Измена: ты больше не мой (СИ)
В коридоре были еще три двери, со скрытыми петлями и почти сливающиеся со стеной, поэтому раньше я не обратила на них внимания. Сейчас же все три были распахнуты. Станислав нашелся в ванной. За оставшимися дверями нашлись туалет и кладовка.
— Смотри, тут вся техника осталась, — он повел меня на экскурсию дальше, — стиральная машина, посудомойка, в кладовке пылесос. А еще в комплексе есть охрана, а судя по сегодняшней сцене она тебе не лишняя будет. Ну что, скажи мне, что ты согласна?
— Я согласна! — Ну в самом деле, как я могла отказаться? Только для себя могла бы, но привести сына в обшарпанные стены к тараканам… Да я и не на такое согласилась бы ради него.
Стас очень обрадовался, подошел ко мне и поцеловал. Я попятилась, выходя из ванной, не прерывая поцелуя, он потянулся за мной, обнял, прижал к себе и я в очередной раз поразилась тому, как же сильно я ему нравлюсь как женщина, но он при этом такой сдержанный и нежный.
Хотелось целоваться еще и еще, но тут у меня в животе заурчало от голода.
— Поехали ужинать? — Спросил Станислав, улыбаясь.
Глава тридцать восьмая
В ресторан отчаянно не хотелось да и, честно говоря, мы оба уже опасались туда ходить. Каждый наш выход “в свет”, кроме той, случайной, встречи на пешеходной улице, заканчивался скандалом с бывшими. Мы долго спорили по вопросу “что же делать?” и в конечном счете сошлись на фастфуде.
— Может, ко мне? — спросил Стас, но увидел, как на моем лице удивление сменяется страхом, а потом и паникой. Не то чтобы я не хотела увидеть, где он живет, но все мы знаем, что обычно стоит за этим предложением и я осознала, что кажется, пока не готова.
— Понял, мы едем на нейтральную территорию.
Нейтральной территорией оказалась база “Еловый лес”, та самая, где проходил наш корпоратив. Не знаю, когда Стас успел распорядиться, но к нашему приезду уже был накрыт скатертью небольшой столик на берегу озера, на одной из маленьких террас, в изобилии разбросанных по территории базы. С крыши террасы свисали гирлянды лампочек, солнце почти село, из бумажных пакетов одуряюще пахла картошка с сыром, острые крылышки и прочая вредная, но такая вкусная еда.
Честное слово, это был мой самый лучший ужин за много-много времени.
Когда мы расправились с едой и сыто откинулись на спинки кресел я сказала без всякой задней мысли:
— Так не хочется отсюда уезжать.
— Мы можем остаться. У меня здесь свой личный домик, который держат только для меня и не сдают другим посетителям.
— Не думаю, что это хорошая идея… — но мне не дали закончить.
— Это будет просто ночевка. Без… лишних вещей. Обещаю.
— Ты уверен?
— Только если ты сама захочешь. — И он улыбнулся такой, очень мужской улыбкой, как будто говорящей мне: “оставайся, детка, обещаю, ты захочешь, все лишнее, что только есть в этом мире”.
Ситуация была — и хочется и колется. Очень заманчиво. Но я не была уверена, что между нами не произойдет ничего лишнего. И вовсе не потому, что я не была уверена в Станиславе, просто… Когда я смотрела на него мне самой хотелось всего. Объятий, поцелуев, ощущения его горячей кожи под моими ладонями, вдыхать его запах близко-близко, провести рукой по его идеальной спине, пересчитать все позвонки…
— Ну так что? — Спросил Стас. Я так замечталась, что вздрогнула, и, поняв что все это время я бесстыдно его разглядывала, тут же заалелась.
— Я бы хотела, но меня уже ждет самый важный мужчина в моей жизни!
Станислав сначала не понял, нахмурился, но потом догадался.
— Сына забираешь от бабушки?
— Да, — я взглянула на часы, — ох, я уже немного опаздываю.
— Ничего, — Станислав забрал у меня из рук пакет с мусором и всучил мне тот, в котором были остатки нашего пиршерства, — я сейчас поработаю твоим личным водителем.
— Ура! — Но только до дома свекрови.
— Почему? — Он недоуменно уставился на меня.
— Понимаешь, — я замялась, я еще не рассказывала Андрею даже о разводе, не то что о нас. Тем более, и рассказывать пока нечего.
— Как это нечего?!
— Стас, не обижайся, — мне было несколько неловко, он все-таки столько для меня сделал, было понятно, что я ему не безразлична, но кто я для него? Этот вопрос мучил меня все предыдущие недели и с момента, как он предложил мне пожить в его старой квартире, уже не отпускал. — Мы как-то с тобой говорили о стольких вещах, но так и не озвучили, кто же мы друг другу, кроме как босс и подчиненная.
— Я понял.
Всю дорогу мы молчали и я мучилась чувством вины. Не надо было поднимать эту тему, или стоило ее немного иначе подать… Что же мне делать?!
Но когда я вышла из машины возле дома свекрови, Станислав вышел за мной. Взял меня за руку, погладил большим пальцем запястье. После теплого нутра его джипа на улице было холодно и зябко, я моментально продрогла и начала дрожать. Стас потянул меня к себе, распахнул свою куртку и как мог, укутал меня ее полами.
— Я твой бойфренд, — сказал он мне куда-то в макушку, — а ты моя герлфренд. Кажется, в кругу моей сестры так называют друг друга люди, которые встречаются.
Глава тридцать девятая
— Ну как ваши дела? — Тамара Васильевна открыла нам с Андрюхой дверь. Я была так рада сегодня, что по дороге попросила таксиста притормозить на пару минут и купила в цветочном киоске охапку мелких фиолетовых хризантем, так что в дверь пришлось звонить — найти в сумочке ключи одной рукой оказалось невозможным.
— Отлично! — Я вручила ей букет и подруга радостно охнула.
— Боже, как хороши! прямо как те, что у Борисыча на даче отцвели.
Андрея же наши цветы и букеты не волновали, он здоровался с псом. Я больше всего боялась, что Бульке не понравится мелкий захватчик его территории, а злой бультерьер это проблема. Но они с Андрюхой стали лучшими друзьями и сейчас, глядя как эти двое прыгают друг вокруг друга, как сын быстро-быстро стаскивает ботинки, а пес терпеливо его ждет, радостно повизгивая, я расстроилась. Надо было как-то объяснить Андрюхе все это, и развод, и очередной переезд, и что папа с мамой больше не помирятся и не будут жить вместе. И что Булька не может поехать с нами — тоже.
У меня даже ком подкатил к горлу.
— Таак, — от зоркого глаза моей подруги не ускользнуло мое переменчивое настроение. — Переодевайся и немедленно на кухню, пить чай. Борииисыч! А займи ты наших мальчиков, пока мы с Алиной секретничать будем.
Мне так приятна была легкая суета в этой небольшой, но очень уютной квартирке. И хоть мысль о том, что у меня скоро будут два лишних часа сна в день и личное пространство, радовала, но так не хотелось покидать этот гостеприимный дом даже ради такой роскоши.
Пока я переодевалась в уютный домашний костюм, Борисыч увел Андрюху на улицу — выгуливать пса, а Тамара заварила чай и по квартире пополз запах мяты. Чай без мяты — крашеная водичка, так считала моя подруга. Мята освежает, успокаивает и способствует пищеварению. Крайне полезная травка. И очень, очень способствует разговорам по душам.
— Что ж, — я решила идти с козырей, — Стас сегодня сказал, что мы встречаемся, можно считать, что я официально девушка своего босса.
— Ну наконец-то, — Тамара поставила на стол медовик, — выходит, не зря я тортик пекла, как чуяла. Так с утра захотелось, что весь день на него потратила, зато сейчас мы с тобой отпразднуем твою начавшую налаживаться личную жизнь.
— Да уж, — я позволила себе тихо рассмеяться, изнутри у меня поднималась волна тихой радости, как будто я только-только осознала этот факт — мы со Станиславом пара. — А еще представляешь, Тома, он мне предложил пожить в его старой квартире. Там такая локация удобная, и до Андрюхиной школы недалеко, и до дома свекрови.
— А до твоей старой квартиры?
— А до нее дальше, чем до свекрови. — При воспоминании о Виталике у меня резко испортилось настроение. — Представляешь, я видела его, бэмэка. — Мы уже давно называли между собой Виталика “БМК” — первыми буквами от словосочетания “бывший муж козел”.