Диармайд: Черное Солнце (СИ)

Их поведение тут же изменилось. Диармайд и Элизабет стали похожи на пьяную парочку. Под осуждающими взглядами надсмотрщиков они направились к лестнице.
— Они даже не попытались нас задержать, — прошептал Диармайд, когда стражи прошли мимо них.
— А что пара адептов могла нам сделать? Будь это прежний Ватикан — нас бы уже давно обнаружили. Но даже я удивлена качеству охраны, которую Тамплиеры оставили для защиты дворца. Похоже старик им уже совсем не нужен, даже нет ограничений на вход в закрытые для посещения коридоры. Библиотека и то лучше охраняется, чем светило нынешней церкви.
— Ну… они ведут войну с Тевтонцами, может все силы переброшены к границам? — предположил Диармайд.
— Разумно… но халатность это не оправдывает, — нахмурилась девушка, — ещё один лестничный пролёт, и мы на месте.
Залы верхних этажей были уже без фресок. Позолота барельефов сверкала, отражая свет ламп, тут были современные приборы и мебель, только с соблюдением антикварного духа.
— Вот мы и на месте, — кивнула подбородком Элизабет, указывая на двустворчатую белую дверь, с позолоченным орнаментом. Её охраняла пара адептов. Сильные, по-настоящему сильные, они были не меньше восьмого, а то и девятого, рангов. Вот она — настоящая охрана ценного заложника. Достаточная, чтобы защитить его от сильного мага.
— Ваше разрешение от великого магистра, — хриплым голосом сказал блондин с вьющимися волосами, увидев посетителей он тут же схватился за рапиру, болтающуюся у него на поясе. Привлекательная рыжая девушка, с россыпью веснушек на лице, выглядела куда более расслабленно. Она только на миг подняла взгляд, задержав его на декольте платья Элизабет.
Элизабет оказалась рядом с ними быстрее, чем Диармайд успел это понять. Из её вен вытянулись две полоски крови, пронзившие глаза обоим охранникам. Они тут же рухнули на землю, как марионетки с обрезанными нитями.
— Погоди, нужно сломать их артефакт жизни, чтобы наблюдатели не узнали, что стражи мертвы, — Элизабет направила ману в медальоны на шеях адептов, ломая заложенные в них магические конструкты.
— Прихвати трупы адептов, не стоит оставлять их у всех на виду, — Диармайд потащил трупы молодых людей по полу. Чтобы кровь не испачкала мраморный пол, он заморозил их раны.
Когда раскрылась дверь папских покоев — из дальнего угла они услышали тихий, спокойный голос:
— Элизабет, судя по трупам этих молодых рыцарей — ты пришла не с миром, — заговоривший мужчина был высоким и тощим. Даже сидя на стуле он казался невероятно длинным. Его лицо покрывали ожоги от кислоты или пара, а борода и усы, как у испанских конкистадоров, были словно произведение искусства.
— Иероним, — закрыв глаза сказала Элизабет, — похоже я ошиблась и к Папе все-таки приставили охрану… Сильвия предала меня… — Элизабет тихо закончила свою реплику.
— Нет, ты не права, — всё так же спокойно говорил Иероним, — она только поинтересовалась жизнью Папы, в нынешней ситуации, и Матиас решил приставить меня к нему, так, на всякий случай. Всё же наш великий магистр привык доверять своей интуиции, — восхищённо сказал Иероним. Диармайд впервые услышал эмоции в его голосе.
— Тут ты не прав. Сильвия умна. Она знала последствия этого вопроса… — досада и горечь явственно чувствовались в голосе Элизабет, — минус ещё один союзник.
— Тогда магистр Сильвия выбрала верную сторону. Признаться, не думал, что она предпочтёт орден своей бывшей любовнице… — довольно ухмыльнулся Иероним. — А ведь когда-то ты была одной из нас, как же низко ты пала Элизабет де Пейн. Даже думать не хочу о том, что ты дочь основателя ордена. Уверен, хозяин Матиас сотрёт твоё имя из истории, когда разберётся с изменниками, — Иероним улыбнулся, от чего ожоги на его лице растянулись, ещё сильнее обезобразив его.
— Жаль, мне тебя не убить… не думал, что этот вечер обернётся так.
— Знакомься, — Элизабет обратилась к Диармайду, — Иероним Кавендиш, магистр ордена Тамплиеров, самый старый девственник в мире, — ехидно ухмыляясь сказала девушка.
Злоба очень естественно смотрелась на уродливом лице Иеронима. Мгновение и перед Элизабет повис меч из её крови. Но он был другим, такого Диармайд ещё не видел. Красная жидкость настолько сильно была наполнена маной, что светилась, окрасив всё в алые оттенки. Воздух вокруг неё преломлялся и искажался, словно они находились на морском дне, а вода искривляла солнечные лучи.
 
Диармайду было тяжело даже дышать, лёгкие горели от боли и каждый новый вздох казался пыткой. Он потянул воду из огромного аквариума рядом, создав вокруг себя плотный щит, повторяющий его силуэт, чтобы сделать слой воды максимально толстым. Он влил все свои силы в эту воду, превратив её в подвижный лёд.
Перед Иеронимом возникла стена огня, воздух в помещении начал раскаляться, но недостаточно быстро. Одним, невероятно сильным ударом, Элизабет направила свой меч на него. Купол из зелёного огня ничего не смог противопоставить крови, наполненной таким количеством маны. Меч пробил его защиту и пронзил шею насквозь, образовав в ней дыру, размером в кулак. Остаточная сила удара разрушила стену дворца, распространяясь конусообразной волной по площади Святого Петра, руша старинные постройки на противоположной стороне площади.
Иероним упал на колени, пытаясь остановить кровь, толчками вытекавшую у него раны. Его зубы окрасились в красное, но он улыбался, глядя на Элизабет. Он попытался подняться и нанести ей удар в висок, но девушка лениво махнула рукой, срубив голову магистру.
— Не привлекать внимания, да? — ощерился Диармайд, показав на разрушенный из-за удара центр религиозного паломничества в Европе.
— Закройся, — раздражённо бросила Элизабет.
— Когда в следующий раз ты захочешь распланировать операцию — вспомни этот случай, — продолжал ухмыляться Диармайд. — Ты как тролль из британских сказок, сильный, но… недальновидный, — вовремя одёрнул себя парень, едва не назвав Элизабет глупой.
— Тебе жить надоело? — угрожающе спросила девушка.
— Вырежи у него кристалл. За десятый ранг на чёрном рынке заплатят неприлично много, — устало сказал парень.
Диармайд рассеял щит и едва смог удержаться на ногах. У него ушли все силы, чтобы защитится от давления маны и жара.
Помпезная комната, полная позолоты, икон и причудливых статуэток из стекла плавилась, под воздействием температуры. Это продлилось всего миг, но неустойчивой к невероятному жару фурнитуре и этого было достаточно.
— Ты как? — Элизабет оказалась рядом с Диармайдом, не позволив ему упасть.
— Чёрт… я совсем про тебя забыла. Удивительно, что ты вообще смог пережить эти мгновения, — придерживая Диармайда под руку сказала девушка.
— Спасибо за заботу, — с сарказмом сказал Диармайд, — сколько у нас есть времени? — парень достал из кармана флакон с зельем и сморщившись выпил его. Неприятный, сладковато-металлический привкус ртути, казался Диармайду мерзким.
— Минут десять, не больше. Из-за силы моего удара будут собирать самых компетентных магов Рима. Несмотря на конфликт с Тевтонским орденом и передислокацию мастеров-паладинов в Париж — тут соберётся достаточно противников, чтобы как минимум задержать нас. На твои игры с трупами у нас нет времени… — улыбнувшись показала клыки Элизабет, — не понимаю, зачем ты вообще это делаешь.
Она повела Диармайда к дверям в соседнюю комнату. Парень прекратил сдерживать свою область контроля и чувствовал, что там находится один обычный человек. Он остановился и посмотрел в глаза девушке, их лица были совсем близко, и он ощущал её горячее дыхание; отчётливый запах крови дразнил нос.
 
— Для устрашения, — ответил Диармайд.
— Ну да, конечно… — закатила глаза Элизабет.
— Нет, правда: видя разложенное как куклу человеческое тело люди испытывают страх перед человеком, способным сделать подобное. А если срезать или обезобразить лицо: это вызывает не просто страх — ужас. Люди начинают сравнивать себя с кусками мяса, представлять, что они могли бы оказаться на его месте.