Мой звёздный тиран (СИ)
— Я кончаю, — рычит он, оглушая меня.
Последние рваные и резкие фрикции рвут меня изнутри болезненными спазмами под новые вспышки над далекими городами.
Я задыхаюсь, и член Айрона вплавляется в меня горячими выстрелами семени, что обжигает мое нутро огнем. Он пульсирует во мне, врастает своим удовольствием в спазмы и выдыхает сдавленный и влажный стон в шею.
Со смешком отпускает меня, и падаю на столик. Закрываю мокрое от слез лицо ладонями, и всхлипываю, когда он резко и грубо выскальзывает из меня. Мое лоно охватывает новый спазм ноющей боли, и по опухшим складкам стекают вязкие теплые капли.
Я сползаю на пол, вздрагивая от слабости, и прикрываю попу подолом.
— Сколько драмы, — хмыкает Айрон и возвращается в кресло. Застегивает ширинку. — Не прикидывайся, я знаю, что ты кончила. Я же не чудовище, чтобы твой первый раз был без оргазма.
Я молчу, пытаясь осознать произошедшее. Может, мне снится кошмар? Реалистичный, жестокий, но все же кошмар и я скоро проснусь?
— Лорд Айрон, — съеживаюсь от хриплого мужского голоса, — окраины Метрополии уничтожены. — Президиум просит о переговорах.
— Никаких переговоров, — устало вздыхает Айрон. — Уничтожить Метрополию. Камня на камне не оставить.
— Не надо, — шепчу я в ладони.
— Я тебя не расслышал, Крошка, — Айрон потягивается. — Ты за переговоры?
Приподнимаюсь на слабых руках, дрожу и в слабой надежде смотрю на Айрона, который вскидывает бровь.
Он лишь хочет показать свою силу и власть. Уничтожение Метрополии — для него - не главная цель его интервенции. Ему просто лень идти на переговоры.
— Там же люди…
— Логично, да, — закидывает ногу на ногу. — Много людей.
— И не все они перед тобой виноваты…
В глазах нет сожаления, сомнений или тревоги. Ему все равно, но он заинтересован мной, как забавной зверушкой, с которой можно поиграть.
— Тогда попроси меня о милости, — покачивает носком сапога. — Нет, — ухмыляется, — умоляй.
Глава 5. Хорошая девочка
Меня всю трясет под надменным взглядом Айрона, который ждет моих еще больших унижений.
Между ног тянет, и когда я неуклюже встаю на колени, липкая и ноющая боль уходит в глубину моих внутренностей пронизывающим спазмом.
Я с присвистом выдыхаю тихий стон, зажмуриваюсь и поправляю подол платья.
— С каждой секундой новый удар, — хмыкает Айрон.
— Прошу… Прошу о твоей милости, — поднимаю взгляд, — господин.
Айрон прищуривается, покачивая носком сапога и недовольно цыкает:
— Неубедительно.
— Умоляю, сжалься над ними, — мой голос дрожит, а из глаз текут слезы.
Тянусь к его руке и прижимаюсь щекой к сухой и теплой ладони.
— Умоляю, Господин…
Поглаживает меня по щеке, пробегает пальцами под подбородком, будто одаривает лаской домашнюю собаку.
Затем он подается ко мне.
Его лицо так близко, что наши кончики носов почти соприкасаются, а затем он немного клонит голову набок и медленно слизывает слезы с правой щеки горячим кончиком языка. Я замираю, широко и недоуменно распахнув глаза.
Отстраняется и откидывается на спинку кресла. Разминает шею, прикрыв веки, и негодующе вздыхает:
— Все еще неубедительно.
А после встает и делает шаг прочь. Я в отчаянии хватаю его за ладонь и шепчу:
— Нет, прошу…
— Третья попытка? — смотрит на меня сверху вниз. — Ну, попробуй.
В ожидании замолкает.
Ему не нужны мои слова. Он к ним глух.
Сглатываю и касаюсь его ширинки, под которой чувствую, как наливается кровью его мужская плоть. Левый уголок его губ поднимается в ухмылке.
Там умирают люди. Их дома обращаются в руины, и я могу остановить эту бессмысленную жестокость.
— Господин…
Расстегиваю молнию, задержав дыхание, и ныряю дрожащей рукой в ширинку. Обхватываю пальцами липкий член Айрона, и аккуратно вытягиваю его на свободу. Он набухает в моей руке и становится тверже.
Блестящие разводы смазки с прожилками крови на коже и белесыми пятнами спермы на крайней плоти у немного вытянутой и заостренной головки, а под всем этим выступают синеватые набухшие венки.
Я непроизвольно сглатываю, делаю глубокие вдох и выдох, и улавливаю терпкий запах, в котором сплелись острое мужское семя, моя солоноватая смазка и железо крови.
Подаюсь к Айрону и провожу языком от основания члена до головки, слизывая вязкие пятна с теплой кожи, под которой мужская плоть становится каменной. Стыд и смущение для меня теперь не существуют.
С каждым движением моего языка, слюны становится больше, и она разбавляет солоновато-пряный коктейль крови и спермы во рту.
Айрон касается моих волос, и я оттягиваю его крайнюю плоть с головки с аккуратной дырочкой уретры. Упругая, соленая и пряная. Выпускаю ручейки слюны и бегу губами ниже по твердому стволу под тихий выдох.
Мой рот широко раскрыт, а язык давит на нежную уздечку. Ныряю головой лишь до трети ствола, потому что глубже не смогу взять.
— Так не пойдет, — Айрон тянет меня за волосы, вынуждая отстраниться с открытым ртом.
Прикрываю губы пальцами и недоуменно смотрю на него. Он рывком поднимает меня за подмышки, подхватывает на руки и шагает к кровати, чтобы потом швырнуть на нее.
— Я ведь не знаю, как правильно, — пытаюсь тихо оправдаться и приподнимаюсь со спины на локтях.
Айрон молча разворачивает меня на матрасе к себе лицом, подтягивает к краю кровати и давит на плечи.
Я опускаюсь на спину, и моя голова свешивается с края кровати.
— Открой рот и высуни язык, — Айрон встает передо мной на колени, и его член касается моих губ. — И не дергайся.
Одной рукой подныривает под мой затылок, вторую ладонь кладет мне на шею, и я открываю рот.
Смыкаю веки, высовываю язык, обездвиженная страхом перед неизбежным.
Член проскальзывает одним движением до корня языка, и глотку схватывает спазм.
— Расслабься, — шипит Айрон, выныривая из моего рта, — вдох и выдох.
По шее под его ладонью растекается тепло, и через секунду меня распирает глубокой фрикцией, что обжигает гланды раскаленной дубинкой..
Хрящи расходятся толчком боли, нос утыкается в бархатную мошонку, и я не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть.
— Хорошая девочка, — рычит Айрон и прорывается в меня новыми толчками.
В глазах темнеет от паники. Сжимаю в пальцах скользкие шелковые простыни, а по лицу вниз течет вспененная слюна.
— Вдох, — Айрон выскальзывает из меня.
Я хриплю, не в силах закрыть рот, и он вновь всаживает в мою глотку член до самых яичек.
Вместе с ужасом внизу живота ноет все сильнее и сильнее. Горячая кровь приливает к истерзанному лону под жестокими и неумолимым толчками Айрона и пульсирует в опухших складках.
Кислород кончается в легких, фрикции Айрона ожесточаются, боль растекается по всей глотке. Я чувствую, как член будто обращается в стальной поршень, а после по всему стволу прокатывается волна, что выстреливает в пищевод густым семенем.
Мычу, хрящи стягивает попыткой сглотнуть, и Айрон издает клокочущий стон, вжимаюсь в мое лицо:
— Да, вот так…
Я ухожу во тьму обморока на несколько секунд, а затем меня из нее выкидывает в отвратительную реальность, в которой я кашляю отплевываюсь и размазываю по щекам вязкую густую слюну.
— Ялур, — голос Айрона скучающий, — прекратить атаку и принять предложение о переговорах.
— Слушаюсь, мой Лорд, — отвечает сухой мужской голос.
Я недоверчиво прижимаю тыльную сторону ладони к влажной и скользкой щеке и медленно моргаю. Закрыть рот я еще не в состоянии.
— Ты сопроводишь меня, — Айрон поднимается с колен на ноги и вытирает член краем тонкого одеяла, — в рабском ошейнике.
Глава 6. Скромница
— Тебе идет, Крошка, — Айрон убирает руки с моей шеи, на которой застегнул широкий ошейник из черной кожи. — Ты будто создана для него.
Стою перед ним на коленях и молчу. Мне не то что говорить тяжело, мне сглатывать больно.