Чёрч. Книга 2 (ЛП)

— Господи, надеюсь, ты шутишь. Только не говори мне, что влюбилась в этого засранца, — простонал Райан, его пальцы потянулись к шву у нее на плече.
Эмма покачала головой.
— Нет. Нет, вовсе нет. Кроме того, у него что-то с моей мамой, — прошептала она.
— Серьезно?!
— Серьезно, — сказала она, кивнув в сторону открытой двери.
Райан проследил за ее жестом, и увидел, как Марго улыбнулась и помахала Касперу рукой. Тот улыбнулся и помахал ей в ответ.
— А он не привередлив, — проворчал Райан. — В смысле, твоя мама горячая штучка, но… все равно. Она ведь мать одного из его пациентов.
— Наверное, это его еще больше заводит, — заметила Эмма, и он снова рассмеялся.
— Так ты прочла его досье? Мы закидаем его дом яйцами, когда я отсюда выберусь? — спросил Райан, и она наконец оттолкнула его руку, которая уже начала поглаживать ее воротник.
— Хммм? О, нет, на самом деле там не было его адреса, — солгала она. Эмма уже и забыла, что умеет врать. — Только старый, с востока. Пустая трата времени.
— Эх, облом. Может, в конце года они обновят адреса сотрудников, — предположил Райан, и она кивнула.
— Возможно.
Наконец Каспер занял свое место в центре круга и начал занятие. Он вдохновенно рассказывал о жестоком обращении и страданиях и предлагал всем поделиться своими историями.
Девушка, которой он до этого массировал плечи, со слезами рассказала о том, что её домогались. Он «в утешение» погладил ей бедро. Эмма выпрямилась на стуле и с удивлением поняла, что впервые за несколько недель у нее немного прояснилась голова.
«Ненавижу его. Хочу разрушить его карьеру. Хочу заставить его пожалеть о том, что вообще когда-то прикасался к женщине. Мне хочется сделать жуткие вещи, и я никогда не чувствовала себя лучше».
Когда занятие закончилось, Эмма немного задержалась в общей комнате. Она помогала Райану складывать стулья, смеялась и даже немного с ним флиртовала. Каспер вышел с девушкой, которую лапал, но остался в коридоре — оттуда доносился его приглушенный голос. Наконец в комнату ворвался звук, которого ждала Эмма.
Смех Марго.
— Мы пропустили что-то смешное? — спросила Эмма, когда они с Райаном вышли в коридор.
Марго отпрянула от стены, к которой прислонялась. Над ней, опираясь одной рукой о стену, склонился Каспер. Очень откровенный образ. Интимный. Неуместный.
— О, нет, просто глупая история, — хихикнула Марго и махнула рукой.
Каспер улыбнулся своей улыбкой прожжённого афериста и медленно выпрямился, словно ему нечего было стыдиться.
— Эмма, у тебя прекрасная мать. Знаешь, когда она впервые сюда пришла, я подумал, что это твоя сестра, — заметил он.
— Ах, ты! — голос Марго повысился на октаву.
— Господи, — простонал Райан, и Эмма шлепнула его по животу.
— Мы это уже проходили, — сказала она, заслужив удивленный взгляд Марго. — Доктор Каспериан, мы можем поговорить?
Она ни разу его так не называла. От этих слов его лицо просияло.
— Конечно, я как раз собирался в кабинет, составь мне компанию. Мисс Хартли, как всегда, было очень приятно, — сказал он, а потом набрался наглости и, приобняв Марго, поцеловал ее в щеку.
«Мисс Хартли, да? Бедный Джерри, даже не в курсе, что они уже развелись».
Когда они прошли по коридору несколько метров, Каспер положил руку Эмме на поясницу и наклонился к ней, в ожидании ее слов.
— Прости, что сегодня на занятии ничего не говорила, — вздохнула она. — Я… я хотела, но мне было не по себе. Ты читал мое дело, уверена, тебе известно о моем прошлом.
— Да, я читал, и поэтому немного огорчился, что ты ничего не сказала. Человеку с твоим прошлым групповая терапия может очень помочь, — сказал он, поглаживая ее рукой.
У нее начала зудеть кожа.
— Я знаю, знаю. Просто мне было как-то не удобно, по крайней мере пока. Может, мы могли бы начать один на один? Может, рассказав это только тебе, я смогу рассказать это всем остальным, — предложила она.
— Думаю, это отличная идея, хотя я удивлен, что ты не обсуждала это со своим психологом, — заметил он, остановив ее у запертой двери во врачебное крыло.
 
— Ну, ты же знаешь доктора Розенштейна. Он милый и все такое, но он… он…, — Эмма взмахнула рукой, словно подыскивая нужные слова. — Он не такой как мы.
— Не такой как мы? — переспросил Каспер, оглядев коридор.
На другом конце, скрестив руки на груди, по-прежнему сидела Марго. Райан исчез.
— Ты можешь дурачить всех остальных, но я вижу тебя насквозь, — поддразнила его она. — Ты хлебнул в жизни много дерьма. И сам натворил много дерьма. Розенштейн — типичный выпускник Лиги плюща, который, скорее всего, ни разу в жизни не совершил ни одного проступка. Как я могу поделиться с таким человеком своими самыми сокровенными тайнами? Ты же совсем другой. Что-то мне подсказывает, что ты такой же порочный, как и мы все. Этому я могу доверять. Могу доверять тебе. Если, конечно, я не ошиблась.
Говоря это, Эмма не сводила с него глаз, а ее пальцы снова играли с прядью волос. Каспер какое-то время на нее смотрел, потом кивнул.
— Знаешь, когда ты захотела со мной поговорить, я подумал, что ты начнешь отговаривать меня от встреч с твоей матерью, — усмехнулся он.
— Если хочешь, я и это могу сделать. Она замужем и слишком стара для тебя, я думаю, ты достоин гораздо большего и мог бы найти кого-то намного красивее, намного моложе и намного лучше в постели, — смело предложила она.
— Хммм, есть кто-нибудь на примете?
— Возможно.
— Вот это перемена в поведении, Эмма, — сказал Каспериан, и она подавила желание отстраниться.
Эмма знала, что решительные действия потребуют риска.
— Скорее приспособление, — поправила его она. — Ты мне всегда нравился, но доктор Розенштейн считает, что мне не пойдет на пользу, если я буду с кем-то флиртовать. С кем-то спать. А ты такой классный, что я… я держалась на расстоянии. Но послушав тебя сегодня, я поняла, что мне все равно. То, что меня к тебе влечет, не значит, что ты не можешь мне помочь, верно?
Она видела, как в голове у Каспера вращаются винтики. К счастью, они были очень взаимосвязаны с винтиками у него в пенисе и увели его далеко от ее истинных намерений.
— Вполне естественно, что тебя тянет к твоим врачам и психотерапевтам, — заверил ее Каспер и, положив руку ей на бок, сжал его в «ободряющем» жесте. — И в этом нет ничего дурного или постыдного. Конечно, я хочу тебе помочь, и я готов сделать все, что нужно.
«Доктор Розенштейн был прав, я — сильная, способная личность, которая может о себе позаботиться. Держу пари, ему и в голову не приходило, что я применю эту философию, чтобы разделаться с одним из его коллег».
— Только вот, я не знаю, как это делается. У тебя здесь есть кабинет? Хотя сомневаюсь, что доктору Розенштейну это понравится, — пробормотала она.
— Да, не понравится. Психологи, как правило, территориальны, — согласился Каспер, и Эмма чуть не рассмеялась.
Территориальны? Он подыскал неправильное слово. Нужно было сказать «этичны».
— Мы всегда можем встретиться за пределами клиники, так как ты на амбулаторном лечении.
— Типа в кофейне? — Эмма сморщила нос, все увереннее натягивая на себя маску святой простоты. — Не знаю, смогу ли я обнажить душу в Старбаксе.
— Боже, нет. Слушай, мне от этой работы полагается квартира, я живу недалеко отсюда. Знаю, для тебя это слишком большой шаг, но там никого нет, никто нас не побеспокоит. Я бы за тобой заехал, мы могли бы где-нибудь перекусить, а потом побеседовать наедине у меня дома.
— По-моему, здорово, — вздохнула она. — Но… как же Марго? Она и так-то практически не выпускает меня из дома, а если узнает, что я иду к тебе, то запрет дверь и выбросит ключ.
Он широко ей улыбнулся.
— Давай, я сам разберусь с твоей матерью. Я скажу ей, что нашел для тебя в городе замечательную группу для терапии, лично ее одобрил, и что тебе действительно очень поможет городская сеть психологической поддержки. Тогда я просто подхвачу тебя где-нибудь в городе.