Королева драмы (СИ)

Он резко развернулся и убежал, теряясь среди людей, но Поттера, опешившего на долгие секунды, а потом подскочившего с колен, чтобы догнать его, остановила Панс.
— Я найду его. Он где-то в больнице. Поговори с ними. Это важно.
И Гарри остался. Один. Он едва мог дышать, едва мог чувствовать, как веки закрывают глаза. С кем поговорить? Что важно? Ничего больше важного нет. Его друг, его Драко сейчас, в эту секунду, может умереть, а второй друг, кусочек сердца, настоящая родственная душа, мальчик, который всегда понимал его лучше, чем даже сам Гарри себя понимает, отрёкся от него. Слова ребёнка резанули так глубоко, что Поттер покачнулся, виски сильно сдавило, и он сам потерял ориентацию и едва не упал прямо на коридоре больницы. Картинки перед глазами ускорились до нереальных смазанных кадров. На них два самых его родных человека растворялись, не желая более быть рядом. Отдалялись, закрывали глаза, не желая смотреть на него, уходя в прошлое. Туда, откуда рвалась и когтями цеплялась за остатки мыслей его любовь.
  
Так Гарри оказался заложником собственного решения, не понимая, что двери открыты, и в любой момент он может их распахнуть. Так происходит настоящая трагедия
 Комментарий к Не Драма. Трагедия Анонс:
https://www.instagram.com/tv/CTo-AGhAIQB/?utm_medium=copy_link
====== Показательное выступление ======
Что-то тёплое щекотало ладонь, и Поттер резко распахнул глаза, пытаясь понять, что происходит. Всхлип откуда-то справа заставил его повернуть голову. На постели он увидел лохматую макушку Тэдди, всхлип повторился, и Гарри понял, что это слёзы мальчика щекочут кожу, стекая на руку с его щеки.
— Малыш, что случилось?
Тэдди поднял глаза и смутился.
— Они сказали, что ты будешь спать. Панс оставила меня здесь ненадолго, чтобы принести перекусить. Ты поправишься?
Столько мольбы и сожаления было в его голосе, что Потти и сам чуть не прослезился.
— Конечно, он поправится, молодой человек. Просто вашему другу нужно больше отдыхать. И меньше переживать, особенно за то, на что он повлиять не в силах, — врач, стоящий в дверях, уверенно улыбался.
— Драко? — проскрипел чужим голосом Гарри, с ходу окунаясь в реальность, которая будто ледяной волной окатила его, заставляя всё вспомнить. Пищащие прибор, запертая дверь палаты, Тэдди и его обвинения… Полицейский и Герм, глядящая, будто судья, выносящая приговор. Но первым вопросом всё же прозвучал тот, что был на уме самым острым.
— В порядке. На самом деле вашему мужу очень повезло. Вовремя удалось установить, что за состав в его крови давал такую странную реакцию на лечение. Ритм стабильный, дыхание самостоятельное. Последствия интоксикации, естественно, будут наблюдаться ещё несколько дней, но по большому счету, в медикаментозном лечении он больше не нуждается. Однако вопросом о причинах его передозировки будут заниматься органы охраны правопорядка. Мне очень жаль, но таков протокол.
— Передозировки? — растерянно переспросил Гарри, но врач красноречиво посмотрел на мальчика, замершего у постели Поттера, и тот стушевался. — А что это? — он пошевелил рукой и иголкой. — Почему я здесь? — словно очнулся Потти.
— На этот вопрос я уже ответил. Стресс, недосып, очевидно, голод. Вы упали в обморок. А учитывая степень ослабенности вашего организма, ночное бодрствование, явные симптомы перегрузки нервной системы, мы приняли решение не приводить вас в сознание в полной мере, а положить под капельницу и дать выспаться. Уж извините…
— Но сейчас я… В порядке? Могу идти? — подорвался Поттер, но врач отрицательно покачал головой.
— Ещё минут десять, пока препарат не закончится, — он указал взглядом на капельницу, — вы будете лежать. Но по большому счету, если вам не терпится приступить к активности, я должен сообщить полицейскому, что вы пришли в себя и готовы для беседы. Если быть честным, я бы хотел поскорее закончить с формальной частью расследования на данный момент. Этот парень меня уже раздражает… Ваш муж должен прийти в себя через пару часов, не раньше, но доктор Хоффман просил меня проследить, чтобы все его рекомендации были исполнены неукоснительно.
— А вы?..
— Доктор Стюарт. Сменил коллегу с его ночного дежурства. Он был крайне зол, когда Поппи вернула его с полпути, но мнение кардиолога всегда должно быть подкреплено, если есть сомнения. А с химией крови Хоффман общается, как с матерью родной… Но что-то я отвлёкся… Я приглашу к вам полицейского, как только ваша подруга вернётся, чтобы показать Тэдди наш зимний сад. Там живут настоящие попугаи…
Мальчик заинтересованно посмотрел на врача, но потом снова вцепился в руку Потти.
— Эй, Тэдди, я никуда не денусь. И вот врач говорит, что всё будет хорошо… Смотри, там Панс, видишь? Иди, помоги ей донести все сладости, что она выжала из автомата, и прогуляйся с ней. А я поговорю с тем полицейским и присоединюсь к вам. Хорошо?
— А ты не злишься на меня? — спросил с капитальной серьёзностью на лице мальчик.
— Господи, за что? За правду? За то, что сказал мне, наконец, то, что думаешь? Не глупи, ребёнок. Я люблю тебя. И просто надеюсь, что ты не будешь больше играть в молчанку, а сразу скажешь, как есть, если что-то тебе не нравится. Мы же друзья?
Кивнув врачу, когда Тэдди побежал навстречу Панс, Гарри прикрыл глаза. Ну, и кто теперь королева драмы? Сам себя накрутил, заистерил и в обморок шмякнулся, как барышня от дурного слова. Однако долго посыпать голову пеплом ему не пришлось. После относительно здорового сна и чудо-зелья, что капало в его вену, мысли на удивление чётко складывались в последовательность и формулировались неизменно однозначно. И выводы пугали его до чёртиков. В палату внесли поднос с едой, и тут же следом заглянул мужчина из холла.
— Добрый день, офицер Прюэтт, отдел по…
Гарри бесцеремонно его перебил, хотелось поскорее с этим разобраться, но главное он уже услышал. Офицер здесь не из-за Тэдди, а из-за Малфоя.
— У меня десять минут, офицер. Уж извините, можно сразу к делу?
— Можно, — абсолютно никак отреагировал мужчина. — В каких вы отношениях с Драко Малфоем?
— Мы лучшие друзья. И бывшие мужья.
— Интересное сочетание, — под нос пробурчал Прюэтт. — Ваш бывший муж принимает наркотики?
— Нет. Исключено.
— Вы?
— Нет. Исключено.
— Знаете ли вы, кто мог бы желать навредить вашему бывшему мужу?
— Знаю. Забини. Блейз Забини, — офицер тут же молча записал это имя в блокнот. Но Гарри хотелось ясности. — Могу я спросить, что вас привело сюда? Врач, Стюарт… Он что-то говорил…
Мужчина вздохнул.
— Несколько моментов. Первый — это сигнал из больницы. Главе отделения поступила информация, что причиной поступления его пациента в больницу может быть намеренное отравление. Не случайная передозировка. Но причина, по которой я в субботу тут уже полдня торчу, в том, что по очень настойчивой просьбе кого-то лично шефу моего шефа нашему отделу поручили проверить этот случай.
— Проверили? — и снова вздох. — Послушайте, офицер Прюэтт. Моего лучшего друга, и правда, пытались отравить? Я думал, у него что-то с сердцем, туго соображал, когда мне говорили о наркологе и что-то ещё. Но если дело в отравлении… Господи, — Гарри дал волю своим эмоциям, и дрожь от предположения, что это могут повторить, прошибла его так сильно, что иголка едва не выскочила из дёрнувшейся руки.
— А что вы сами об этом думаете? Могло это быть отравлением?
— Я не врач, офицер! Пожалуйста, если вы что-то знаете… — столько эмоций было в его словах, только отчаянной просьбы, что Прюэтт даже отвернулся.
— Я всё ещё не уверен, что это не вы. Не похоже, чтобы вы расстались друзьями, судя по тому, как вы говорите о нём…
Гневный взгляд исподлобья дал кое-какую почву для размышлений офицеру, которого парнем мог бы назвать только мужчина далеко за пятьдесят. Хотя доктор Стюарт, Прюэтта так окрестивший, выглядел максимум на сорок.
— Кто вызвал скорую?
— Не знаю. Не я. Я был в шоке, и… — Поттер начал оправдываться, а потом перешёл на шёпот. — Господи милостивый, я был абсолютно бесполезен…