелял по всем целям (причём очень хорошо это делал), то Мария, наконец, продемонстрировала свою сводящую с ума способность.