Смертельные клятвы (ЛП)

Когда я выхожу, меня приветствуют многочисленные камеры и репортеры. Я робко улыбаюсь.
— Мисс Риччи, как вы и обвиняемый чувствуете себя в данный момент?
Быстро бросаю взгляд на Маттео. Он знает, что не должен говорить за пределами суда.
— Мой клиент и я уверены, что то, что увидели присяжные, является справедливым объяснением ситуации, в которую попал мой подзащитный со своим бывшим другом. Мой клиент смог защитить только себя, и хотя мы соболезнуем семье его бывшего друга в связи с утратой, мой клиент также имеет дело с серьезной травмой, для которой мы уже разработали план по восстановлению его психического состояния.
— А как насчет новых обвинений в том, что Маттео Торриси недавно убил четырех других известных членов банды?
Моя улыбка становится напряженнее.
— Это, конечно, обвинения, которые уже обсуждались в зале суда. Несмотря на то, что доказательства не совсем ясны, и я еще раз подчеркиваю странное время событий, учитывая крупный депозит, внесенный на банковский счет противной стороны в течение одного дня после этого инцидента, я надеюсь, что присяжные вынесут справедливое решение по этому делу.
Почему? Потому что я поручила Андреасу Торриси анонимно внести эту сумму немедленно, чтобы снять напряжение с дела его племянника.
В глаза бросается блеск часов, и у меня сжимается желудок. Прислонившись к своей машине, Крю попыхивает сигарой. Даже несмотря на то, что он носит темные солнцезащитные очки, я знаю, что он смотрит на меня.
— Это все вопросы, на которые сегодня у меня есть время, — отпускаю репортеров и иду в противоположном направлении. Блядь. Он не может быть здесь. Я не могу допустить, чтобы пресса узнала о нашей связи. Не сейчас, когда в зале суда все еще продолжается это жаркое дело.
Охрана оттесняет прессу, когда мы уходим, и это лишь вопрос времени, когда они сдадутся и перейдут к другой семье.
— Куда мы идем? — спрашивает Маттео.
— Заткнись и иди за мной, — шиплю я.
Он недовольно ворчит, но делает, как я говорю.
Мы проходим несколько кварталов, прежде чем я сворачиваю в переулок. Это самое безопасное место, которое я могу найти, чтобы справиться с чертовой адской гончей, которая не хочет отказываться от преследования.
Я вижу, как три тени падают за нами, когда мы входим в переулок. Тогда я скрещиваю руки и поворачиваюсь, в моем тоне нет ничего, кроме яда, когда я произношу его имя.
— Крю.
— Принцесса, — он прикуривает очередную сигару и небрежно засовывает одну руку в карман. — Ты избегаешь меня.
— Да, как приятно, что ты это заметил.
— Я посылал тебе письмо.
— На самом деле, множество писем, — поправляю я. — Я занята работой. Не могу присоединиться к тебе в твоей маленькой выходке.
Он направляет пистолет на Маттео, и мой желудок опускается.
— Какого хрена, чувак? — Маттео взвизгивает, поднимая руки.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, выступая перед своим клиентом. Мои каблуки щелкают по неровной мостовой. Я перевожу взгляд на Доминика и другого парня, стоящего по бокам от Крю, но они ничего не выражают. Даже Доминик сейчас не проявляет никаких эмоций, а это очень необычно.
— Принцесса, похоже, ты снова удалила мое письмо. Твое присутствие обязательно. А если твой клиент будет мертв, тебе не придется вести его дело.
— Ты это не серьезно, блядь, — плюю я.
— Ты хоть представляешь, кто мой дядя, чувак! — кричит Маттео за моим плечом.
— Заткнись, — говорю я Маттео, и он, кажется, почти шокирован.
— Ты кажешься довольно изнеженным, раз твой дядя не сообщил тебе, кто я.
— О, ради всего святого. Мы не будем устраивать соревнования по мочеиспусканию в этом переулке.
— Значит, я заеду за тобой сегодня в восемь? Ты сама навлекла на себя это, принцесса.
— Какую часть слова «нет» ты не понимаешь?
Он улыбается уголком губ. Это красиво, дико и злобно.
— Никто не говорит мне «нет». Даже ты, женушка.
— Женушка? — спрашивает Маттео.
— Я не твоя жена! Но дело не в этом, — кричу я. — Ты блядски раздражаешь, ты знаешь об этом?
 
Крю небрежно пожимает плечами.
— Хочешь получить следующую большую зарплату или нет?
Я сужаю на него взгляд. Все еще стою перед парнем, когда Крю делает целенаправленные шаги в мою сторону.
— Ты забыл, что я могу дать тебе по яйцам. И я хочу этого, очень сильно, прямо сейчас, — говорю я.
Изящная улыбка не сходит с лица, когда он подставляет дуло пистолета под мою челюсть. Не знаю почему, но я не чувствую страха, хотя знаю, что должна. Со мной творится что-то неладное.
— Ты не выстрелишь в меня, — уверенно говорю я.
— Нет, но есть и другие способы сломать человека, — его губы находятся на расстоянии горячего дыхания от моих, и мои бедра сжимаются в предвкушении. Я могу накричать на себя от разочарования, которое испытываю. Почему я не могу освободиться от этого мужчины?
— Я заеду за тобой в восемь. Не опаздывай, — он целует меня, пистолет все еще у меня под челюстью, а его язык требует моего. Мое тело прижимается к нему, как будто эта последняя неделя вдали от него была скорее проклятием, чем благословением. Отстраняюсь, освобождаясь от его магнетизма.
Черт, ненавижу, что он знает все, что мне нравится.
Он усмехается.
— И не волнуйся, принцесса. У меня есть твой новый адрес.
Крю поворачивается к Маттео.
— Удачи в суде. Надеюсь, это подарит тебе еще несколько дней свободы.
— Что, черт возьми, это должно означать? — Маттео вскидывает руки вверх, и я приковываю к нему взгляд. Почему этот парень такой тупой? Неужели он не понимает, когда его загнал в угол хищник?
Возможно, мне следует задать себе тот же вопрос.
Что ж, блядь.
Похоже, я все-таки наряжаюсь для какого-то мероприятия.
Глава 42
Райя
Красиво.
Именно этим словом я бы описала платье и мелкие детали, подчеркивающие форму моего тела. Меня бесит признавать, что у Крю хороший вкус.
Я опаздываю. Снова. Целенаправленно.
Выхожу из лифта и прохожу через вестибюль отеля. На меня смотрят многочисленные взгляды, пока я высоко поднимаю голову и иду к мужчине, которого наиболее осторожно избегаю. Он в черном костюме, под которым черная классическая рубашка. Его взгляд скользит от моих пяток вверх, пока его горящие карие глаза не встречаются с моими. Крю облизывает губы и выглядит так, будто готов сожрать меня прямо здесь и сейчас и к черту последствия.
Но вместо этого…
— Ты опоздала, — говорит он.
— А ты невыносим.
Его напряжение немного спадает, когда он опускает плечи, а на его губах медленно расплывается разрушительная улыбка. Уверена, я единственная, кто может опоздать и выдержать улыбку этого человека. Какой бы жестокой и хитрой она ни была.
Он протягивает локоть.
Игнорирую это и подхожу к его людям.
— Итак, куда мы идем? — мне даже не нужно видеть, чтобы понять, что он наблюдает за мной. — Крю, перестань пялиться на мою задницу. Это не та ночь.
Слышу смешок позади себя. Крю обхватывает мой живот, притягивает к себе, и его дыхание обжигает мою шею.
— Но разве та ночь не всегда?
— Для нас с тобой больше нет.
Отталкиваюсь, изо всех сил стараясь удержать холодное и жесткое выражение лица. То, которое я оттачивала годами в зале суда. Независимо от того, насколько сильно мое тело жаждет его, если снова пересплю с Крю, с таким же успехом могу признать свое поражение.
Один из его людей открывает мне заднюю дверь, но я открываю переднюю пассажирскую и сажусь в машину. Трое мужчин переглянулись, напрягшись.
— Все в порядке, — настаивает Крю. Когда водительская дверь открывается, Крю забирается внутрь, и холодная дрожь пробегает по моей спине.
— Что? — оборачиваюсь и вижу двух его громоздких людей, сидящих сзади.
Рука Крю сжимает мою ногу через открытый разрез на платье.
— Не испытывай меня сегодня вечером, принцесса, — предупреждает Крю.