Властный король

Алекси дважды поцеловал меня в обе щеки так же, как и Нико, когда тот подошел к нему. Увидев, что у нас сегодня в руках, Алекси направил одного из своих головорезов, э-э-э, телохранителей, чтобы тот принял от нас сегодняшнюю плату.
Обычно мы не приходили в клубы Алекси для проведения деловых встреч, сегодня было сделано исключение. Сегодняшний день был последним, поэтому мы решили встретиться здесь, а после обмена мы никогда не задерживались. Именно так мы двое и поступали, что было хорошо известно Алекси, но это не помешало мужчине пригласить нас в свое святилище выпить после того, как он получил свои деньги.
– Всего один стаканчик, братья мои? – спросил он нас, махнув девушке с блестящей кожей и великолепными сиськами, чтобы она приготовила напитки. Улыбка Алекси расширилась. – В конце концов, это последний раз. Пожалуйста. Вы окажете мне честь. У нас были такие замечательные отношения.
Были, и мы хотели, чтобы так и осталось. Алекси был прав, сегодня наша последняя встреча, а значит, можно нарушить свои правила – в первый и последний раз.
Алекси сцепил свои мясистые руки вместе, здоровенный ублюдок в костюме насыщенного малинового цвета с черной шелковой рубашкой и галстуком на шее. Он жестом указал на свою смотровую площадку – личную кабинку с видом на весь клуб.
– Пожалуйста. Лучшие места для вас.
Мы устроились на сиденье в круглой кабинке, похожей на VIP-зону в обычном стрип-клубе.
Его клуб был шикарным, с богатыми клиентами, и совсем не походил на те маленькие, более скромные заведения, которые располагались ближе к кампусу. Там были более умеренные цены, чтобы привлечь студентов колледжа и менее обеспеченных людей в городе, но у Алекси были люди, которые следили и за ними. Возможно, он заглядывал туда раз в месяц, чтобы проверить, и я помнил, что еще до того, как мы с Нико начали вести с Алекси дела, мы иногда видели его там. Конечно, как только мы начали работать вместе, он рассказал нам все тонкости своего бизнеса. Это был знак доверия, и я все это записывал. Я был не кем иным, как предпринимателем, и хотя этот парень и его семья, возможно, могли иметь дело с такими вещами, к которым я никогда бы не прикоснулся, нельзя было отрицать, что Марвелли ведут успешный бизнес. Сам Алекси теперь был главой семьи, я слышал, что его отец умер от болезни сердца или чего-то в этом роде еще в девяностых. Алекси пришлось довольно быстро вникнуть в тонкости бизнеса.
Я и Нико чокнулись бокалами с Алекси, но, пока я потягивал скотч, мой приятель играл со своим напитком. Алекси сразу же сделал большой глоток, ухмыляясь, как босс мафии, которым он и был.
– Очень грустно видеть, как вы оба уходите, но это будет счастливый день, да? Как ваши семьи? Нико, твоя мать? У нее все хорошо?
Мы и правда были как одна семья, и Алекси действительно много знал о нашей жизни. Я догадывался, что ему нужно было больше знаний, чтобы довериться нам, и мы тоже немного знали о нем. Настолько, насколько Алекси, конечно, готов был открыться нам во время коротких визитов и проверок, как идут наши дела.
Нико снова приложился к бокалу, легкая неприметная улыбка снова скользнула по его губам. Я был хорошо осведомлен о состоянии его мамы. Ей, конечно, могло бы быть лучше, но сейчас ей было не так плохо, как в прошлом. Последнее клиническое обследование прошло успешно. Нико пододвинул к себе бокал.
– Она проходит последнее обследование. Однако ей предстоит долгий путь.
– Могу себе представить. – Это опечалило Алекси, и, наполнив свой бокал, он чокнулся с Нико. – Выпьем за тебя, брат мой. У меня мать тоже болела раком груди. Все будет хорошо. Моя мама справилась.
– Я надеюсь на это. – Холод в словах Нико тронул меня до глубины души, этот парень был мне как родной с тех пор, как я поступил в колледж. Никто никогда не смог бы заменить моих парней из родного города Мэйвуд Хайтс, но эта семья могла расти. Нико влился в нее ради меня, парень стал мне настоящим братом, и я беспокоился о нем. Особенно когда ему было больно.
  
Алекси изобразил мягкую улыбку.
– Не волнуйся, друг. Судьба на твоей стороне и на стороне твоей матери. Я знаю, что это так. – Поставив свой бокал, Алекси хлопнул в ладоши. – Я уверен, что ей приходится оплачивать множество медицинских услуг. Возможно, я смогу помочь. У меня много работы. Я бы с удовольствием снял с тебя часть этого бремени.
Алекси не переставал настаивать, придумывать способы, чтобы затянуть нас все глубже и глубже в темный мир, с которым он имел дело. Ответом всегда было категорическое «нет», но он не переставал спрашивать.
Это была главная причина, по которой мы с Нико никогда не оставались выпить – такое общение лучше ограничивать. Я был не из тех парней, которых легко увлечь. Но даже у меня было искушение прикоснуться к запретному плоду чрезвычайно роскошной жизни Алекси, когда мы впервые начали иметь с ним дело. Он жил на широкую ногу и мог сделать так, что и Нико, и я, работяги из маленьких городков, превратились бы в таких же богов, как он сам.
Искушение определенно было, всегда, и после обмена репликами с Нико взгляд последнего сразу же вернулся к Алекси. Мой приятель продолжал качать головой твердо, но вежливо, крепко сжимая в руке бокал. Он не задумывался о данном предложении, положив руку обратно на стол, но я заметил, что отказ явно дался ему нелегко, и не мог его винить.
Легко ли Алекси мог все исправить в нашей жизни? Проблема была именно в том, как он все исправлял, и Нико знал, что лучше не увязать в этом еще сильнее, чем раньше.
Хотя этот отказ опечалил нашего друга и брата Алекси, он, очевидно, все понял. В конце концов, это был не первый раз, когда мы говорили «нет». И, улыбаясь, Алекси налил себе еще, прежде чем указать бокалом в мою сторону.
– А ты, Джей? Все хорошо? Как там сестры? У тебя ведь одна собирается в колледж?
– Да, и доставляет неприятности, – сказал я со смешком, от чего взорвался весь стол. У Даши, как и у меня, сложный характер, она волевая. По мере того как сестра становилась старше, она сходила с ума от желания вырваться из дома моей мамы. Они двое, по сути, доводили друг друга до белого каления. Они были словно пара титанов, постоянно сталкивающихся друг с другом, а с учетом того, что меня не было сейчас с семьей, чтобы держать их подальше друг от друга, в последнее время я не раз получал звонки от мамы по поводу «поведения» ее дочери. Я усмехнулся. – У нее все хорошо. Лучшая в классе.
Даша уже поступила в Вудкрик и, как и я, получила полную стипендию. Ей даже не понадобились сбережения, которые я откладывал на четыре года учебы: она, как и я, внесла свою лепту, чтобы снять бремя с нашей трудолюбивой мамы и, формально, с меня. Но моя семья никогда не была для меня обузой. Ради них я готов на все.
Мои нынешние дела с мафией – тому подтверждение. Улыбка Алекси произвела на меня сильное впечатление.
– Конечно, это так. Одаренная, как и ее брат. – Он похлопал меня по шее, а затем положил руку за стойку. – Ну, если ей или кому-то из вашей семьи что-то понадобится, дайте мне знать. Нам не обязательно заканчивать все сегодня.
– Да, но я думаю, что пришло время, – ответил я, переглянувшись с приятелем. Когда Нико улыбнулся в знак согласия, я тоже улыбнулся и махнул рукой. – Пришло время справляться самим, Алекси. Но, конечно, мы ценим все, что ты для нас сделал. Ты это знаешь.
– Знаю, но у вас обоих еще впереди целый год учебы, Джей. – Алекси посмотрел на меня. – Ты должен учитывать и другие моменты, которые могут возникнуть. Может быть, немного денег на расходы?
Он подтолкнул меня локтем, и я снова хохотнул, покачав головой.
– У меня отложено много орехов на зиму. Все должно быть хорошо.
И все это хранилось не в одном банке. Этого было бы достаточно, чтобы начать хорошую жизнь после окончания колледжа, и достаточно для двух моих сестер, чтобы они спокойно отучились в университетах. Мама тоже будет в порядке, ей никогда больше не придется работать до изнеможения. Это было практически гарантировано: это произойдет, как только меня возьмут на работу после учебы. Я учился на архитектора, хотя даже не подозревал, что у меня есть способности к этой специальности, пока не поступил в колледж. За меня уже хлопотали компании по всей стране, связи с которыми я завязал сам, просто потому, что был хорош в том, что делал, и потому что у меня были потрясающие отношения с профессорами. Они повсюду говорили обо мне, я заслужил их доверие. При чем не деньгами или влиянием. В конце концов, деньги не могут купить все. Иногда требовались характер, сердце и еще кое-что, чего у меня всегда было в избытке.